Освобождение Калинина - Максим Фоменко

* ЦАМО РФ. Ф. 213. Оп. 2002. Д. 30. Л. 45.

Особое внимание уделялось действиям артиллерии в условиях заснеженной местности. Как вспоминал начальник штаба 31-й армии полковник В.А. Глуздовский, «орудия, выделенные для ведения огня прямой наводкой, были установлены на салазки и перемещались вручную силами расчетов и пехоты»^[27].

В целом, штабом армии был составлен достаточно продуманный и детальный план действий в первый день наступательной операции.

Командующим 29-й армии генерал-лейтенантом И.И. Масленниковым и работниками штаба армии вечером 2 декабря был составлен боевой приказ № 044. Интересна формулировка второго пункта документа, в соответствии с которым армия «для улучшения своего положения на левом фланге с утра 5.12.41 г. переходит в частное наступление для захвата северной части г. Калинин»^[28].

Командующий войсками 29-й армии генерал-лейтенант Иван Иванович Масленников.

Приказ предписывал следующие задачи для дивизий:

246-я сд (командир генерал-майор И. И. Мельников) без 908-го сп при поддержке 2-го дивизиона 432-го ГАП, обороняя занимаемый рубеж двумя батальонами 915-го сп, должна была наступать в направлении Щербово, высота 143,8, Даниловское. Ближайшая задача дня – овладение Щербово, конечная задача – Даниловское и прерывание коммуникаций противника на шоссе Калинин – Старица.

252-я стрелковая дивизия (командир полковник А.А. Забалуев) с приданным 29-м кавалерийским полком, ротой автоматчиков батальона охраны штаба армии, при поддержке 1-го дивизиона 360-го ГАП, батареи 432-го ГАП, батареи 873-го ПТП, а также 644-го АП РГК, оставив в обороне два стрелковых полка и роту автоматчиков, должна была наступать на участке Черкасове, Межурка. В качестве ближайшей задачи требовалось овладеть Борихино, конечной задачей было овладение северо-западной окраиной Калинина.

243-й сд (командир генерал-майор В.С. Поленов) при поддержке 1-го дивизиона 432-го ГАП (без одной батареи), батареи 3-го дивизиона 360-го ГАП, батареи 873-го ПТП, предписывалось одним батальоном (!) овладеть «вагонноремонтным заводом».

Остальные соединения армии получили оборонительные задачи.

Командир 243-й стрелковой дивизии генерал-майор Виталий Сергеевич Поленов (в центре).

В приказе особо оговаривалась роль артиллерии:

«а) Перед атакой коротким массированным огневым налетом подавить огневую систему на участках прорыва, после чего перенести огонь на фланги атакуемых участков и в глубину обороны. Огнем отдельных орудий с открытых позиций продолжать уничтожать фланкирующие огневые точки и дзоты на флангах.

б) Ударным группам пехоты придать орудия сопровождения для борьбы с огневыми точками в глубине обороны.

в) Не допустить подхода резервов г. Калинин и развертывания на рубеже р. Тьма и на южной окраине г. Калинин.

г) Обеспечить стык с 31 А огнем двух батарей артиллерии 243 сд по району южная окраина Калинин – Бабичево.

д) Подавить батареи противника, особое внимание району – южная часть г. Калинин и Алексеево, Бориха, Никулино»^[29].

Такая постановка задач, на первый взгляд, выглядит логично, однако бои конца октября наглядно показали, что довольно многочисленная артиллерия 29-й армии не смогла помешать перемещению немецких частей вдоль линии фронта, не говоря уже о полном подавлении артиллерии противника. Следует отметить и неучтенную повышенную плотность обороны подразделений пехотных дивизий 9-й армии в городской черте. Возможно, в штабе армии была надежда на общее снижение боевых возможностей соединений вермахта, что, как показали последующие события, привело к явной недооценке противника.

Саперным подразделениям в приказе предписывалось «следовать в составе боевых порядков пехоты, быть готовым содействовать пехоте по разграждению, подрыву дзотов и преодолению всех препятствий на местности, созданных противником. После захвата нашими войсками районов и рубежей противника, немедленно приступать к их переоборудованию для ведения оборонительного боя»^[30]. Такая установка явно вытекала из опыта боев, когда после захвата позиций противника приходилось сразу же отбивать многочисленные контратаки.

По всей видимости, И.И. Масленников снова, как и осенью, «творчески переосмыслил» замысел командования фронтом, установив в приказе собственную дату начала операции и по-своему интерпретировав её задачи. Впрочем, как показали последующие события, его оценка сроков готовности войск оказалась несколько более реалистичной, чем на уровне вышестоящих инстанций.

Имеют право на существование и другие версии появления приказа № 044. В журнале боевых действий КФ присутствует запись о том, что «штармом 29 был разработан план дезинформации», однако в чём конкретно он заключался, из документа неясно. Кроме того, в версии копии приказа, представленной на портале «Память народа», отсутствуют подписи самого командарма и члена военного совета армии при наличии подписи начальника штаба.

Так или иначе, уже 3 декабря задачи 29-й армии были скорректированы в соответствии с общим замыслом Ставки и И. С. Конева. Приказ штаба армии № 045 от 3 декабря намечал начало наступления уже на утро 4.12.41 г. и увязывал задачи соединений с задачами левого соседа в лице 31-й армии: теперь 29 А «наступает в направлении Даниловское, атакует город Калинин, и в дальнейшем развивает успех на Тураево».

Соответственно, 246-я сд в случае успешного овладения Даниловским должна была двигаться на Тураево. 252-я дивизия, выйдя на рубеж Борихино, Мамулино, также должна была присоединиться к этому движению. Поддержать наступление на Тураево предписывалось и 243-й сд после её выхода не рубеж Мамулино, Совхоз овощной (дивизия должна была наступать в общем направлении на Лебедево и овладеть северо-восточной частью Калинина)^[31]. 908-й сп становился резервом командарма.

Наступление двух армий, первоначально намеченное на 4 декабря, было перенесено на следующий день. М.И. Щедрин объяснял данный перенос следующим образом: «Из-за опоздания прибывшей по железной дороге 262-й дивизии наступление перенесли на 5 декабря. Этот дополнительный день очень пригодился нашим войскам. Нужно было проверить готовность частей, уточнить задачи на местности. Саперы спешно готовили настилы для переправы танков и тяжелой артиллерии»^[32].