Царь Соломон. Мудрейший из мудрых - Фридрих Тибергер

Несомненно, визит царицы Савской был продиктован экономическими мотивами, но не только ими. Скорее всего, политический и экономический рост израильского государства побудил царицу познакомиться ближе с похожей государственной системой, но образовавшейся раньше, выросшей из теократии, которая не исчерпала своих ресурсов, в светское государство, которое раньше начало процветать и постепенно занимало видное место в мировой торговле.

Свойственные обоим государствам общие черты и стремление к развитию возбуждали интерес царицы. Выше говорилось о том, что загадки были повсеместным явлением и использовались как своеобразный пропуск в общество; они отражали культурную и интеллектуальную атмосферу двора Соломона. Описание этого визита представлено в комментарии (Таргуме) к Книге Есфирь.

Похоже, что блеск двора и великолепие религиозных обрядов в дивном Храме произвели глубокое впечатление на царицу. В библейском тексте отразилось ее восхищение нравами и порядками во дворце Соломона: «И пищу за столом его, и жилище рабов его, и стройность слуг его, и одежду их, и виночерпиев его, и всесожжения его, которые он приносил в храме Господнем. И не могла она более удержаться» (3 Цар., 10: 5).

Прибытие царицы было впечатляющим: ее сопровождала огромная свита, караван верблюдов вез драгоценные товары из южной Аравии – это характеризовало традиционную пышность Древнего Востока. Царица Савская преподнесла свои дары. Провожая ее в обратный путь, Соломон поднес ей ответные подарки и те, что она выбрала сама. Упоминание о благовониях, золоте и драгоценных камнях, преподнесенных Соломону, говорит о том, что в ее стране они были не только предметами роскоши, но и статьей экспорта.

Есть упоминание о восхищении царицы мудростью Соломона: «Я не верила словам, доколе не пришла, и не увидели глаза мои: и вот, мне и вполовину не сказано. Мудрости и богатства у тебя больше, нежели как я слышала» (3 Цар., 10: 7).

Арабские легенды, в которых рассказывается о царице Савской, более подробны, эмоциональны и интересны своей художественной формой, чем библейские. Произведенное на царицу Савскую впечатление, без сомнения, повлияло на различные стороны государственного устройства ее собственного царства. Визит царицы Савской и сопутствующие празднества надолго сохранились в памяти еврейского народа.

Развитие внешней торговли, а также экономические реформы, проводимые на местах, привели к существенным изменениям и в структуре населения. Во времена Давида израильтяне по-прежнему жили небольшими и средними земледельческими хозяйствами, занимались производством сельскохозяйственных продуктов и их обменом.

Рост числа городов, особенно после присоединения Ханаана, привлечение больших масс населения к солдатской службе в гарнизонах, укрепленных пунктах способствовали развитию торговли между городами и сельской местностью. Излишки зерна и скота земледельцы продавали теперь в близлежащих городах. В обмен они приобретали домашнюю утварь и одежду, что стимулировало развитие ремесленного производства.

Но наиболее глубокие экономические перемены связаны с развитием внешней торговли. Во времена Соломона сформировалась профессия купца. Кроме торговли, которую вели «царские» купцы, они продвигали иностранные товары на местный рынок, а отечественные товары за границей. Так постепенно все больше и больше ощущались новые веяния.

Справедливо полагают, что именно в период правления Соломона предпринимательский талант еврейского народа развился в полной мере. Классическое право древних евреев было неплохо приспособлено для преимущественно аграрного уклада жизни. Благодаря спокойному и размеренному существованию на протяжении многих веков произошло постепенное изменение системы ценностей. Искусство ремесленников, прежде всего мастеров по обработке металла, также получило мощный импульс во времена Соломона, вдохновившись как иностранными образцами, так и необычайно высокими доходами.

Высшие чиновники, равно как и горожане, стремившиеся разбогатеть, несомненно, следовали правилам, установленным правителями. Однако это не привело к развитию характерного еврейского прикладного искусства. Недавние находки изделий из металла, слоновой кости, резные печати в большинстве случаев являются подражаниями иностранным образцам, мало связанными с местной традицией. В то время, когда все условия способствовали развитию еврейской культуры, похоже, что национальный дух в гораздо большей мере отразился в поэзии и историографии, где были достигнуты действительно непревзойденные высоты.

В любом случае торговля и ремесло позволили повысить уровень жизни в стране, что способствовало развитию нации в целом. В то же время набор огромной армии рабочих, необходимых для строительства зданий, фортификационных сооружений, Храма и дворцов, государственных рудников и перерабатывающих заводов, представлял опасность для народа и его экономики.

Естественно, что далекоидущие планы Соломона не могли реализоваться без четко работающей налоговой системы и администрации. Обе эти составляющие, как и система принудительного труда, были созданы по примеру Египта и Месопотамии. Как и народы, жившие вдоль Нила и Евфрата, население Израиля воспринимало это бремя без энтузиазма.

Любое принуждение, осуществляемое по отношению к личности, должно быть оправданным стремлением к высшей цели, рождающей чувство долга. На этих струнах и играл властолюбивый Иеровоам. Соломон был вынужден обратиться к народу, чтобы объяснить необходимость этой меры: общий труд важен для будущего всего народа.

Люди, призванные на общественные работы, по своему положению и правам оказывались в той же ситуации, что и солдаты (3 Цар., 9: 22; 2 Пар., 8: 9). Важно, что представители палестинских народов, которые точно так же привлекались на общие общественные работы (3 Цар., 9: 21; 2 Пар., 8: 7—8), пользовались такими же правами, как и израильтяне. Идумеяне, моавитяне и аммонитяне жили в таких же лагерях, как и израильтяне. Заметим также, что личные права рабов неизраильского происхождения защищались законом. Если хозяин наносил рабу увечье, то его освобождали.

Правда, неизвестно, сколько времени отдавали службе израильтяне и неизраильтяне. Очевидно, что после окончания срока службы или отбытия трудовой повинности, а также по достижении определенного возраста они покидали лагеря и становились свободными. Подобное решение совпадало с общей либеральной политикой, осуществлявшейся по отношению к неизраильтянам, и стимулировало их сближение с Израилем.

Рассказывают, что на работы одновременно призывалось 10 000 человек; проработав в Ливане в течение одного месяца, они освобождались на последующие два. Легко представить, насколько эффективным оказался такой порядок. Похоже, что это стало системой, когда постоянно была задействована только треть наемных рабочих.

Подобный принцип мог быть осуществлен только при соответствующей обеспеченности человеческими ресурсами, а они для тех времен были гигантскими. Цифры можно воспринять и иначе, поскольку нам известно, какое количество рабочих требовалось для строительства крепостей, на железных рудниках и заводах, равно как и в гавани Ецион-Гавера.