Тысячелетие вокруг Черного моря - Дмитрий Абрамов

Несмотря на большие потрясения и перемены, Русская Православная Церковь сохранила и даже усилила свои позиции в Северной Руси и поддерживала связи со своим духовным центром. После событий 1204 года русское духовенство постепенно остановило свой взгляд на Никее. Тогда русские митрополиты ездили на поставлена к Никейскому патриарху, или же никейское греческое духовенство присылало на Русь своих ставленников. Так, Новгородская 4-я летопись, как и другие русские летописи того времени, отмечала: «В то же лето (1233 г.) преставися блаженный митрофолит Всеа Руси Киевскыи Кирил, родом бе Гричин, приведен бысть из Никииа». Или: «Того же лета (1237 г.) прииде митрофолит Гречин из Никиа в Киев, именем Иосиф». В 1246 г. был поставлен русский митрополит Кирилл, вскоре перенесший свою кафедру из Киева в северный Владимир. В 1299 г. митрополит Максим также не захотел оставаться в разоренном Киеве и поступил по примеру Кирилла. После восстановления Ромейской империи в 1261 г. были налажены отношения русского духовенства с Константинопольским Патриархатом и Афоном. Русских митрополитов поддерживали и ханы Золотой Орды, выдавая им ярлыки на митрополичье служение. В 1260 г. хан Берке даже позволил учредить в Сарае православную епископию, хотя сам всячески притеснял ордынских несториан и опирался на мусульманство.

После монголо-татарских набегов XIII в. на Крым, был разорен и лежал в руинах древний Херсон. Видимо, самым разорительным нашествием для Крыма стал поход золотоордынского темника Ногая, совершенный им в 1299 г. Многие города полуострова были разрушены, и жизнь в них стала постепенно замирать. Приморская полоса южного побережья Таврии с городами Чембало, Судаком, Кафой и др. стали колониальными владениями католиков-генуэзцев. Укрепилось положение генуэзцев в низовьях Дона — в Азове. Степной Крым заселяли кочевые орды татар, пытавшихся избежать деспотической власти ханов Золотой Орды. Православное население полуострова оказалось под угрозой вторжения кочевников с севера и под давлением католиков с юга. Однако потомки греков, римлян, готов и алан, давно принявших православие, воспитанных на культурных традициях Ромейской империи, не хотели мириться с этим. С XII в. православное ромейское население стало заселять юго-западную часть гряды Крымских гор — древнюю страну Дори. В XIII в. ромеи Таврии стали спасаться здесь от нашествия татар, грабежей генуэзцев и строить крепости. Высоко в горах среди неприступных скал они основали крепость Мангуп, которая со временем стала столицей нового греческого княжества Феодоро{165}.

Монголо-татарское нашествие изменило и направление путей, ранее связывавших Русь и Ромейскую империю. Видимо, уже к исходу первой трети XIII в., после разгрома половцев и русских монголами в битве на Калке и смещения половецких кочевий на запад — за Днепр, окончательно прекратил существование древний путь «из варяг в греки». Зато стали складываться новые пути, по которым осуществлялись дипломатические, торговые и культурные контакты государств Восточной Европы с государствами Причерноморья, Малой Азии, Балкан и Ближнего Востока. Один путь прошел западнее днепровского. К нему вели все речные и сухопутные дороги из Новгорода, Смоленска, Минска, Полоцка и Луцка, выходившие к среднему течению Днестра. Туда же подходила и сухопутная дорога из Киева, пролегавшая через среднее течение Южного Буга и г. Браславль. Заканчивалась эта дорога в Белгороде (Аккермане — татарск.) — на Днестровском лимане. Оттуда уже добирались морем до Босфора и далее. Видимо, уже после Батыева нашествия 1237-1242 гг. сложился и другой путь, пролегавший восточнее днепровского. Его можно назвать черноморско-донским, так как он вел из Коломны и Переяславля-Рязанского к верховьям Дона. Далее следовали на речных судах до Азова. А из Азова на морских кораблях добирались до Синопа и Босфора. Для русичей северо-востока западный путь был длиннее. Восточным путем можно было добраться из Москвы или Владимира до Константинополя за два-два с половиной месяца, но он был более опасен, чем путь через Белгород{166}. Однако на северо-востоке чаще предпочитали добираться до Константинополя черноморско-донским путем. Русская колония в Константинополе сохранялась, видимо, в Галате. Там у русских имелся свой приходской храм. Там же располагалось и подворье русской митрополии в столице Ромейской империи. По свидетельству источников, местоположением русской колонии был северный берег Золотого Рога, недалеко от храма Иоанна Предтечи.