СМЕРШ в Тегеране - Анатолий Терещенко

Тем более, что жил он один.

Неужели трагичное шелепинское эхо образца 1959 года гуляло и в период андроповского времени, вплоть до 1977 года, времени кончины нашего героя?

По всей видимости, гуляло! Но не все так однозначно, как хотелось бы видеть и знать. Думаю, время ответит на все эти вопросы и загадки…

* * *

Попробуем выстроить версии его подвига, исходя из того открытого материала, который удалось накопить в «зеленой папке». Сразу же хочу предостеречь скептиков, — в Интернете нет совершенно никаких документов в отношении нашего героя. Версии верстались из обрывков фраз его сослуживцев, наработанного личного опыта и некоторых косвенных намеков самого Николая Григорьевича Кравченко.

Подполковнику Николаю Григорьевичу Кравченко руководством ГУКР СМЕРШ НКО СССР, как представителю основного органа во время войны, который оперативно обслуживал войска воюющей армии, поручили обеспечить охрану и безопасность глав делегаций трех стран, СССР — Иосифа Сталина, США — Франклина Рузвельта и Великобритании — Уинстона Черчилля.

С этой задачей он справился с оценкой «отлично», о чем свидетельствуют правительственные награды и внеочередное присвоение генеральского звания.

Так чем же он себя проявил?

ВЕРСИЯ № 1

Вместе с контрразведчиками из группы генерал-лейтенанта Петра Васильевича Федотова через свою агентуру и негласные средства советской внешней разведки, Николай Григорьевич Кравченко вышел на агентурную сеть противника, которая непосредственно по заданию немецкой разведки планировала осуществить террористический акт против «Большой тройки».

А сил, чтобы задержать этих агентов у немалого отряда контрразведчиков, прибывших в Тегеран из Москвы, было намного больше, чем у 16-летнего Варданяна с ее велосипедной «легкой кавалерией».

При допросах арестованной агентуры у начальника союзной контрразведки генерал-лейтенанта П.В.Федотова и представителя ГУКР СМЕРШа НКО СССР Н.Г.Кравченко стали ясны планы противника. «Расколоть» задержанного любого агента московским чекистам труда не составляло.

ВЕРСИЯ № 2

Через агентуру, имевшуюся в 131-м пограничном полку, охранявшем здания нашего посольства в Тегеране и участников международной конференции, а также другие объекты советской военной миссии были получены данные об открытых люках в водоводных каналах, а их было несколько сот.

Контрразведкой СМЕРШ, ведущей оперативную работу в полку была подготовлена справка с информацией о вероятном пути выхода диверсантов на территорию между Английским и Советским посольствами. Они располагались рядом. Эти подземные коммуникации были обследованы с обнаружением следов готовящегося нападения. Об этом было доложено, возможно, и вероятнее всего Николаем Кравченко Лаврентию Берия, а может и самому Сталину. Вождь это оценил по достоинству. Люки тут же заварили, а каналы взяли под усиленный контроль.

ВЕРСИЯ № 3

С учетом этих и других обстоятельств, как известно, американскому президенту Франклину Рузвельту было предложено Иосифом Сталиным через Вячеслава Молотова и Аверелла Гарримана переехать в Советское посольство. Это диктовалось собственной безопасностью лидера, так как посольство США находилось на окраине города, и возможность обстрела его кортежа при перемещениях была весьма вероятна, так как иранская столица кишела нацисткой агентурой.

В это время Н.Г.Кравченко от агентуры получает сведения, что участок дороги с определением точного места, из посольства США в посольство СССР уже заминирован. Наши саперы его удачно и конспиративно разминировали.

Вот почему на похороны генерала Н.Г.Кравченко, по воспоминаниям бывшего майора УКГБ Тамарскго Г.С. «приехал сапер, которого Н.Г.Кравченко в 1943 году взял с собой в Тегеран».

Значит, такой человек был рядом с подполковником СМЕРШа в Тегеране и откликнулся провести своего старшего, уважаемого товарища в последний путь. Он на поминках генерала, кое-что рассказал интересного из своего пребывания в иранской столице.

С выступлением майора в отставке Тамарского Г.С. на траурном митинге читатель может ознакомиться чуть ниже.

ВЕРСИЯ № 4

Возможен элемент случайности. Нисколько не умаляя заслуг в проделанной колоссальной работе по оперативному обслуживанию подразделений охраны со стороны Николая Григорьевича Кравченко, автор считает, что Сталин, симпатизировал высокому, плечистому, стройному красавцу с густой, как у него в молодости шевелюрой. И когда встал вопрос о присвоении генеральского звания по просьбе Рузвельта, он остановился именно на подполковнике из СМЕРШа. Это была созданная и названная им контрразведывательная организация в Вооруженных Силах СССР.

Вождь ведь был наркомом обороны Советского Союза, поэтому Главное управление контрразведки СМЕРШ недаром было передано в НКО СССР. Виктор Семенович Абакумов состоял в его заместителях по безопасности.

А авторитет у Абакумова к этому времени был достаточно высок, и Сталин доверял ему больше, чем Берии, которого он стал подозревать в угодничестве, мздоимстве и моральном разложении, считая это признаком заявки на преемника. Но Сталин, несмотря на возраст, не собирался уходить с политического подиума. А назначенцев на свое место выбирал сам. В разное время у него в этом качестве ходили и Кузнецов, и Воскресенский, и Пономаренко и многие другие. А вот инициативы у подчиненных и проявлений подобных негативных черт вождь не переносил.

* * *

Придется немного углубиться в историю, чтобы показать степень реакции Сталина на подобные «штучки».

Так, 2 января 1940 года к Сталину на ужин в Семеновское при­ехали Микоян, Андреев, Каганович и Ворошилов с Надей Тузовой, бывшей сотрудницей Коминтерна, его секретаршей, смазливой ба­бенкой, решившей тоже поздравить вождя. Сталин был в хорошем настроении. Он показал правительственную телеграмму от Гитлера, который накануне поздравил Сталина с 60-летием.

— Ах, до чего же внимательный человек, вы смотрите, ведь вспомнил, — заикаясь, скороговоркой пролопотал Молотов, приехавший раньше других гостей.

А потом пошли «карачки», когда подменялась служба Отечеству службе «вашему Превосходительству», верноподданнические тосты, о которых когда-то впервые высказался художник Серов, рисуя портрет царя Николая II. Он тогда отметил льстивое окружение царя и россиян, никак не освободившихся от векового заискивания перед сильными мира сего.

Особенно старались в угодничестве Ворошилов и Микоян.

И тут Сталин не выдержал:

— Фу, вы как псаломщики. За бутылку водки готовые продать все и вся. Даже отца родного и мать в придачу.

Наступила зловещая тишина, которая, как на фронте, в любую секунду могла взорваться открытием огня.

И стрельба началась:

— Вы все уже успели записаться в новых богатеев, в знатное сословие, стали вельможами. Каждый из вас превратился в барина, в боярина. Забыли, кем вы были, — скаламбурил хозяин. — Став наркомами, научились быстро воровать.