Все укрепрайоны и оборонительные линии Второй Мировой - Валентин Рунов

Южнее 26-й оборонялась 12-я армия Киевского Особого военного округа (командующий — генерал-майор П.Г. Понеделин, член Военного совета — бригадный комиссар И.П. Куликов, начальник штаба — генерал-майор Б.И. Арушунян). В составе этой армии были 13-й и 17-й стрелковые корпуса, 16-й механизированный корпус, а также Черновицкий, Верхнепрутский и Нижнепрутский укрепленные районы^[93].

Планом прикрытия государственной границы 12-й армии предписывалось создать района прикрытия № 4 с границей от Самбора и Творильне до Могилев-Подольского и Липкан. Общая ширина фронта обороны армии достигала 500 километров. В составе войск этого района прикрытия должны были находиться 13-й (командир — генерал-майор Н.К. Кириллов) и 17-й стрелковые корпуса (командир — генерал-майор И.В. Галанин), а также 16-й механизированный корпус (командир комдив А.Д. Соколов).

В архиве мне удалось найти воспоминания бывшего начальника штаба 17-го стрелкового корпуса генерал-майора А. И. Баранова. В частности, он пишет, что на 22 июня 1941 года корпус имел три стрелковых, одну горно-стрелковую дивизии, два тяжелых артиллерийских полка, разведывательную авиационную эскадрилью и другие части, полностью укомплектованные по штату мирного времени. Эти соединения дислоцировались: 69-я стрелковая дивизия — в районе Коломии, 96-я горно-стрелковая дивизия — в районе Коссова, Куты, Черновцов, 60-я стрелковая дивизия — в районе Черновцов и Стороженец, 164-я стрелковая дивизия — в районе Каменец-Подольска.

А.И. Баранов дает достаточно полную характеристику инженерного оборудования оборонительных рубежей в полосе этого соединения, его противотанковой и противовоздушной обороны. По его воспоминаниям, в пределах главной полосы обороны в полковых районах были заранее подготовлены траншеи, ходы сообщения, убежища. Оборудованы дерево-земляные сооружения, оборудованы основные и запасные командные пункты от роты до полка включительно. Внутри полковых районов были вырыты противотанковые рвы и подготовлены эскарпы. Была установлена часть противотанковых, противопехотных мин и фугасов не только перед передним краем, но и в глубине обороны.

Второй оборонительный рубеж в инженерном отношении полностью подготовлен не был, так как были запрещены отрывка окопов и оборудование сооружений на крестьянских землях. Но на некоторых направлениях готовились дерево-земляные сооружения и оборудовались наблюдательные пункты, позиции для артиллерии и пулеметов. Для обеспечения маневра сил и средств была осуществлена подготовка рокадных дорог.

Противотанковая оборона была построена на использовании противотанковых минных заграждений, рвов, эскарпов, дивизионной противотанковой артиллерии, огня дивизионной и корпусной артиллерии. Основные усилия противотанковой обороны были заранее сосредоточены на наиболее танкоопасных направлениях.

Противовоздушная оборона строилась только на средствах дивизий и зенитно-артиллерийского дивизиона корпуса. Однако в этом дивизионе к началу войны была только одна батарея, а две другие находились на сборах в районе Станислава и прибыли в Черновцы только к утру 23 июня. Вполне понятно, что имевшихся средств ПВО, при наличии широкой полосы обороны, большом рассредоточении войск, необходимости обороны мостов через реку Прут и Днестр, крупной железнодорожной станции Черновцы, было явно недостаточно. Два истребительно-авиационных полка, которые базировались на аэродромах в Черновцах, должны были использоваться по плану командующего армией и округа и ПВО корпуса не обеспечивали. Кроме того, с началом войны эти полки потеряли на земле до 60 % своих самолетов^[94].

По воспоминаниям участников событий, выход дивизий в свои полосы обороны под видом проведения лагерных сборов начался в первой половине июня 1941 года. Для этого от каждого полка было выведено по два стрелковых батальона с полковой и дивизионной артиллерией и все специальные подразделения. Кроме того, около 80 % артиллерии корпуса также вышли в свои районы. Однако эти районы находились на удалении от 50 до 100 километров от государственной границы, непосредственно по ее линии находились только подразделения, выделенные туда для производства строительных работ.

С целью повышения боевой готовности войск в начале июня 1941 года командир корпуса запретил более 30 % офицеров покидать свои части. Но 21 июня в связи с наступлением выходного дня многие офицеры получили возможность выехать к своим семьям, другие направились на отдых в близлежащие населенные пункты.

О том, как для 12-й армии начиналась война, в своих воспоминаниях пишет бывший начальник штаба этого объединения генерал Б.И. Арушунян. Он отмечает, что 21 июня засиделся в штабе армии за разработкой очередного планового учения и вернулся домой очень поздно. В четвертом часу ночи 22 июня его разбудил телефонный звонок оперативного дежурного, который сообщил о том, что с начальником штаба армии желает говорить начальник штаба Киевского Особого военного округа генерал М.А. Пуркаев. По прибытии в штаб армии Арушуняну сообщили, что командующий войсками округа приказал срочно вызвать в штаб командующего 12-й армией.

Б.И. Арушунян позвонил в штаб округа и связался с командующим М.П. Кирпоносом.

— Возьмите бумагу, карандаш и записывайте, — потребовал командующий. — Немецко-фашистская авиация сегодня в 3.00 бомбила Киев, Одессу, Севастополь и другие города. С 3 часов 30 минут артиллерия ведет сильный огонь по нашим пограничным заставам и укрепленным районам. Приказываю: