Мы сгорали заживо. Смертники Великой Отечественной - Артем Драбкин

Следует отметить, что И-16 отличался неустойчивостью в полете, из-за которой его пилоту было сложнее попасть в цель. «Мессершмитт» же, напротив, считался весьма устойчивой и стабильной «оружейной платформой». Вдобавок боекомплект пулеметов у немецкого истребителя составлял по 1000 патронов на ствол (плюс по 60 снарядов на пушку), а у И-16 — по 450 патронов на каждый из ШКАСов и 250 — на БС.

Изучение материальной части самолета Р-40 «Киттихаук». Карельский фронт, декабрь 1942 г.

«Пушечные» модификации И-16 — типы 17, 27 и 28 — имели вооружение, аналогичное «Мессершмитту» Bf 109E-4: две крыльевые 20-мм пушки ШВАК и два синхронных пулемета ШКАС винтовочного калибра под капотом. Однако за счет более высокой скорострельности советских авиапулеметов и авиапушек масса секундного залпа у них была выше — 3,26 кг. Но таких «ишаков» выпустили относительно немного — 690 штук.

Р-40 «Киттихаук», 20-го ГвИАП, Карельский фронт

При сравнении боевых потенциалов И-16 и Bf 109 необходимо остановиться еще на одном важном моменте. Все «Мессершмитты» к началу Второй мировой войны были радиофицированы и имели на борту надежные и безотказные приемо-передающие радиостанции FuG-7. Это позволяло немецким пилотам координировать свои действия во время боя, а также получать команды и целеуказания от наземных авианаводчиков. Подавляющее большинство советских летчиков не имело такой возможности — из почти трех тысяч «ишаков», состоявших в начале июня 1941 года на вооружении советских ВВС, радиостанции РСИ-3 «Орел» имели не более полутора сотен, поскольку радиозаводы не могли обеспечить их поставку в достаточном количестве.

Еще одним истребителем Поликарпова, который также составлял значительный процент в списочном составе предвоенных советских ВВС, был полутораплан И-153, прозванный «Чайкой». С учетом нескольких штурмовых авиаполков, в западных военных округах к июню 1941-го насчитывалось около 1500 «Чаек», или примерно 35 % от общей численности истребителей.

В перерыве между вылетами. На заднем плане истребитель Р-40Е «Киттихаук»

Несмотря на то что самолет был спроектирован в 1938 году, его конструкция и аэродинамическая схема примерно соответствовали уровню развития авиастроения десятилетней давности. Единственным прогрессивным элементом у «Чайки» можно назвать убирающееся шасси.

Сбитый ФВ-190

На большинстве серийных «Чаек» стояли те же двигатели М-63 и такое же вооружение, как на И-16 тип 24. Однако из-за худшей аэродинамики максимальная скорость «Чайки» была ниже: у земли — всего 370 км/ч, а на высоте 5000 м — 435–440 км/ч. Такая скорость не позволяла ей успешно бороться с немецкими истребителями, а зачастую и перехватывать бомбардировщики. Зато нагрузка на крыло у «Чайки» была значительно меньше, чем у «ишака», а значит, лучше горизонтальная маневренность. Полный вираж на высоте 1000 м самолет выполнял за 13–14 секунд (у И-16 — 16–18 секунд). Скороподъемность обеих машин примерно равная — 14,7–15 м/с.

Воздушный бой над Мурманском, 1942 г.

Негативным качеством И-153 в сравнении с истребителями-монопланами являлся худший обзор вперед, ограниченный верхним крылом. Хотя Поликарпов пытался исправить этот дефект, придав крылу характерный излом, за который самолет и получил свое прозвище, значительная часть передней полусферы была скрыта от глаз пилота, мешая поиску и слежению за целью.

Из-за еще более низких, чем у И-16, скоростных данных «Чайки» также не могли применять в боях с «Мессершмиттами» наступательную тактику. Не могли они и спастись от атак за счет скорости. Бесполезность «Чаек» в воздушном бою вынудила руководство ВВС перевести эти машины в штурмовые полки, где их вооружение (четыре пулемета винтовочного калибра, а также подвеска двух 25– или 50-кг бомб) оказалось довольно эффективным против слабозащищенных наземных целей (пехота, автотранспорт и т. д.).

Матрос конвоирует сбитого немецкого летчика. Район Мурманска, 1942 г.

К концу 1941 года количество И-153 в боевых частях сократилось до 200 машин, а еще через год они почти полностью исчезли с советско-германского фронта.

Обломки сбитого немецкого бомбардировщика Ю-88

В 1939 году, по опыту боев в Испании, а затем и на Халхин-Голе, сразу в нескольких КБ развернулась спешная работа по созданию истребителей нового поколения. В результате появилась знаменитая «триада» — И-26 (Як-1), И-200 (МиГ-3) и И-301 (в серии — ЛаГГ-3). Этим машинам, а также их прямым «потомкам» пришлось вынести основную тяжесть войны в воздухе на фронтах Великой Отечественной.

Все три самолета были оснащены двухрядными двигателями водяного охлаждения, весьма схожими оказались и геометрические размеры машин, а также многие конструктивные решения. Их характерной особенностью являлось широкое применение дерева и фанеры в конструкции планера. В этой связи надо отметить один очень важный момент. К концу 30-х годов ХХ века СССР был единственной в мире авиационной державой, которая строила свою истребительную авиацию на базе древесины как основного конструкционного материала. С одной стороны, это упрощало и удешевляло производство, с другой — утяжеляло конструкцию. Однако в СССР исходили из объективных возможностей авиазаводов, на которых имелось в достаточном количестве деревообрабатывающее оборудование, а в станках, инструментах и оснастке для массового производства металлических конструкций ощущался явный дефицит. Не хватало и самого алюминия: предприятия цветной металлургии не могли обеспечить выплавку «крылатого металла» в тех объемах, которые требовались для выпуска планируемого количества боевых самолетов. А выпуск планировался именно массовый — ведь в том, что большая война не за горами, мало кто сомневался…