Великие танковые сражения. Стратегия и тактика. 1939-1945 - Роберт Айкс

Панцергренадерская дивизия «Великая Германия» была головной в наступлении немцев на юге, и она понесла большие потери. Однако 10 июля возникла необходимость повернуть ее наступление на северо-запад по дуге при поддержке эскадрилий пикирующих бомбардировщиков «Штука» в попытке отрезать русские танки. Это удалось, и «Великая Германия» в течение ночи была заменена 3-й танковой дивизией (чтобы вернуть панцергренадерскую дивизию на прежние позиции). 12 июля «Великая Германия» отдыхала, но боевые действия продолжались к западу от нее.

13 июля русские бросили в бой в стык между III германским танковым корпусом и II танковым корпусом СС остатки своей 26-й гвардейской бригады и V гвардейский механизированный корпус. К 14 июля продолжение наступления немцев в северо-западном направлении уже было невозможным. Активные действия русских против III танкового корпуса потребовали помощи от «Великой Германии», которая вторично атаковала в западном направлении с позиций несколько южнее Новоселовки. По пути, чтобы ослабить натиск русских, было отбито несколько их контратак – 3-го танкового и 1-го механизированного корпусов 1-й русской танковой армии, что привело к тяжелым потерям у русских. Соединение «Великой Германии» с III танковым корпусом было осуществлено ко второй половине дня. Но немцы были уставшими, в то время как силы русских, казалось, возросли. Из восьмидесяти танков «Пантера» в «Великой Германии» осталось лишь несколько.

Немцам казалось, что у русских были неистощимые резервы, а их контратакам не будет конца. Тенденция русских постоянно контратаковать, казалось, исходила от боязни командиров, что их обвинят в недостатке решимости. В результате они несли ужасные потери даже после того, как атака немцев была остановлена. И независимо от того, где прорвались немцы, они не выходили на оперативный простор, все еще находясь среди еще большего числа оборонительных позиций русских.

Наступление немцев на север было направлено на Обоянь. К югу от этого населенного пункта русские ввели в бой два полка самоходных артиллерийских установок, которые были уничтожены за два часа, но жертвы были не напрасными, потому что немцы не смогли достигнуть города. Минные поля, сосредоточение масс русской пехоты и танков, безжалостно введенных в бой в контратаке, преодолеть было невозможно. Затем произошло одно из тех совпадений, которые часто нельзя предсказать в войне: 14 июля немцы запланировали вновь атаковать Прохоровку – район, где собирались пойти в наступление и русские.

То, что произошло, стали называть величайшим танковым сражением войны. Атака немцев выглядела незначительной по сравнению с активностью русских. Русские использовали 850 танков и самоходных артиллерийских установок, которые поддерживали штурмовики. Они утверждали, что уничтожили 300 немецких танков огнем артиллерии, танков и огнем с воздуха, но сомнительно, чтобы немцы ввели их в бой так много. (Танковая битва под Прохоровкой произошла 12 июля. В этот день немцы, в основном танки 2-го танкового корпуса СС, прорвали последнюю, третью тыловую армейскую полосу обороны и вышли на оперативный простор. Во встречном танковом сражении они были остановлены и, оставив на следующий день попытки прорваться, начали постепенно сворачивать свое последнее «генеральное наступление». – Ред.) Однако известно, что к тому времени оставалось три «Пантеры» из первоначальных восьмидесяти в «Великой Германии», да и те пришлось бросить. Это было уже слишком. К этому времени из-за наступления русских, которое началось 12–14 июля в районе Орла, центр тяжести сместился туда. Тем временем союзники высадились на Сицилии, поэтому немцы решили отменить удар на Курск 13 июля. (Хорошая мина при плохой игре. – Ред.)

II танковый корпус СС (то немногое, что от него осталось. – Ред.) был выведен для использования в Италии, в то время как XLVIII корпус был выведен и отправлен по железной дороге на фронт Орел – Брянск (туда были отправлены 2 танковые дивизии. – Ред.). Во II танковом корпусе СС все еще оставалось четыре танка Pz II, 88 Pz III, 69 Pz VI («Тигры»), 20 командирских танков, 11 Т-34 (трофейных русских танков, использовавшихся немцами) и 69 САУ. В XLVIII танковом корпусе все еще было 42 танка Pz III, 56 Pz IV, 43 Pz V («Пантера») и шесть Pz VI («Тигр»). К 23 июля 4-я германская танковая армия на юге была потеснена назад к своим первоначальным позициям (а 23 августа Красная армия взяла Харьков. – Ред.).

Немцы взяли 32 тыс. русских пленных и утверждали, что русские потеряли 17 тыс. убитыми и 35 тыс. ранеными и что 2 тыс. русских танков и 2 тыс. САУ были уничтожены или захвачены. Но и немецкие танковые и моторизованные дивизии были обескровлены. Немцы потеряли в личном составе 3330 убитыми и 17 390 ранеными. Русские утверждали, что немцы потеряли 3 тыс. танков и 85 °CАУ, 150 единиц артиллерии, 5 тыс. грузовиков и 1400 самолетов. Но поскольку, хотя бы потому, что у немцев на юге было только около 1300 танков и САУ (1556, да еще подходили подкрепления. – Ред.) и здесь все еще оставалось около 400, это утверждение считается преувеличением. (У немцев была отлично поставлена эвакуационно-ремонтная служба, поэтому танки могли подбиваться не раз и возвращаться в строй – если не сгорали и не взлетали на воздух или не были совершенно разбиты тяжелым снарядом, например 152-мм, или прямым попаданием авиабомбы.) Если предполагается, что потери на севере составляли такое же соотношение, общее число потерь в танках у немцев, вероятно, приближалось к девяти сотням (1500. – Ред.). Но едва ли они были даже такими. Утверждения немцев о танковых потерях русских считают меньшим преувеличением. (В цифрах потерь много мифологии. Однако после срыва своего последнего настоящего наступления немцы преуспели здесь больше. Согласно достаточно серьезным источникам, в гигантской битве на Курской дуге немцы потеряли около 500 тыс. убитыми, ранеными и пропавшими без вести, Красная армия – 863 тыс. – Ред.)

При наступлении русских на Орел в головном отряде шли тяжелые танки КВ и британские танки «Черчилль», за которыми следовали Т-34 и американские средние танки при поддержке «катюш». «Катюши» использовали также для срыва контратак немцев. Ослабив натиск в районе Курска, русские смогли перебросить артиллерию на фронт в районе Орла и достигнуть соотношения на этом фронте в пять артиллерийских полков на каждый мотострелковый полк. Артиллерийские части, по мере развития атаки, перемещались в стороны и перегруппировывались.

Усилившиеся атаки русских 21 июля вынудили 9-ю немецкую армию бросить в бой на орловский участок обороны 12-ю и 20-ю танковые дивизии и 36-ю пехотную дивизию. XXIV танковый корпус, включавший в себя 17-ю танковую и моторизованную (танковую) дивизию СС «Викинг», переброшенные из района южнее Харькова, и 23-ю танковую дивизию из северной группировки, также двинулся в направлении Орла. Орел был взят русскими 5 августа. Немцы стали возводить оборонительный рубеж Витебск (на Западной Двине) – Орша (на Днепре) и в 1943 году отступили к этому рубежу.

У Сталинграда немцы пренебрегли своим преимуществом в мобильной тактике. Трагедия состояла в том, что опыт прорыва через многочисленные линии траншей в Первую мировую войну был забыт, и более того – немцы считали возможным переходить в наступление, хотя знали, что русским об этом известно и они это наступление ожидают. Сегодня некоторые немцы утверждают, что не следовало использовать «Пантеры», пока в них не были устранены недостатки и пока их не было в наличии в гораздо большем количестве. Но маловероятно, что и в этом случае результат был бы иным.