Феномены древней культуры востока Северной Азии - Вадим Попов

Лысина и борода – неотъемлемые признаки белой расы, и в целом рисунок напоминает кондового русского мужика 60-70-летнего возраста. Подводят в идентификации портрета руса узкие глаза, но они явно декорированы чем-то – то ли очками, то ли татуировкой, а, возможно, это знак отличия существа инобытия от человека. Облик его вовсе не монголоидного типа, для которого характерны низкий лоб и жидкая борода. Крест на лбу указывает на принадлежность изображения к ведической религии. Крест нечёткий, но идею его присутствия усиливает и утверждает другой ярко и четко исполненный крест на рисунке лебедя того же шереметьевской галереи рисунков. Если у большелобой маски он прямой, то на лебеде косой, но оба равносторонние. Сам Окладников писал: «Крест издавна служил знаком вселенной, его четыре конца символизировали четыре стороны света. Знак креста в данном примере (лебедь) акцентирует творческую роль и космическую сущность этой птицы». А я добавлю, что равносторонние кресты и свастики, играя ведущую роль в ведической символике, раскрывают сущность вращательного движения вселенной и, возможно, тороидального вихря элементарных частиц эфиросферы Земли.

Космическая сущность лебедя с крестом шереметьевских скал на небе представлена созвездием Лебедя. Но, возможно, эта птица является эмблемой Великой Богини неба, на что указывает косой крест, являющийся знаком её.

В славяно-арийских Ведах, как отмечает В. Истархов, Сварожий круг (зодиак) делится на 16 чертогов – созвездий, значительно отличающихся от 12 современных, определяющих зодиакальные эры.

Это чертоги Вепря, Щуки, Лебедя, Лося и другие. Каждый Бог или Богиня покровительствовали своему строго определенному созвездию. И в этом удивительное совпадение с нижнеамурской мифологией! Оказывается, Богиня Лада покровительствовала чертогу не Вепря, не Щуки, а Лося; а Богиня Макошь (Великая Богиня неба) – Лебедя. И не случайно именно они оказались персонажами древних нижнеамурских изображений.

Следует признать существенным основанием для утверждения принадлежности петроглифов индоевропейской культуре изображение в них, по крайней мере, четырёх вариантов крестов: прямого, косого, свастичной руны, двулучевой свастики. Последний, конечно, можно оспаривать из-за нечеткости изображения, но ведь совершенно очевидно, что контекст всей совокупности признаков Нижнеамурской ведической цивилизации русов налицо. Даже простые прямые крестики не могли быть созданы монголоидными северянами, они и сейчас их не имеют в своих орнаментах – им не ведом этот символ.

А русы – носители высокой художественной нижнеамурской культуры – вряд ли могли посвятить их в глубину сути изображения креста как символа горящего Бога Солнца и свастики, как символа света, жизни, движения или Бога Земли.

Многое переняли нарождающиеся этносы монголоидов от русов, но далеко не всё. Их культуры стали прослеживаться на Амуре только с первого тысячелетия нашей эры, в раннем железном веке. А в неолите их не было. Не существует и культур промежуточного периода между этими эпохами.

Создаётся впечатление, что русы или ассимилировались здесь, или откочевали куда-то. Одним из возможных направлений была Сибирь. На юге её, в Минусинской котловине, они, возможно, дали начало яркой, своеобразной Окуневской культуре (название происходит от п. Окунево), просуществовавшей до начала 2 тысячелетия до н. э.

Окуневцы отличались существенными признаками монголоидности и пришли, как предполагают сибирские археологи, откуда-то с севера, возможно, со Среднего Енисея. Однако убедительных фактов этому не приводят, хотя и нашли какие-то аналогии с енисейскими антропоморфными изображениями на скалах. Но не могли археологи не знать о существовании нижнеамурских петроглифов, чтобы не попытаться обнаружить с ними сходство. Окладников нашел некоторые аналогии между ними, но объяснил их общим художественно-декоративным чувством и мировоззрением художников и возможностью контактов древних окуневцев с разными отдаленными территориями. Однако, по его представлению, они путешествовали на оленях ещё и во времени, перемещаясь из неолита в период бронзы, что маловероятно.

Не оленеводы-бродяги, а только оседлые этносы могли создать петроглифы и Окуневские стелы. Аналогии между ними обнаружились в некоторых зоо– и антропоморфных изображениях.

Привлекает внимание, что рисунки расположены на каменных стелах и на валунах (тоже своеобразные стелы) – и в этом есть аналогия. При детальном рассмотрении в некоторых рисунках выявляется много общего (илл. № 118). На фотографии две нижние антропоморфные маски с отростками – почти точная копия амурского петроглифа. У правой маски даже совпадает количество отростков – их девять (илл. № 119).

илл. № 118

илл. № 119

Крайняя правая стела в нижнем ряду имеет специфический признак образа Бога Перуна (рассмотренный ранее) – разные глаза. На рисунке это отражено в виде овальной подрисовки под правым глазом при отсутствии её под левым. Подобное изображение имеется у Перуна Сикачи-Аляна и николаевской его скульптуры в виде рельефа. Если учесть трёхкратное проявление художественного приёма на территории огромного Дальневосточно-Сибирского региона в течение, как минимум, тысячелетия, то элемент случайности полностью исключается.

Оно, скорее, является подтверждением проявления устойчивых религиозных понятий в художественных образах. Итак, этот признак указывает, что на стеле окуневцев изображен Бог Перун – его сибирский вариант. Таким образом, окуневцы – русы, монголоидизированные, возможно, получили примесь крови желтой расы на Амуре, но не потеряли своей культуры и религии.

Как заметили историки, наиболее интересны фантастические трёхъярусные личины окуневцев, где якобы передается их представление о трёхъярусном строении мира – верхнем, среднем и нижнем уровнях. Это напоминает и ведическую Явь, Правь, Навь, и трипольское трёхчастное строение мира, и вообще Троицу и Триглава.

На Амуре, у несуществующего уже села Калиновка, близ поселка Софийское, на обломке береговой скалы, существуют интересные петроглифы. На камне изображены три личины и лодки с гребцами или пассажирами (илл. № 120). Антропоморфные личины, скорее всего, олицетворяют Великую Богиню неба, судя по изображению уголков и треугольников на их лбах как её символа, что будет доказано позже. Две нижние маски имеют поперечную полосу через всё лицо под носом. У Окуневских рисунков на стелах также обнаруживаются такие же поперечные полосы – где под носом, где через нос. Значение их неясно, но этот признак связывает нижнеамурские и Окуневские изображения общей идейно-художественной связью, которая объединяла один народ, живущий на разных территориях, но мигрирующий по родной земле в единой этнической среде эпохи неолита, не встречая противостояния других этносов и религий.