Генеральская мафия – от Кутузова до Жукова - Юрий Мухин

«Суд удаляется и после совещания, продолжавшегося почти 10 ч., выносит резолюцию, которая в главных чертах сводится к следующему. Капитан 1 ранга Клапье-де-Колонг, полковник Филипповский и капитан 2 ранга Баранов признаны виновными в том, что, находясь на поврежденном миноносце «Буйный», умыслили, в случае встречи с неприятелем, сдаться без боя и, перейдя на миноносец «Бедовый», вполне способный к бою, спустили флаг. В частности, капитану Баранову вменяется в вину то, что он склонился на предложения Колонга, не имея мужества и решимости противодействовать в качестве командира распоряжениям Колонга, клонившимся к сдаче. Ввиду этого все трое, а равно и лейтенант Леонтьев, как непосредственный участник и пособник сдачи (отгонял команду от орудий), подлежат смертной казни через расстреляние. Ввиду же имеющихся уменьшающих вину обстоятельств суд признал необходимым ходатайствовать пред Государем Императором о замене смертной казни заточением на 10 лет в крепости, с исключением из службы. Усмотрев затем: 1) что нравственные и физические силы подсудимых были подорваны беспримерным по трудности походом; 2) что подсудимые нравственно были потрясены гибелью многих судов эскадры и пребыванием на погибавшем «Суворове» и 3) что к сдаче побудило их желание спасти жизнь адмирала, — суд признал соответственным ходатайствовать пред Его Императорским Величеством о понижении наказания до степени, выходящей из пределов власти суда, и сообразно этому заменить наложенное судом наказание, подвергнув: капитана 1 ранга Клапье-де-Колонга исключению из службы без лишения чинов, полковника Филипповского и лейтенанта Леонтьева отстранению от службы с ограничением некоторых прав и преимуществ, капитана 2 ранга Баранова — исключению из службы, с ограничением некоторых лично и по состоянию ему присвоенных прав и преимуществ. Адмирал Рожественский, как не вполне сознававший, по состоянию его здоровья, значение происходивших вокруг него событий, а равно и все прочие подсудимые признаны по суду оправданными — за недоказанностью обвинения».

Таким приговором преступники за такое огромное преступление не были наказаны вовсе. Наверняка адмиралы и генералы суда, «пожалевшие» их, потом оправдывались или даже хвастались своим «гуманизмом». Но в этом приговоре гуманизма нет ни на копейку — здесь коллективное осознание адмиралов и генералов, что, окажись в такой ситуации прокурор и члены суда, они бы тоже предали! Предали бы всех и все — и 15 тыс. моряков русского флота, погибших в этом сражении, и труд огромного числа граждан России на создание и подготовку кораблей, которые эти трусы передали японцам.

Между тем и этим приговором не все осужденные остались довольны, «осужденными Барановым и Леонтьевым была принесена кассационная жалоба главному военно-морскому суду, который слушал её 12 сентября под председательством адмирала Пилкина в составе членов: генерала Васильева, генерал-лейтенантов Бабицына и Михайлова, при главном военно-морском прокуроре действительном статском советнике Матвиенко.

В кассационной жалобе защитник капитана Баранова отставной генерал-лейтенант Навроцкий указал на три главных неправильности, допущенные, по его мнению, судом в приговоре: 1) в вопросном листе о виновности капитана Баранова сказано, что «миноносец был сдан японцам» (вообще сдан, неизвестно кем), в резолюции же суда прямо говорится про капитана Баранова, что он сдал миноносец. Огромная разница. 2) В резолюции сказано, что суд постановил ходатайствовать о смягчении наказания во внимание к долговременной, усердной и полезной службе капитана Баранова. В приговоре слово «полезной» пропущено. Между тем «полезная» служба, очевидно, важнее «блестящей» службы, а во внимание к такой аттестации службы, например, было смягчено наказание капитана 1 ранга Клапье-де-Колонга». И т. д. В связи с этим Навроцкий просил пересмотреть дело.