В поисках Олеговой Руси - Константин Анисимов

Сходство имен «Маджак/Мужек» и «Мусокий» бросается в глаза. Логично предположить, что распад «Царства Маджака» был вызван именно тем, что сам Маджак – Мусокий попал в плен к ромеям, а после к аварам – обрам, и оттуда уже не вернулся[59]. Аль-Масуди сообщает, что славянские племена тогда обрели самостоятельность и собственных «царей», а ПВЛ уточняет, что обрели «княжение свое» поляне, древляне, дреговичи, полочане и новгородские словене. Слова летописца можно понять и так, что «обретение княжений» произошло после смерти Кия, то есть он отождествлял Кия и Мусокия! Либо же отождествлял «державы» Кия (полян) и Мусокия. Если же мы вспомним выводы о том, что предания о Кие восходят именно к эпосу руси, а не к полянскому, то перед нами еще одно косвенное подтверждение тому, что именно русы возглавляли «Словенское царство»!

Легенда аль-Масуди называет Маджака/Мужека царем племени «валинана», то есть волынян. Сторонники того, что интересующий нас союз племен на Волыни и в Подунавье возглавляли дулебы, гипотезы, начало которой положил еще Иловайский, как правило, отождествляют волынян с дулебами по региональному признаку – дулебы жили именно на Волыни. Однако, как видим из летописи, ее автор различал дулебов и лидеров первого славянского протогосударства – «дунайских словен». Различает он и дулебов с волынянами: «Дулѣби же живяху по Бугу, кде нынѣ волыняне», относительно же волынян делает пояснение в другом месте: «зане сѣдять по Бугу, послѣже же волыняне». Эти сообщения можно было бы толковать и так, что племя или племенной союз, звавшийся ранее дулебами, стал называться позднее бужанами, а затем волынянами, если бы не ряд раздельных упоминаний этих двух племенных названий в различных источниках в самое разное время. Так, к примеру, бужан знает «Баварский географ», географический трактат середины IX века[60], кроме того, он упоминает о племени «велунцан» – волынян, но непонятно, идет речь о летописных волынянах или о жителях прибалтийского торгового центра Волина. Дулебов в 920-х упоминает Масуди, который различает их с «волынянами», – дулебы, исходя из контекста, были одним из племен, выделившихся из состава «Царства Маджака». Польский историк XV века Ян Длугош, пользовавшийся не дошедшими до нас русскими источниками, упоминает прародителя Дулеба, а также сообщает, что потомками дулебов были лучане, жители волынского Луцка. Это очень ценное свидетельство, напрямую различающее племя дулебов с прочими жителями Волыни, можно использовать в пользу того, что смена имен жителей Волыни связана с попеременным возвышением разных племен, входящих в племенной союз на берегах реки Буг. Весьма любопытно, что два из трех этнонимов имеют аналогии в названиях волынских городов: бужане – Бужск, волыняне – Волынь (от которой получили свое название Волынская земля и Владимир Волынский – стольный град русского Волынского княжения), а центром потомков дулебов, как мы помним, был Луцк. Это заставляет думать, что «бужане» и «волыняне» – не столько этнонимы, сколько политонимы, распространявшиеся на окрестных жителей с ростом значения одного из центров в разное время. Кроме того, весьма странно, что, в отличие от соседних хорватов, дреговичей, полян, северов, кривичей, бужане или волыняне не встречаются в других регионах славянского мира[61], в отличие от дулебов, которые зафиксированы также в Чехии (рядом с хорватами!) и в Паннонии. Таким образом, можно заключить, что и «волыняне» Масуди не столько этноним господствующего племени, сколько географическое указание на место проживания этого племени в древности. В пользу этого говорит то обстоятельство, что, согласно летописи, «волынянами» население Волыни стало называться относительно недавно к его времени, а ранее называлось «бужанами». Указание Масуди подтверждается также тем фактом, что именно на Волыни, причем недалеко от Владимира Волынского, археологи обнаружили политический центр этого объединения – городище Зимно, которое оказалось к тому же первым укрепленным градом в славянской истории! Тот факт, что после разрушения его аварами в начале VII века град более не возродился, подтверждает косвенно тот факт, что дулебским он не был. Итак, летописец с одной стороны указывает, что древнейшим именем волынских славян был этноним «дулебы», с другой стороны, как и аль-Масуди, различает дулебов и древних лидеров славянского мира, которых называет «дунайцами». Это название не должно нас смущать, так как связано оно может быть, во-первых, с тем, что само племя пришло на Волынь из Нижнего Подунавья, во-вторых, с тем, что византийские источники, повествующие о столкновениях с этим племенем, как и славянские предания о тех событиях, знают славян-словен преимущественно как жителей Подунавья, а в-третьих, с тем, что по предложенной мной реконструкции, после разгрома Зимно его жители (русь?) ушли в Подунавье.

Вывод о географической природе названия «волыняне» у Масуди подтверждается еще одним источником. Уже упоминавшийся трактат IX века «Баварский географ» приводит вариант той же легенды, которую записал в X веке аль-Масуди: «Zeriuane – это королевство столь [велико], что из него произошли все славянские народы и ведут, по их словам, [своё] начало»[62]. Исходя из приблизительного расположения племен «Баварским географом» на карте, выполненной И. Херманном, и созвучия названия, исследователь отождествил загадочное «королевство» с «червянами» и «Червенскими городами» на той же Волыни[63]. Как видим, снова название города вытесняет название племени, или же название нового лидирующего племени становится общим для племенного союза. Характерно, что как в ПВЛ «дулебы», «бужане», «волыняне», «Червенские города» упоминаются как синонимы и подчас рядом друг с другом, различаясь лишь как старые и новые названия, как у аль-Масуди «волыняне» относятся к древности, а дулебы к его временам, так и в «Баварском географе», который механически соединял информацию из разных источников, упоминаются «червяне» в легенде о происхождении славян[64]и «бужане» как современное автору племя. Идентичность легенд «Баварского георафа» и Масуди заставляет отказаться от гипотезы «омолаживания» «царства Маджака» и отождествления ее с Хотомельским племенным союзом VII–VIII вв., сменившим Зимненское объединение, и культурой типа Лука-Райковецкая.