Адмирал Колчак. "Преступление и наказание" Верховного правителя России - Василий Цветков

Восстание крестьян в Минусинском уезде Енисейской губернии (ноябрь – декабрь 1918 г.)

В последнее время в различных дискуссиях приводятся, например, такие «свидетельства белого террора»: «белогвардейцы сотнями вешали, закапывали заживо в землю, пороли, насиловали сибирских крестьян»; «старики в деревнях помнят, как Колчак всю Сибирь залил кровью» и т. д.

В данном и в следующем приложениях приведем подлинные документальные свидетельства непосредственных участников тех событий. Таких документов очень много, но, к сожалению, они малоизвестны. Это свидетельства и «красных повстанцев», и «колчаковских белогвардейцев». Да. Кровь русских людей (партизан, крестьян, казаков, офицеров, милиционеров, священников), к великому прискорбию, «лилась рекой».

Только виноват ли в этом именно Колчак?

Возможно, что после знакомства с этими документами могут возникнуть вопросы: а не следовало бы «белой власти» более жестко действовать в той обстановке, которая сложилась в Сибири; можно ли ставить знак равенства между местными большевиками, всеми т. н. «повстанцами» и обычными бандитами; как относиться к принятым самими крестьянами решениям о поддержке «белой власти» и т. д. Думается, что спешить с ответами не стоит. А вот подумать над этими проблемами – необходимо…

Из Отчета Начальника Минусинского отряда генерал-майора И. Ф. Шильникова

«…Причины восстания.

В Минусинском уезде в большом числе устроены заводы для самогонки; некоторые из таких заводов, как, например, в селе Дубенском у амнистированного каторжанина Кульчицкого, ныне казненного, в день выпускали до 70 ведер спирту.

В первых числах ноября по распоряжению уездного комиссара в уезде милиция, местами усиленная казаками, начала уничтожать эти заводы, собирать оружие и арестовывать дезертиров, в большом количестве скрывающихся в уезде.

В некоторых местах крестьянами было оказано вооруженное сопротивление милиции, в том числе в селе Дубенском, почему туда комиссаром был выслан казачий разъезд с начальником уездной милиции Зефировым, который прибыл в Дубенское 9 ноября. Когда казаки и милиция расположились на отдых, на них напали дубенские крестьяне и прибывшие к ним на помощь верх-суэтукские и из д. Черемушки.

Прапорщик Савельев и 7 казаков и милиционеров были убиты, остальные поодиночке вернулись в Минусинск. Главари этого бунта, Кульчицкий и Нохрин, заводы которых были испорчены, испугавшись ответственности, решили побольше народу втянуть в это восстание, очевидно, надеясь, что если и не удастся им выиграть, то и ответственность разложится на всех.

С этой целью они спешно начали рассылать по селам Восточенской, Тигрицкой и Сагайской волостей воззвания, в которых говорили, что казаки ездят по уезду, собирают подати, сплошь бьют крестьян нагайками, вырезывают икры, отрезают носы, уши и пр., и призывали крестьян помочь им сбросить «казацкое иго», созвать 8-й крестьянский съезд, который, согласно постановлений 7-го съезда, только и может решить, давать или нет новобранцев, собирать или нет подати; впоследствии к этим требованиям в некоторых воззваниях и приказах указывалось на необходимость занять город Минусинск, арестовать правительственную власть и установить крестьянское правление.

Одной из причин озлобления против казаков были незакономерные действия станичного атамана ст. Каратуз Шошина, который очень часто допускал кулачную расправу с крестьянами. По докладу председателя войскового правления Шахматова о несоответствии атамана Шошина и о необходимости его устранения выносились постановления круга казаков, докладывалось им и об этом войсковому атаману Тяльшинскому, но последним никаких мер принято не было.

К сожалению, излишняя жестокость, проявленная казаками при подавлении мятежа, случаи незакономерных действий, которые, несмотря на целый ряд моих приказов и словесных распоряжений офицерам, все-таки были допущены, это озлобление еще увеличили.

Получив подкрепление из д. Верхней Кон, Верхнего Суэтука, Черемушки и Нижней Буланки, Кульчицкий выступил в Сагайскую волость.