Британская империя - Наталья Беспалова

Земли, лежащие в глубине континента к северу от Трансвааля, населяли племена народа тсвана, которых англичане называли бечуанами, а сами земли Бечуаналендом. Сейчас это территория государства Ботсвана.

Эта, казалось бы, бесплодная земля, большую часть которой занимает каменистая пустыня Калахари, издавна привлекала к себе внимание Родса. Он называл ее «путем на Север», «горлышком бутылки» и «Суэцким каналом, ведущим в глубь материка». Здесь проходил самый удобный для англичан путь к бассейну Замбези.

В 1882–1883 годах выяснилось, что не один Родс такой умный и не одни англичане имеют колониальные амбиции. Буры вторглись на земли тсванов и основали тут две республики – Стеллэленд и Госен. Преторийская конвенция запрещала Трансваалю расширять свою территорию, вон он и плодил дочерние государства, разумеется, совершенно независимые.

Политический вес Родса в то время был еще не слишком велик, но он делал все от него зависящее, чтобы убедить тех, кому надлежит решать: Британия не может отдать Бечуаналенд бурам, он нужен ей самой. В Лондоне не слишком торопились. Вопрос о необходимости освободить несчастных бечуанов от злобных бурских «флибустьеров», конечно, обсуждался в парламенте, но момент для того, чтобы ввязываться в драку, был неподходящий. И бурские стрелки были еще памятны, и в Судане дела пошли неважно. С решением тянули до 1884 года, когда свою заинтересованность в бечуанском вопросе внезапно обозначила Германия. Под носом у англичан образовалась германская Юго-Западная Африка, приблизительно соответствующая современной Намибии, а представители Берлина вдруг принялись именовать буров «нижненемецкими братьями». Они явно вынашивали проект о немецком патронате над Трансваалем и всячески поддерживали экспансию буров на земли тсванов. Надеялись утвердить там свое влияние через «братское» посредничество.

Африканской возней заинтересовалась и Россия. Капитан корвета «Скобелев», шедшего в Кронштадт из Тихого океана, получил от Главного морского штаба секретный приказ завернуть к западным берегам Африки и собрать сведения о новой немецкой колонии. В отчете офицеров корвета говорилось следующее: «Теперь является вопрос, какие выгоды может ожидать Германия от колонии такой пустынной, лишенной путей сообщения, воды и всего необходимого, и в чем состоит ее значение? Дело в том, что Германия, по всей вероятности, не думает ограничиться только землею Людерица и надеется, при помощи покупки земель или каким-либо другим путем, проникнуть в Среднюю Африку, которая давно уже служит предметом внимания и стремлений других европейских народов, и там основать колонию».

В Лондоне наконец поняли, что все очень серьезно. Одно дело республика Трансвааль сама по себе. При всем уважении к бурским стрелкам, ее не прихлопнули только потому, что не хотели отвлекаться от более важных дел. И совсем другое дело – республика Трансвааль, которую подпирает недавно объединившаяся и обретшая имперские амбиции Германия. Тянуть дальше было нельзя.

В августе 1884 года Родс был назначен заместителем верховного комиссара Южной Африки в Бечуаналенде, еще захваченном бурами. Какое-то время он пытался уладить дело миром, уговаривая свежеиспеченные бурские республики признать сюзеренитет Британии, но не преуспел в этом. В декабре того же года в Южной Африке высадились четыре тысячи английских солдат во главе с генералом Чарльзом Уорреном, получившим следующие инструкции: «Изгнать флибустьеров из Бечуаналенда, установить мир в этой области, возвратив туземцам их земли, принять меры для предупреждения дальнейших грабежей и удерживать страну до тех пор, пока ее дальнейшая судьба будет определена». В сентябре 1885-го южная часть земель тсванов была объявлена королевской колонией – территорией Бечуаналенд, а северная – протекторатом Бечуаналенд. Это был первый, но далеко не последний колониальный захват Великобритании, который связывали с именем Сесила Родса.