Госдачи Кавказских Минеральных Вод. Тайны создания и пребывания в них на отдыхе партийной верхушки и исполкома Коминтерна от Ленина до Хрущева - Андрей Артамонов

Я предполагаю, что, по имеющимся официальным данным, М. В. Яновский после приезда в мае 1925 года из Ленинграда в Кисловодск поселился не на своей бывшей национализированной даче в Горном переулке (она была построена на его средства в 1911 году), а стал жить в одном из зданий Кардиологической клиники Пятигорского бальнеологического института КМВ, где работал в качестве штатного консультанта. А особняк на Горном переулке, волею судеб превращенный в дом отдыха исполкома Северо-Кавказского Совета народных депутатов, с весны 1927 года облюбовал П. А. Богданов, являющийся членом Центральной ревизионной комиссии ВКП(б) и одновременно председателем Северо-Кавказского крайисполкома. Вот что пишет по поводу данного номенклатурного объекта госаппарата Северо-Кавказского края М. И. Ганштак (в ближайшем будущем уполномоченный ЦИК СССР по курортным вопросам в районе Минераловодской группы) в своей изобилующей многочисленными ошибками и неточностями книге «Кавказские Минеральные Воды: Справочник по курортам»:

«Лечебные учреждения для стационарных больных. Санатории. Дома отдыха. Пансионаты

А. Санатории Всероссийского объединения курортов.

48. Дом отдыха Северо-Кавказского Крайисполкома (Горный пер., № 2. Тел. 2-88)»^[72].

Здание бывшего дома отдыха исполкома Северо-Кавказского Совета народных депутатов в Горном переулке

Необходимо подчеркнуть, что данную книгу М. И. Ганштака нельзя назвать строго документальным источником по историографии курортов Кавказских Минеральных Вод по многим причинам.

Одна из этих причин – организация, стоящая на страже государственных интересов, так называемый Главлит СССР, осуществляющая цензуру в СМИ и в любых печатных изданиях. Информация по расположению номенклатурных санаторно-курортных объектов ВЦИК, СНК и ВЧК/ОГПУ/ НКВД в 20–40-х годах не была совершенно секретной, но данная тема не педалировалась в печати и всячески замалчивалась. Подчеркну, что сам М. И. Ганштак, так подробно написавший об объектах ХОЗУ ЦИК СССР на КМВ, вскоре попал под жернова НКВД и был расстрелян по обвинению в контрреволюционном заговоре. Впрочем, далее по тексту автор еще коснется личности Марка Иосифовича Ганштака.

Теперь вполне уместно объяснить, кто же именно проводил свой отпуск на даче «Карс» и доме отдыха Северо-Кавказского крайкома ВКП(б) с декабря 1926 года, согласно номенклатурному регламенту оргбюро ЦК ВКП(б). Для этого я ниже приведу перечень всех административных единиц Северо-Кавказского края, по состоянию на 17 декабря 1926 года (12 округов, 7 автономных областей и 2 автономных города, на правах округа):

Так вот каждая административная единица Северо-Кавказского края, например округ, автономная область и город, находилась под бдительным руководством первых секретарей партии из местного окружкома или обкома ВКП(б). Также у первого секретаря окружкома или обкома имелся зам в лице второго секретаря партийной ячейки. Все вышеназванные лица: первые и вторые секретари обкомов и окружкомов, вместе с семьями, имели право на отдых на дачах особого назначения ПП АОУ ОГПУ по Северо-Кавказскому краю, а также дачах и домах отдыха ХозО Северо-Кавказского крайкома ВКП(б). Подчеркну, что начальники РО ОГПУ/НКВД Северо-Кавказского края, а также председатели местных исполкомов (органов местного государственного управления) не имели права отдыхать на дачах и домах отдыха, предназначенных для партийной элиты, до февраля 1938 года. Зато члены бюро Северо-Кавказского крайкома ВКП(б) и, вне всякого сомнения, первый и второй секретарь имели право отдыхать на любом санаторно-курортном объекте региона вместе с семьями, а также в домах отдыха ЦИК СССР (по предварительной записи в ХОЗУ ЦИК СССР), являющихся фактически правительственными резиденциями. Стоит отметить, что председатель Исполкома Северо-Кавказского краевого Совета народных депутатов и его первый зам на основании циркуляра оргбюро ЦК ВКП(б) тоже могли проводить свой отпуск в местном доме отдыха для партийной элиты. Вот что рассказывает А. И. Микоян о своем отдыхе на одной из многочисленных дач Северо-Кавказского крайкома ВКП(б), расположенной с апреля 1923 года в бывшем трехэтажном особняке начальника Баталпашинского уезда полковника Ф. А. Кузовлева на окраине аула Теберда, неподалеку от озера Кара-Кель. Примечательно, что больной чахоткой А. И. Микоян лечебные процедуры проходил в здании бывшего дореволюционного противотуберкулезного санатория-пансионата «Царица воздуха» (в настоящее время корпус № 1 санатория «Джамагат»), основанного в 1910 году по инициативе врача-фтизиатра Георгия Михайловича Гречишкина. Действие в книге А. И. Микояна происходит на территории аула Теберда Карачаево-Черкесской АО в сентябре 1924 года:

«…Выполнив все меры по оказанию помощи семенами, продовольствием, я уехал в отпуск для лечения легких. Врачебная комиссия крайкома предложила мне три места на выбор: Абастумани, Крым или Теберда (Карачаево-Черкесская область). Выбрал я Теберду, поскольку она находилась в Северо-Кавказском крае, где я работал, и время отпуска можно было использовать с пользой для дела, быть в курсе всех событий и по мере возможности оказывать помощь в решении вопросов. Тем более что в Карачаево-Черкесской области еще не был. О том, как я лечился от туберкулеза в Теберде, я писал Ашхен на дачу крайкома в Кисловодск (А. И. Микоян пишет про дачу «Тургеневка» Северо-Кавказского крайкома. – Авт.), где она находилась с тех пор, как родила в этом городе 18 июня 1924 г. нашего второго сына – Володю: