Словен. Первый князь Новгородский - Василий Седугин

— Сейчас представляю, — ответила она.

Она помолчала немного, а потом произнесла с чувством:

— Боги, как хорошо!

В это время к Велезару подошел Колояр, отвел его в сторонку:

— Хозяин, чаек не вижу. Не к добру это.

Велезар оглядел небо, ответил:

— Вроде никаких тучек не видно. Не похоже, чтобы шторм собирался.

— Видишь вот эту едва заметную тучку на краю неба? Она надвигается на нас и может принести большие неприятности.

Там, куда показывал Колояр, небосклон был какого-то странного, скорее свинцового, чем лазурного, оттенка. Тучка быстро превращалась в синюю тучу.

— Синяя туча опаснее черной, — задумчиво проговорил Велезар.

И добавил:

— Это грозовая туча. Надо заворачивать назад.

— Верно, хозяин. Тем более что у нас неполный состав моряков, так что надо пошевеливаться.

— Давай команду.

Судно быстро развернулось в обратную сторону. Внезапно налетел вихрь, парус дважды громко хлопнул, наполнился ветром, судно легко понеслось по пенистым волнам.

Ильмера подошла к Велезару:

— Мне кажется, на нас идет гроза.

— Пустяки, успеем скрыться в устье Мутной.

— А вдруг разыграется буря?

— Мое судно в морях ураганы выдерживало. А тут какая-то лоханка. Ты отойди к мачте и не мешай морякам. Им сейчас много работы.

— Ты уверен, что нет никакой опасности?

— Совершенно. Видишь, как быстро мы идем? Еще немного, и окажемся в безопасном месте. Так что стой спокойно и не волнуйся.

Ильмера прижалась к мачте, стала смотреть на озеро. А оно стало совершенно другим. Недавно было ласковым и приветливым, теперь же, гонимые ветрами, мчались холодные серые волны с гребешками, гулко ухали в борта, ветер свистел в реях, снастях, завывал где-то в необозримой выси. За что ни возьмись, все мокрое; по дну судна катались бутылки, кувыркались какие-то предметы, металась скопившаяся вода.

Вдруг в бок судна ударила волна, неодолимая сила толкнула Ильмеру к борту, она сильно ударилась о него плечом, страх сковал ее сердце: каким чудом не выбросило ее в озеро? К ней тотчас подскочил Велезар, глаза испуганные, губы перекошенные:

— Не ушиблась? Давай я тебя к мачте привяжу на всякий случай.

— Велезар, я боюсь! Мы погибнем, Велезар! — заплакала она.

— Ничего, не такие шторма переживал, а, как видишь, жив остался. Переборем и этот!

Он оттащил ее к мачте и накрепко привязал веревкой:

— Теперь даже не надо держаться. Осталось немного, и мы окажемся в устье Мутной!

От нее он метнулся к Колояру:

— Снимаем парус! Полезай первым, ребят за тобой пошлю! Я буду стоять в руле!

Корабль мотало из стороны в сторону, мачта едва не касалась верхушек волн, а четверо моряков, ловкие, словно кошки, лезли вверх по веревочным лестницам и отвязывали парус. У Ильмеры дух захватывало от смелости и бесстрашия, казалось, люди делали невозможное. Наконец парус смялся, чуть задержался возле мачты, а потом исчез в бушующей водяной стихии. Судно выпрямилось и перестало так сильно раскачиваться. Моряки спустились вниз, Ильмера перевела дух. Казалось, самое страшное миновало.

Но тут в нос судна ударила высокая волна, и тысячи мелких брызг обрушились на девушку. Она тотчас промокла с головы до ног, вода попала в рот, нос, она отфыркивалась, отплевывалась, задыхаясь в водяной пыли. Еле успела передохнуть, как новая, еще большей силы, водная масса с треском прошла по верхней части борта, прихватила с собой одного из моряков, провезла через все судно и оставила у самой кормы, едва не выбросив в озеро. Расширенными от ужаса глазами Ильмера следила за ним, думая, что он погиб. Но тот выбрался из кипящего водоворота и даже нашел в себе силы улыбнуться ей.

Это взбодрило ее, она стал искать взглядом Велезара. Он оказался недалеко, рядом с ним стоял Колояр.

— Ураган налетел! — прокричал Велезар.

— Людей не хватает, — говорил старый моряк. — Зря ты оставил на берегу моряков. Воду надо вычерпывать, а некому! Погибнуть можем из-за твоей бесшабашности!

— Ничего, выкрутимся! — оскалив зубы, отвечал Велезар. — Смени рулевого, а потом я подойду!

Тут новая волна накрыла судно, Ильмера снова стала задыхаться от массы брызг. Сквозь пелену видела она, как огромные валы заходили вокруг корабля, били его с разных сторон, рассыпая все новые и новые брызги и водяную пыль. Вдруг над самой головой ослепительно сверкнула молния и раздался страшный треск, будто кто-то могучей рукой раздирал небо.

— Всемогущий Перун! — почти без памяти закричала Ильмера. — Спаси и помоги мне!

В ответ молнии засверкали одна за другой, удары грома слились в один зловещий гул. Казалось, небо и озеро превратились в единый крутящийся, воющий хаос. Судно остановилось и мелко-мелко задрожало, словно человек в предсмертных судорогах, а потом стало медленно опускаться в воду. А над ним не прекращалось буйство неистовой стихии…

Гибель Ильмеры поразила Словена и многих его соплеменников. Девушку любили за редкую красоту, скромность и самостоятельность. Целые толпы шли к озеру, чтобы отдать последние почести ее светлой душе. Люди молча смотрели на водную гладь, поглотившую невинную душу. Постепенно словене, чтобы имя ее не исчезло из памяти людской, Мойское озеро стали называть Ильмерским, а впоследствии — Ильменем.