Черный орден СС. История охранных отрядов - Хайнц Хене

Весною 1933 года СС пополнилась новой группой представителей голубой крови, таких, как принц фон Хоэнцоллерн-Эмден из дома Зигмаринген и граф фон Шуленбург. Представители почти всех известных в прусско-немецкой военной истории семей тоже состояли в СС (фон Даниэльсы, граф фон Рёдерн, граф Штрахвиц, барон фон Гольц, фон Планиц, фон Койдель, фон Альвенслебен, фон Подбельски, фон Тройенфельд, фон Натузиус и многие другие). Дворянство в черной форме заняло целый ряд постов в высших кругах руководства. В 1938 году они составляли 18,7 % обергруппенфюреров, 9,8 % группенфюреров, 14,3 % бригадефюреров, 8,8 % оберфюреров и 8,4 % штандартенфюреров.

Вслед за дворянами в СС потянулись сыны средней буржуазии. В отличие от своих предшественников, они были представителями XX века — в большинстве своем интеллигентами с высшим (в основном юридическим) образованием, воспитанными на идеях немецкого молодежного движения. Почти все буржуа оказались в службе безопасности, составив там костяк юридическо-интеллектуальных сотрудников, далеких от окопного социализма, а также мелкобуржуазного, вульгарного национал-социализма периода борьбы за власть. Вальтер Шелленберг, Райнхард Хён, Франц Сикс и Отто Олендорф стали образцом эсэсовских технократов, лишенных сентиментальности, так называемых «социальных инженеров», которые обслуживали диктатуру фюрера желаемыми ему формально правовыми и организационными формулировками и действиями. Это были люди умные, без всяких иллюзий, не подверженные никакому идеологическому воздействию, кроме стремления к власти, духовно в то же время опустошенные и не признававшие общечеловеческие нормы.

Родственная им группа также из среды буржуазии стала командой молодых экономистов, занявших посты в управлении эсэсовскими предприятиями. Они мало чем отличались от технологов, заполонивших конторы современных фирм и осуществляющих всю организационную работу. Их в еще меньшей степени интересовало эсэсовское мировоззрение; мероприятия Гиммлера в сфере экономики они рассматривали как наиболее надежное обеспечение своей карьеры. Для большинства из них характерна запись, сделанная в личном деле восходящей тогда звезды в области экономики черного ордена штандартенфюрера СС доктора Вальтера Зальпетера: «Он старается приукрасить собственное честолюбие национал-социалистской идеологией».

Еще одну группу «мартовских фиалок» составляли буржуазные представители офицерского корпуса рейхсвера, вошедшие в состав подразделений для особых поручений, которые уже в скором времени возвысились над фельдфебельскими натурами типа «Зеппа» Дитриха. Но под один знаменатель они не подходили. Так, бывший генерал-лейтенант рейхсвера и шеф «Стального шлема» Пауль Хауссер, монархист в душе, в качестве инспектора этих подразделений принес консервативный дух в предшественницу войск СС.

Такие же реформаторы, как выходец из Восточной Пруссии майор Феликс Штайнер и летчик лейтенант Вильгельм Биттрих, рассматривали подразделения для особых поручений в качестве экспериментальных.

СС не обошлась и без представителей крестьянства. Молодые, не имевшие никаких перспектив в будущем парни пополнили в основном подразделения, определенные в охрану концентрационных лагерей. Более интеллигентные из них попытали счастье в юнкерских школах СС в Бал Тёльце и Брауншвейге, дававшие возможность получения офицерского звания без предварительного образования, как это требовалось в рейхсвере.

Гиммлер ввел в СС новую фигуру — почетного фюрера. Имевшим определенное влияние чиновникам, партийным функционерам, ученым и дипломатам он присваивал это звание с правом ношения формы. У них не было никаких служебных обязанностей, но и распоряжений они отдавать не могли. Гиммлер преследовал цель сделать СС еще более приемлемой для общества и вместе с тем оказывать определенное влияние на нужных ему людей.

Некоторые недальновидные историки полагали, что в лице оппозиционно настроенного дипломата, госсекретаря барона Эрнста Вайцзеккера, имевшего титул бригадефюрера СС, гауляйтера Форстера, обергруппенфюрера СС и ряд других Гиммлер имел свою пятую колонну в государственном аппарате и партии, но они ошибались.

Почетные эсэсовцы — кёльнский регирунгспрезиден Рудольф Диль и Мартин Борман, например, не разрешали гестапо и СД внедриться в соответствующие управленческие структуры. Несмотря на это, Гиммлер продолжал вербовать новых рекрутов в свою империю, иногда включая целые организации, если они позволяли ему войти в привилегированные слои общества. Один из таких примеров — конные союзы в аграрно-помещичьей среде: Восточная Пруссия, Голштиния, Ольденбург, Ганновер, Вестфалия, члены которых носили эсэсовскую форму, гарантируя Гиммлеру определенное влияние в обществе. Так, наездник Гюнтер Темме, унтершарфюрер СС, добился в 1935 году победы на соревнованиях по скачкам в Кляйн-Флотбекке, а в 1937 году эсэсовские конники завоевали все призы на внутригерманских конно-спортивных соревнованиях.

Некоторые члены конных союзов, однако, позволяли себе некоторые вольности, в связи с чем печатный орган СС «Черный корпус» сделал им внушение: «В первую очередь вы должны сохранять национал-социалистский дух и соблюдать все добродетели и качества, выработанные в СС за долгие годы ее существования: верность фюреру, подчинение и строгую дисциплину».

Тем не менее одиннадцать конников отказались в 1933 году принять присягу фюреру и были отправлены в концентрационный лагерь. Руководителя конного союза Восточной Пруссии барона Антона фон Хоберга эсэсовцы 2 июля 1934 года расстреляли за связь с рейхсвером, а через десять лет был казнен спортсмен-конник, штурмбанфюрер граф Ганс Виктор фон Зальвиати за участие в покушении на Гитлера.

Пакт с конниками предоставил Гиммлеру возможность войти в круги аграриев, союз же с полумонархической организацией «Кифхойзер» открывал доступ к бывшим военнослужащим, хотя во главе ее стоял верный кайзеру генерал пехоты Вильгельм Райнхард. Он и ультраконсерватор генерал граф фон Гольц стали обергруппенфюрерами СС.

Казначей рейха представитель старой эсэсовской гвардии Франц Ксавер Шварц в 1941 году пренебрежительно отозвался в адрес Райнхарда: «Сожалею, что такой человек стал обергруппенфюрером СС и носит теперь ее прекрасную форму, оставаясь внутренне прежним».

Гиммлер попытался также привлечь в ряды СС ветерана морской бригады капитана 1-го ранга Германа Эрхарда, хотя сам же в приказе номер 53 от 10 октября 1931 года указывал: «Тот, кто использует членство в различных организациях партии, со своими сторонниками преследует цель разрушения НСДАП».

Когда уже была достигнута полная договоренность, идея эта провалилась из-за выступления Эрхарда перед собравшимися моряками. Он в частности, сказал: «Ветераны бригады! Вы знаете, что мы только сейчас, после долгих раздумий сочли себя готовыми вступить в одну из формаций новой империи. Я приветствую такое решение! Ибо только в борьбе можно узнать противника и начать его уважать или презирать. Из этого мы будем исходить и в будущем».

Национал-социалистское руководство было столь раздосадовано этим выступлением, что Гиммлеру пришлось отказаться от своей затеи о включении всей бригады в состав СС. Так что в нее вступили лишь отдельные ее представители, в том числе бывший адъютант Эрхарда, Хартмут Плаас, ставший штурмбанфюрером СС и казненный впоследствии в одном из концлагерей за участие в заговоре против Гитлера в 1944 году.