Романовы. Творцы Великой Смуты - Николай Коняев

Читаешь это, смотришь на воду, несущуюся под окнами дома матушки Таисии, и кажется ни о чем не думаешь, думая о самом главном, о той реке жизни, о той реке русской истории, в которой, подобно этим бурунам, сносимым течением, и проплывают бесчисленные судьбы русских людей… 2

Мы уже говорили о том, что, датируя чудесное появление в Боровичах мощей святого праведного Иакова Боровичского, наиболее авторитетные составители его жития расходятся на целое столетие.

Тем не менее, совершенно определенно известно, и в этом никаких расхождений нет, когда чудотворные мощи святого праведного Иакова были перенесены в новую церковь Сошествия Святого и Животворящего Духа и когда началось их официальное церковное почитание.

Случилось это в 23-й день месяца октября 1545 года.

Через тридцать три года, в 1578 году, на Пинеге начались чудеса от святых нетленных мощей праведного Артемия Веркольского, гроб с которыми был поставлен к тому времени на паперти церкви Николая Чудотворца.

Все новые и новые исцеления и чудеса совершались тогда и в Боровичах у мощей святого праведного Иакова Боровичского.

Существует народное поверье, что Иаков Боровичский помогает людям, страдающим зрением. То, что обращение к нему улучшает духовное зрение, может почувствовать каждый, размышляя о значении одновременного явления и утверждения в прославлении мощей святых праведных отроков…

В православной традиции слово «отрок» объясняется как не имеющий права говорить…

Мы говорили, что Артемий Веркольский и Иаков Боровичский были испытанием русских людей на готовность принять ту святость, которую несли в себе эти святые праведные, не имеющие права говорить отроки.

Разумеется, ни один святой никогда не говорил о своей праведности, более того, многие из наших великих святых считали себя недостойными того почитания, которым окружали их богомольцы, тех Божественных Откровений, которые были дарованы им свыше.

И все же отроческое послушание не имеющих права говорить в случае со святым праведным отроком Артемием и святым праведным Иаковом наполнено особым сокровенным смыслом. Ведь значение этого послушания тут не только в том, чтобы не говорить о своей праведности, но и в том, чтобы не показывать, не обнаруживать ее перед другими.

И это послушание святые отроки исполнили.

Как долго не могли разглядеть их и веркольцы, и жители Боровичей, засвидетельствовано в Житиях святых праведных отроков…

Что произошло со Святой Русью от духовной слепоты, порой охватывающей русских людей, свидетельствует история…

Мы говорили, что события жизни крестьянского отрока Артемия или юного судовщика Иакова, названного так в честь брата Господня, внешне очень мало были связаны с событиями, происходившими в Москве, точно также, как события последнего правления династии Рюриковичей никак не связаны с событиями, происходящими в Верколе и Боровичах.

Но если мы рассмотрим одновременно жизнь русского царя и праведных отроков, то убедимся еще раз, что у Господа нашего нет больших и малых людей, нет сословия благородного и подлого. Все равны перед Богом. И чистая молитва зачастую слышнее Господу, чем самые пышные молебны…

И никуда не уйти нам от осознания того простого и ясного факта, что святые праведные отроки Артемий и Иаков встречали на небесах другого отрока-страстотерпца благоверного царевича Дмитрия, убитого 15 мая 1591 года в полдень в Угличе…

Все в руце Господа.

В Его воле из ничего сотворить все, а из всего – ничто. Величие превратить в ничтожество, а ничтожество – в величие…

В Евангелии от Матфея сказано: «Тогда приведены были к Нему дети, чтобы Он возложил на них руки и помолился, ученики же возбранили им. Но Иисус сказал: пустите детей и не препятствуйте им приходить ко Мне, ибо таковых есть Царство Небесное».

Подобно этим детям, пришли ко Господу и праведный отрок Артемий, и святой праведный Иаков. Пришли с чистой молитвою и светлой душою, с сердцами, наполненными кротостью и послушанием.

И Господь взял их к Себе, в Свои небесные обители, чтобы были они молитвенниками и ходатаями перед Престолом Божиим за всех страждущих и угнетенных, за своих земляков и за всех православных христиан.

И тем важнее и насущнее была их молитва, что за великие нераскаянные грехи попущено было тогда на Руси случиться Смуте…

«Единственным моим утешителем и советником, – пишет она в своих «Записках», – являлся в то время игумен помянутого монастыря, о. Вениамин; весьма духовный и опытный старец, он поддерживал меня, и я нередко его посещала, но и то с большой осторожностью, чтобы и этого единственного утешения не лишили меня, запретив посещать его.

Я открывала пред ним свою душу, рассказала о бывшем мне в отрочестве видении и о его последствиях – овладевшем всей моей душой стремлении к жизни духовной, иноческой, что при настоящем настроении моей матери казалось мне немыслимым в исполнении.

Богомудрый старец-игумен утешал меня, подкреплял во мне веру и надежду в промышление о мне Самого призвавшего меня Господа, Который силен устроить все по Своей святой воле.

Напомним, что мощи святого праведного Иакова Боровичского еще в 1654 году были перенесены в Иверский монастырь на Валдае…

И воистину высоким смыслом наполнен факт, что праведная жизнь будущей сподвижницы святого праведного отца Иоанна Кронштадтского, матушки Таисии Леушинской, в своем истоке постоянно черпает духовную силу и чистоту именно у честных мощей святого праведного Иакова, как бы и продолжая его чистоту и праведность…

Замечательно описана в «Келейных записках» беседа Марии Солоповой с ее матерью, приехавшей 20 ноября 1860 года на ярмарку, которую устраивали в Боровичах на престольный праздник, Введения во храм Пресвятой Богородицы…

Мария Солопова была дома одна.

Напоив чаем, она усадила мать на диван и сама устроилась рядом. Были сумерки, но в ожидании благовеста ко всенощной огня не зажигали.

«Сердце мое сжималось тоской, слезы катились сами собой, но, благодаря темноте, я не имела нужды скрывать их от матери. Впрочем, голос мой в ответах на обращения ко мне матери выдал меня, и она спросила: «Ты, кажется, плачешь, что с тобой, что это значит?»

И она с материнской лаской прижала мою голову к своей груди и поцеловала меня.

– Ты не любишь меня, – укоризненно сказала мать. – Ты не доверяешь мне, коли не хочешь признаться, о чем плачешь.

– Ах, мамочка! – сказала Мария. – Отто го-то и не решаюсь говорить, что люблю Вас и не хочу Вас оскорблять, особенно ради такого праздника, как завтра.