Кукловоды Третьего рейха - Валерий Шамбаров

Идея о возрождении Римской империи в первую очередь не давала покоя ее автору, Муссолини. Больно уж красиво она выглядела. Но как станешь ее воплощать? Римские легионы подминали страны Европы, Азии. Африки, а в XX в. все было давно поделено и переделено. Привлекала внимание разве что Эфиопия. Она оставалась единственным независимым государством в Африке, остальные — колонии, полуколонии. Лежала очень удобно — между итальянскими владениями в Сомали и Эритрее. Если её захватить, можно объединить их. Правда, Италия уже пыталась это сделать в 1895 г., ее поддержала Англия. Но и император Эфиопии Менелик II нашел тогда союзницу — Россию. Она прислала современные для той эпохи винтовки (берданки), пушки, отряд инструкторов — артиллеристов, казаков. Итальянцев разнесли наголову, они признали суверенитет Эфиопии, уступили ей некоторые районы Эритреи, выплатили контрибуцию [119].

Теперь это могло стать дополнительным поводом к войне — надо «смыть позор». Но… Эфиопия была членом Лиги Наций, Италия тоже. Значит, международное сообщество должно было вмешаться. Однако события в Китае уже продемонстрировали — никто не желает всерьез связываться с агрессором. Гитлер после конфуза с Австрией понял, что с Италией в данном вопросе придется договариваться. Германская дипломатия принялась наводить дружбу с Муссолини. Соответственно, намекала, что готова поддержать те или иные притязания дуче. Англия и Франция вели собственные игры, с ними тоже можно было негласно сторговаться.

Муссолини решился. Летом 1935 г. итальянские пароходы повезли в Африку дивизии регулярной армии и фашистского ополчения, чернорубашечников. Сосредотачивались две группировки, в Эритрее и Итальянском Сомали. Призвали в строй подвластные племена, набралось 250 тыс. солдат, 700 орудий, 6 тыс. пулеметов, 150 броневиков и танкеток, 150 самолетов. Император Эфиопии Хайле Селассие I взывал к западным державам, искал союзников, но все было тщетно. В Лиге Наций в защиту Эфиопии выступил только Советский Союз. Нарком иностранных дел Литвинов 5 сентября заявлял: «Налицо несомненная угроза войны». Предлагал решительные меры, чтобы обуздать агрессора — его не поддержали [48].

Видя, к чему клонится дело, Хайле Селассие объявил общую мобилизацию. Ему удалось поставить в строй до 800 тыс. человек. Но это была не армия. На вооружении насчитали 400 тыс. ружей — от старинных кремневок до охотничьих или однозарядных берданок времен прошлой войны. Современных винтовок было совсем мало. Имелось 200 пушек старых систем, 3 исправных аэроплана, несколько танков времен Первой мировой. Значительная часть войск была вооружена копьями и луками. В качестве формы использовали самые дешевые белые хлопковые рубашки и штаны. Целиться по белому было очень удобно. Почти никто из солдат не проходил воинской службы. Обученной была лишь императорская гвардия.

3 октября без всяких поводов и без объявления войны итальянцы начали вторжение с нескольких направлений. 7 октября Лига Наций все-таки признала Италию агрессором [15]. После полутора месяцев дебатов были введены экономические санкции, к ним присоединилось 51 государство. Но… в список товаров, которые прекратили поставлять Италии, не вошли нефть, уголь, металл! Основное сырье, позволяющее воевать. А Англия не удосужилась закрыть для итальянских кораблей Суэцкий канал, что могло стать очень болезненным. Через Суэц лилось все снабжение и пополнения армии, иначе пришлось бы везти вокруг всей Африки.

Англия и Франция выступили и миротворцами, предложили план урегулирования: Эфиопия отдает Италии ряд областей, предоставляет ей исключительные права на внедрение в свою экономику, принимает в правительство итальянских советников. По сути, признает себя полуколонией! Эфиопия отказалась. Но дела ее были плохи. Многочисленные толпы ее воинов расстреливали артиллерией и пулеметами, давили танкетками, закидывали бомбами. Главнокомандующим считался император. Он рассылал приказы, пытался составлять инструкции, как укрываться и разбегаться от авиации. Однако толку было мало. Командирами соединений выступали племенные вожди и феодалы. Они не слушали монарха, действовали сами по себе. А некоторые вообще уклонялись от боев или переходили на сторону врага.

У итальянцев верховным главнокомандующим провозгласил себя Муссолини, но и у него операции пошли наперекосяк. Одерживались победы за счет современного вооружения, но дисциплина оказалась отвратительной. Чернорубашечники считали себя привилегированными частями, ссорились с армейскими. Экипировка солдат была плохой, снабжение еще хуже. Интенданты воровали, войска грабили и мародерничали, в частях расцвели настоящие базары «трофеев». А вот со стойкостью и храбростью у потомков римлян было туговато. Несколько раз эфиопские начальники сумели организовать серьезные контрудары, несли при этом потери от огня, но итальянцы обращались в бегство. Бросали орудия, пулеметы, оставляли захваченные города.