Улица Марата и окрестности - Дмитрий Шерих

Среди табачных фабрик старого Петербурга предприятие Александра Николаевича Богданова было одним из самых крупных. В конце XIX века здесь работали 2, 5 тысячи человек: уже эта цифра позволяет оценить масштаб!

Богданову и его преемникам принадлежал большой участок земли между Николаевской и Кабинетской улицами (ныне Марата и Правды). Главная контора производства находилась на Кабинетской, а по Николаевской богдановские владения имели № 69-71. Под № 69 были построены въездные ворота с одноэтажными павильонами, а на Николаевской, 71, вырос пятиэтажный доходный дом, в котором жили и члены семьи Богдановых.

Нелегка была работа на табачной фабрике! Трудились здесь в основном женщины, и распорядок дня у них был примерно такой: начало работы в 6 – 7 часов утра, часовой перерыв в полдень или в час дня, снова работа до 19 и 20 часов. Общая продолжительность трудового дня составляла 10 – 12 часов.

Но только бы продолжительность дня! Трудиться ведь рабочим приходилось в очень тяжелых условиях. «Всюду тучи табачной пыли... Воздух до такой степени душен и сперт, что с непривычки свежий человек мог почувствовать дурноту...». Немудрено, что «на первых порах у нового рабочего развивается кровотечение из носу, головная боль, тошнота, рвота, понос, при этом иногда бессонница, отсутствие аппетита, а также головокружение. Но затем, спустя несколько дней, а для некоторых субъектов спустя даже несколько недель, эти тягостные симптомы исчезают и рабочий, по-видимому, привыкает к табачной атмосфере».

Дом № 69

«Вообще работающие на табачных фабриках женщины имели характерный вид, все они за немногими исключениями апатичны, малокровны и дурно упитаны».

Были, впрочем, на табачных фабриках и свои преимущества. Скажем, они не работали ночью – оттого, что требовался отдых акцизному чиновнику, наблюдавшему за производством. А у Богданова по мере сил старались следить и за соблюдением санитарных норм. На фабрике были свои больница и аптека, в доме на Николаевской, 71, действовали круглосуточные богдановские ясли, в которые принимали детей работниц (эти ясли, кстати, продолжили свою работу и после революции)...

Реклама товарищества табачной фабрики А.Н. Богданова. 1910-е

Когда началась революция, администрация фабрики Богданова пришла на помощь бастующим сотрудникам банков – передала им средства на продолжение забастовки. Работницы же переменам были рады. И остались твердыми сторонницами новой власти, даже несмотря на материальные тяготы.

Вот из донесения секретаря фабричной парторганизации Дубинина, составленного в марте 1921 года; текст косноязычный, но очень красочный: «Я, лично проходя по отделам фабрики, слышал много крупных разговоров о том, что как было постановлено делегатским собранием, разыгрывать обувь в каждом отделе отдельно и можно открыто сказать – получилось маленькое недоразумение, кто имеет хотя плохие сапоги, выиграл, а кто абсолютно не имеет – не выиграл обуви, ввиду этого среди рабочих и работниц было много споров и неудовольствий и даже у некоторых работниц дело доходило до слез. А потому неудовлетворенные рабочие и работницы просят о выдаче дополнительной обуви тем, кому не досталось».

Дом № 71

И несмотря на все это, в те же самые дни: «Мною было сообщено, что красный Кронштадт в наших руках... Рабочие после моих слов были очень рады... шумели: "Да здравствует красный Кронштадт"».

Какое-то время фабрика оставалась табачной – только принадлежала уже не частным владельцам, а государству А в 1930-е все здешние помещения были переданы фабрике совсем другого профиля – парфюмерной, известной всякому ленинградцу как «Северное сияние».

Эпизод из более позднего времени: в доме № 71 по улице Марата несколько лет проработала редакция городской газеты «Смена». Когда-то большинство городских газет – и «Санкт-Петербургские ведомости», и «Вечерний Петербург», и «Смена» в том числе – жили в Доме прессы на берегу Фонтанки. Но пришли новые времена и редакциям пришлось разъехаться по всему городу.

Век XXI поставил точку в истории богдановской фабрики и ее зданий, но продолжил историю участка: в 2005 году оба выходящих на улицу Марата старых корпуса были снесены и началось строительство комплекса новых зданий – бизнес-центра Renaissance Plaza. Главный фасад, выходящий на улицу Марата, был частично воссоздан; всего же здесь появились три офисных корпуса с подземными паркингом под ними.

В конце 2007 года работы были завершены, а в начале 2008-го бизнес-центр открыл свои двери для арендаторов и посетителей...

ДОМ № 73

БЕККЕР БЕЗ БЕККЕРА

Пятиэтажный дом № 73 напоминает нам об истории еще одной фабрики. Именно здесь на рубеже XIX и XX веков жил купец 1-й гильдии Михаил Августович Битепаж, многолетний владелец фабрики роялей и пианино «Якоб Беккер». И хотя находилась фабрика совсем в другой части города, вспомнить о ней не грех и здесь.

В старом Петербурге было несколько фортепианных производств. Братья Дидерихс, например, работали на Владимирской улице (ныне Владимирский проспект), Мюльбах и Гентш делали фортепиано и пианино в Измайловском полку... Но крупнейшими были две фабрики – Шредера и Беккера.

Фабрика саксонца Иоганна Фридриха Шредера, известная под именем «К.М. Шредер», была основана в 1818 году – и выпустила больше 20 тысяч инструментов. На шредеровских роялях играли Лист, Рубинштейн, Прокофьев; последнему такой рояль был вручен как премия по окончании Консерватории.

Фабрика «Якоб Беккер» уступала шредеровскому заведению немногим. Роялей и пианино она выпустила поменьше, но причина тому была вполне объективная – она и возникла на четверть века позже. Зато в плане признания эта фабрика была на высоте и гордо утверждала в своих объявлениях: «Рояли Я. Беккера признаны всеми знаменитостями лучшими в России по прочности и по изящному качеству их звука».

Дом № 73

Сам Якоб Беккер, уроженец немецкого княжества Пфальц, руководил фабрикой недолго – лишь двадцать лет. Потом заведение меняло хозяев, пока его единоличным владельцем не стал энергичный Михаил Битепаж. Он перевел фабрику с Петербургской стороны на Васильевский остров, устроил там собственные чугунолитейные, меднолитейные, механические и слесарные мастерские. На исходе XIX столетия современники констатировали: «в настоящее же время в каждый рабочий день из фабрики выходит два-три рояля, не считая пианино».