Солнечное сплетение. Этюды истории преступлений и наказаний - Анатолий Манаков

В это же время Пий XII приступил к налаживанию своего механизма контроля за благонадежностью в рядах самих служителей церкви. Первыми объектами репрессий стали «новые теологи» во Франции. Глава священной канцелярии, кардинал Пизардо с особой тревогой бил во все колокола по поводу появления «старых философских заблуждений под новыми вывесками экзистенциализма и прагматизма». По заключению его преосвященства, непозволительно, когда такие «болезни разума» ставят под сомнение Священное Писание, приспосабливаются к релятивизму, согласно которому догмы применимы только к конкретным условиям конкретных эпох.

Жертвой ватиканских надзирателей за лояльностью пал французский священник Пьер де Шарди, попытавшийся было примирить биологическую эволюцию с теологией. Его отправили в ссылку, а его сторонников уволили с преподавательской работы. В праве преподавать и публиковать свои работы отказано другому либерально мыслящему священнослужителю, Анри де Любаку, за его тяготение к католицизму социальной направленности. На этом «чистки» не остановились: Ватикан строжайше запретил многим священникам послевоенной Франции работать на заводах полный рабочий день и проживать в рабочих кварталах, обязал их подчиняться не профсоюзам, а епископату. В результате некоторые вообще отошли от церкви. Реприманд был сделан даже английскому писателю-католику Грэму Грину за его книгу «Власть и слава».

После войны Пий XII решил сам заняться тем, что сегодня принято называть пиаром. Так, по его распоряжению Ватикан финансировал съемки фильма режиссера Витторио де Сика «Небесные врата». Сюжетная линия в нем была несложная: несколько человек едут в поезде из Рима в Лорето, где намерены вымолить у Всевышнего избавление от нагрянувших на них невзгод и болезней, однако «чудо» происходит еще до их прибытия в Лорето. Последнее обстоятельство не понравилось Папе и после просмотра он решил не пускать фильм на широкий экран. Из трех сделанных копий две направили в секретный архив Ватикана, одну оставили в собственности сына режиссера.

Постепенно Пий XII стал уже все смелее навязывать свою точку зрения по вопросам, выходящим далеко за пределы его компетенции: по гинекологии и психиатрии, кинематографии и агрикультуре, пластиковой хирургии и генной инженерии, литературе и центральному газовому отоплению. Понтифик осуждал конкурсы красоты, джаз, фильмы и женскую моду с эротической окраской, курение и нецензурную лексику. Ему не понравилось даже появление священника перед группой паломниц, а у себя в соборе Святого Петра он велел занавесить обнаженные женские тела на картинах. Пригвоздив к позорному столбу противозачаточные средства, подтвердил положение энциклики о том, что нельзя получать удовольствие от секса, игнорируя таким образом предписание Всевышнего о продолжении рода. Провел и шумную кампанию против иезуитов-курильщиков из Грегорианского университета под предлогом того, что сигареты дорого обходятся церкви и не согласуются с монашеским обетом бедности. Курить, правда, они не перестали.

Кстати, именно иезуит и притом курильщик Роберт Лейбер служил личным секретарем Пачелли на протяжении всей его карьеры в Ватикане. На рабочем столе понтифика постоянно лежала книга основателя Ордена иезуитов Игнатия Лойолы. Иезуиты превалировали в его ближайшем окружении, личным духовником был тоже иезуит. Но никто из этих интеллектуалов Ватикана так и не отважился спросить своего начальника: «Сумел бы Гитлер прийти к власти без поддержки Вашего Святейшества? Почему Вы не предприняли активных попыток предотвратить или осудить холокост и не призывали католиков воспротивиться этому?»

Почти сорок лет его домашней хозяйкой, настоятельницей в личных апартаментах и хранительницей покоя была монашенка из Германии, сестра Паскуалина. За влияние на Папу ее прозвали «папессой». Сестра распоряжалась и в приемной понтифика, кому из кардиналов и когда можно заходить в его рабочий кабинет. Выпадало на нее и выполнение тайных посреднических миссий между Муссолини и Эйзенхауэром.

Сразу после того как хозяин ее испустил дух, сестра Паскуалина забила три баула какими-то бумагами, спустилась с ними в подвал и сожгла их. Кардиналы попытались было ей помешать, потребовали передать документы в секретный архив, но она с совершенно невозмутимым видом отрезала: «Мне приказал сжечь бумаги Его Святейшество, и я лишь выполняю его волю».

Спустя четверть века сестра Паскуалина скончалась от сердечного приступа, сидя в кресле аэропорта Вены и ожидая посадки на самолет в Рим. В ее сданном в багаж чемодане лежали документы в подтверждение того, что Папа Пий XII заслуживает быть канонизирован в святые…

Прошло немало времени с тех пор, когда на стенах соборов в Германии висели флаги со свастикой, а кардиналы в сутанах пурпурного цвета вскидывали руки в нацистском приветствии. Но только в середине 90-х годов Папа Римский Иоанн Павел II приехал в Аушвиц, чтобы помолиться у печей крематория бывшего концлагеря и назвать это место «Голгофой современного мира».

Дабы остановить начавшееся в обществе критическое обсуждение позиции Пия XII в отношении нацизма и холокоста, Иоанн Павел II позволил совместной иудео-католической комиссии ознакомиться с некоторыми документами секретного архива Ватикана. Такую возможность предоставили и английскому историку Джону Корнуэллу для написания им книги, в которой отразилась бы готовность Пия XII оказать помощь евреям и его настроенность против нацизма. В итоге появилось исследование ученого-католика под названием «Папа Гитлера», где четко прослеживается пассивность Пия XII по отношению и к нацистам, и к холокосту. Получилось совсем не то, что хотел Ватикан.

Довольно красноречивую версию всей этой истории предложил кинорежиссер Константин Коста-Гаврас в своем фильме «Аминь». Полгода он писал сценарий, три года исследовал собранный им документальный материал, в том числе и фотографии, на которых кардиналы вместе с Геббельсом выбрасывают вверх правую руку в нацистском приветствии на фоне флагов со свастикой, развешенных на стене католического собора. Узнал он и о том, что в специальном, строго охраняемом отсеке секретного архива Ватикана до сих пор лежат настенные часы с нацистской эмблемой, подаренные Гитлером Пию XII, когда тот был папским нунцием в Берлине.