Опрокинутый мир. Тайны прошлого – загадки грядущего. Что скрывают архивы Спецотдела НКВД, Аненербе и Верховного командования Вермахта - Леонид Ивашов

Товарищу Буланову.

Секретариат наркомата внутренних дел.

Я крайне тронут, я счастлив, что руководство ЦК ВКП(б) и члены правительства заинтересовались тем, что мы здесь изобретаем.

Я почти что уже «адепт» (шутка), но надеюсь, вы меня поймете. Поэтому, для того, чтобы мне произвести фурор на аудиторию, чтобы мой доклад не был скучным, я бы хотел дерзновенно попросить вас (осмелиться) проконсультироваться в ЦК партии о возможном переносе времени доклада, так как за три дня я толком ничего не смогу описать, поскольку все, что мы здесь изучаем представляет, прежде всего, глубокую философию, практическую химию, геофизику, и конечно же, все это непременно является кладезем богатств возможных научных открытий и перспективных исследований нашей советской науки и очень важным (архиважным) для промышленности и обороны государства.

Для серьезного доклада мне нужен месяц, а с учетом поездки — полгода. Речь идет об исследованиях. Мы только-только вторглись в неведомое. Я потерял сон. Мне снятся скрижали, алхимические уравнения, формулы, я просыпаюсь ночью с мыслями, которые помогают мне работать. Аналогично ведут себя мои коллеги. Это увлекательнейшее исследование. Об этом нельзя говорить в течение 15 минут. Как минимум полчаса.

Невероятные открытия произойдут, как мы планируем, по возвращении нашем из Европы. Мы должны докопаться до истины, а потом приступить к практическим опытам, когда мы будем готовы душевно.

Доклад я начну готовить сегодня же. Но все же, если только наши гениальные умы в ЦК все-таки решат предоставить мне (нам) такую отсрочку, я был бы еще счастливее и окрыленнее, и совершил бы ради советской науки невозможное. Я в это верю. И вам как никому другому известны все мелочи и характерные особенности направления.

Фактически (и практически) мы являемся «придворными» алхимиками, что состояли на службе у королей и инквизиции. Изучая трактаты философов и алхимиков древности, в первых строчках мы читаем почти одно и тоже, — о затворничестве. Прежде чем приступить к процессу «Великого Делания», необходимо отделиться от внешнего мира, со всеми его проблемами и «хаосом». Только тогда нам будут доступны «ключи», снисходящие сверху. Это образно говоря. Вовсе не означает, что я должен воспринимать приглашение в Кремль как враждебное действо. Но все же, если это совершать сейчас, в течение трех суток, то мой доклад будет скучным и наивным.

Мы здесь под вашим крылом постигаем непостигаемое. Если я в чем-то не прав, конечно, вы можете поправить меня. В конце концов, я состою у вас на службе и финансы платит нам НКВД. Но все-таки, взывая к пониманию, ради успеха, ради познания тайны, которую мы пытаемся познать здесь, в прекрасном лесу, доклад в ЦК партии я попросил бы перенести на поздний срок, когда в этом будет критическая необходимость.