Падение Османской империи. Первая мировая война на Ближнем Востоке, 1914-1920 - Юджин Роган

Поэтому Энвер-паша проигнорировал мнение немецких советников и приказал своим войскам начать наступление уже на следующее утро, 26 декабря. Это судьбоносное решение словно определило дальнейшую судьбу всей османской кампании: с этого момента османам будет катастрофически не хватать людей, чтобы отражать контратаки русских и удерживать захваченные позиции.

К чести османских солдат нужно сказать, что они выполнили все сверхчеловеческие задачи, поставленные планом Энвера, — хотя бы на короткое время. Войска Хафыза Хаккы-бея, преодолев непроходимые горы Аллахуекбер, достигли железной дороги между Карсом и Сарыкамышем и перерезали эту жизненно важную линию сообщения. Но им не хватило людей, чтобы удержать ее под натиском подошедшего из Карса подкрепления. Одна из дивизий Хаккы-бея захватила Ардаган, но ей не хватило сил удержать город, и через неделю османы потеряли его. Солдаты некогда победоносного 10-го корпуса оказались в окружении, и оставшиеся в живых 1200 человек (из первоначальных 5000) были вынуждены сдаться русским. Османским войскам даже удалось проникнуть в Сарыкамыш, но за эту кратковременную победу пришлось заплатить колоссальным количеством человеческих жизней.

Первые атаки 9-го корпуса на Сарыкамыш 26 декабря были отбиты защитниками города с тяжелыми потерями для османов. Ночью наконец-то прибыли остатки 10-го корпуса Хафыза Хаккы. Учитывая большие потери, понесенные 9-м корпусом, и плачевное состояние солдат 10-го корпуса после марш-броска через горы, Энвер принял решение отложить операцию на 36 часов, чтобы консолидировать силы^[183].

Решающая битва за Сарыкамыш состоялась 29 декабря. К тому моменту мороз безжалостно выкосил ряды османской армии. От первоначальных 50 000 человек в 9-м и 10-м корпусах вместе взятых осталось не больше 18 000, и эти несчастные выжившие были не в состоянии нормально сражаться. Между тем в Сарыкамыш стекалось все больше русских солдат. Их число уже превысило 13 000, у них было больше пушек и пулеметов, чем у османов, и они занимали хорошо укрепленные позиции. Используя тяжелое оружие, русские на протяжении всего дня успешно отбивали османские атаки.

Ночью 29 декабря Энвер предпринял последнюю попытку взять Сарыкамыш. На этот раз османы сумели ворваться в гарнизон, завязав с защитниками города рукопашный бой в полной темноте. Большинство османских солдат были убиты или взяты в плен, хотя одному особенно отважному отряду из нескольких сотен бойцов удалось захватить русские казармы в центре города. На одну ночь крошечный отряд армии Энвера завладел крошечной частью столь желанного города. К утру русские окружили казарму и заставили османских солдат сдаться. В этом наступлении погибла целая османская дивизия.

Вскоре русские осознали, насколько слаб атакующий их противник, и, оправившись от первоначальной паники, перешли в контрнаступление. Теперь не русская Кавказская армия, а Третья турецкая армия оказалась под угрозой окружения и неминуемого полного разгрома.

В первые две недели января 1915 года русские войска заставили османов поспешно отступать и вернули себе все территории, потерянные в первые дни кампании. В процессе этого они — корпус за корпусом — уничтожили Третью армию. Девятый корпус был окружен и сдался русским 4 января. По сообщению начальника штаба Шерифа Илдена, на тот момент вместе с ним в штаб-квартире корпуса оставалось всего 106 офицеров и 80 солдат. Десятый корпус Хафыза Хаккы-бея отступал под огнем, но сумел избежать полного уничтожения, и спустя 16 дней примерно 3000 выживших достигли османской территории^[184].

^{Османские военнопленные в Ардагане}

^{В ходе Сарыкамышской кампании один из отрядов османской кавказской армии захватил Ардаган, но ему не хватило сил удержать город, и в начале января 1915 года османы были вынуждены сдаться подошедшим русским войскам. Освобождение Ардагана считается первой победой русской армии на Кавказском фронте.}

Поскольку 9-й и 10-й корпуса были разгромлены, 11-му корпусу пришлось принять всю мощь контрнаступления русских на себя. В какой-то момент отходящие османы с удивлением увидели, как на левый фланг русских обрушилась неизвестная конница и рассеяла их ряды. Это был отряд местных мусульман, которые, узнав об объявлении султаном джихада, немедленно отправились на помощь турецким войскам. Капрал Али Риза Ети, ставший свидетелем атаки горцев, с восторгом описывал это очередное проявление мусульманского братства.

К середине января 11-й корпус завершил свое отступление, сохранив всего 15 000 солдат из первоначальных 35 000. Третья османская армия была уничтожена. Из почти 100 000 солдат, отправленных в бой, уцелели всего 18 000 людей, но и те были сломлены духом^[185].

Энвер-паша чудом избежал плена и был вынужден с позором вернуться в Стамбул, но ни в отношении него, ни в отношении Хафыза Хаккы не было проведено какого-либо дисциплинарного расследования, хотя некоторые офицеры оценили их действия как преступную халатность. Более того, перед отъездом из Эрзурума Энвер повысил Хафыза Хаккы-бея из полковника в генерал-майоры с присвоением титула паши и назначил его командующим остатками Третьей армии (спустя два месяца Хафыз Хаккы умер от тифа). Это поражение было слишком сокрушительным, чтобы младотурки могли признать его, и, согласно Лиману фон Сандерсу, разгром Третьей армии был засекречен не только в Османской империи, но и в Германии. «Об этом было запрещено говорить, — впоследствии написал он. — Нарушения приказа карались арестом и наказанием»^[186].

Последствия Сарыкамышской кампании Османская империя ощущала до самого конца войны. Без боеспособной армии в Восточной Анатолии она уже не могла защищать свою территорию от посягательств России. Это поражение привело к обострению напряженности между турками, курдами и армянами в приграничных с Россией областях, и, несмотря на отдельные всплески исламского движения на начальных этапах Сарыкамышской кампании, всякую надежду на восстание мусульман Российской империи пришлось оставить.