Люди Севера: История викингов, 793–1241 - Хейвуд Джон

Посланцы от коменданта Лиссабона поскакали в Кордову с тревожной вестью. Эмир Абд ар-Рахман II известил губернаторов всех приморских провинций, но прежде того викинги успели разграбить порт Кадис и расположенную приблизительно в 30 км от него вглубь материка Медину-Сидонию, город-крепость на холме. Затем часть норманнских кораблей ушла к берегам Марокко и разграбила город Асилах, после чего присоединилась к остальным. Норманнский флот вошел в реку Гвадалквивир, по берегам которой лежали самые процветающие области эмирата и на которой стоит сама Кордова. 29 сентября викинги разбили лагерь на острове Исла-Менор в Гвадалквивире примерно в 48 км от его устья: на этом этапе их флот, согласно современным андалузским источникам, состоял из 80 кораблей. На другой день четыре ладьи отправились разорять ближайшую деревню Кориа-дель-Рио. Многих ее жителей убили. 1 октября флот поднялся еще на 24 км до города Севилья. Это был лакомый кусок. Основал Севилью, по преданию, мифический герой Геркулес, а при римлянах она стала богатым речным портом, экспортером вина, зерна и оливкового масла. При маврах Севилья продолжала расти и в IX в., видимо, была вторым по значению городом эмирата после Кордовы. Города викинги видели и прежде, у франков, но там были по большей части обезлюдевшие и полузаброшенные остатки римских поселений, пришедших в упадок следом за Римом. В Иберии же города вновь расцвели благодаря включению в обширное пространство свободной торговли, созданное исламской империей. При виде Севильи у викингов закружились головы от мыслей о богатствах, которые должны скрываться за ее стенами. Несмотря на предупреждение, губернатор Севильи, похоже, не принял никаких особых мер для защиты города и бежал, бросив горожан, еще до того, как викинги объявились у ворот. Когда дозорные заметили высаживающихся на берег норманнов, севильцы храбро, но неразумно вышли за городские стены, чтобы дать пришельцам бой. По сути, это была просто необученная толпа, и под напором викингов горожане потеряли присутствие духа и, объятые ужасом, побежали кто куда. В суматохе норманны ворвались в город и семь дней не зная удержу грабили, убивая и угоняя горожан, которым не удалось бежать в горы.

Разорив Севилью, викинги вернулись в лагерь на Исла-Меноре, откуда стали небольшими партиями совершать набеги на Кордову и другие города. Через несколько дней они вновь наведались в Севилью в надежде, что в город вернулась хотя бы часть беглецов. Таких было немного, и они пытались укрыться в мечети, где норманны их всех и перебили. Тем временем в холмах над городом собиралось войско мавров, и их кавалерийские отряды рыскали по окрестностям, нападая на вражеских фуражиров. Один крупный норманнский отряд (согласно историку Ибн аль-Кутийе, численностью в невероятные 16 000 воинов), попавший в засаду мавров, был истреблен без остатка. В другой раз мавры уничтожили 500 норманнов и захватили четыре тяжело груженных корабля. Весь октябрь опасное положение викингов усугублялось. 7 (или 11) ноября в Табладе под Севильей мавры притворным отступлением заманили в засаду еще один большой отряд норманнов. Больше тысячи викингов, включая их предводителя, погибли, кроме того, мавры захватили 400 пленных и 30 судов. Множество тел убитых мавры повесили на пальмах, а корабли сожгли. Пленным отрубили головы. 200 отсеченных голов эмир отправил друзьям в Асилах как победную весть. Уцелевшие викинги оказались в ловушке и без пропитания, но при них оставались захваченные севильцы, и можно было вести переговоры. В обмен на освобождение пленных мавры позволили викингам уйти и дали еду и одежду. Последний раз кордовские хроники упоминают об остатках того норманнского флота, сообщая, как на обратном пути в Луару он миновал Лиссабон. Судя по всему, лишь меньше четверти воинов, пустившихся в этот поход, вернулись живыми.

Наученный опытом этих событий, эмир распорядился усилить оборону побережий и повелел строить в Севилье новый арсенал. Также он приказал заложить флот и за хорошую плату рекрутировать матросов. Военные суда мавров представляли собой разновидность дромона, большой и быстроходной парусной галеры. На каждом было от 50 до 100 гребцов и столько же воинов, две мачты несли треугольные паруса, позволявшие прекрасно идти против ветра, чего не могли квадратные паруса викингов. По приказу эмира суда оснащались метательными машинами, бросавшими зажигательные снаряды с сырой нефтью. Уже одно это давало берберским кораблям решающее преимущество перед норманнами.