Величие Вавилона. История древней цивилизации Междуречья - Генри Уильям Фредерик Саггс

Представляется очевидным, что официальное образование было доступно в Шумере после возникновения письменности. Умение использовать клинописный шрифт приходит только после долгих лет обучения и упорных тренировок. В этом уже имело возможность убедиться множество современных студентов. Купцам и управленцам требовалось умение писать и читать, равно как и опытным писцам и жрецам. Но у нас нет необходимости предполагать априори наличие системы образования, поскольку ее существование в самый ранний период доказывают сами клинописные таблички. При раскопках в Уруке, Шуруппаке, Ниппуре и Уре найдены таблички с письменными упражнениями. Причем они не могут быть ничем иным, кроме школьных упражнений, потому что содержат один и тот же текст, переписанный несколько раз разными людьми, или, к примеру, иметь отрывок из литературного текста на одной стороне таблички и математические упражнения – на другой. Большинство ранних примеров таких табличек написано на шумерском языке, но уже с 3-го тысячелетия до н. э. известны такие таблички на аккадском языке, причем одна, полная подчисток, была перечеркнута, вероятно обозленным учителем.

Самые обширные свидетельства существования системы образования – таблички, написанные на шумерском и восхваляющие достоинства этого языка, – относятся к началу 2-го тысячелетия до н. э. Хотя в это время шумерский как разговорный язык если и не совсем исчез, то уж точно находился при последнем издыхании. Речь идет о серии сочинений, которые относятся к обучению писца. Вероятно, они были написаны в самих школах писцов, поскольку красной нитью в них проходит одна и та же мысль: искусство писца – наивысшее достижение человечества. Картина школьной жизни, которую рисуют эти сочинения, выглядит почти карикатурной, и современный исследователь С.Дж. Гэдд, долго и тщательно изучавший эти тексты, заметил следующее: «Мы вряд ли можем отрицать, что эти люди [писцы] и могут считаться первыми авторами курьезных представлений». Более полное описание этих текстов приведено далее (см. главу 12).

Мы не знаем, кто и на каких условиях принимался в школы писцов. Вероятно, их ученики были сыновьями богатых и влиятельных людей. Свидетельства тому – многочисленные документы периода Третьей династии Ура (ок. 2100 г. до н. э.), согласно которым писцы были в основном сыновьями городских и храмовых управленцев, офицеров, жрецов или писцов. В одном из литературных текстов отец хочет заставить директора отнестись к своему сыну с большей благосклонностью и явно может позволить себе роскошные подарки и развлечения. В этих текстах ничего не говорится об обучении лиц обоего пола, однако известно, что писцы-женщины существовали, хотя их было и немного.

Обучение было длительным – «с детства до зрелости», как сказано в текстах, – и тщательным. Телесные наказания не были под запретом. Студентов били палками за плохо выполненные упражнения, отсутствие должного прилежания, неподобающую одежду, недостойное поведение и т. д. При неподчинении студента могли лишить права покидать школу и даже посадить на цепь (заковать).

Предположение, что школы всегда размещались в храмовых комплексах, представляется необоснованным, во всяком случае в отношении начала 2-го тысячелетия н. э. Хотя образование, как и всякая другая деятельность, вероятно, было сосредоточено в храмах в раннединастический период. Как бы то ни было, главные находки литературных текстов в древних городах были сделаны не на территориях храмов, а в частных домах. В Мари, к примеру, здание со скамьями, которое археологи сочли школой, тоже не было частью храма.