Заговор против Гитлера. Деятельность Сопротивления в Германии. 1939-1944 - Гарольд С. Дойч

Гейдрих, следивший за деятельностью абвера с понятной завистью и настороженностью, почти наверняка уже тогда плел интриги с целью ликвидации военной разведки и присвоения ее функций; поэтому он отрядил целую армию агентов, чтобы следить за каждым шагом Мюллера в Риме.

Наибольшей помехой для деятельности Мюллера в Риме на тот момент был Герман Келлер[75].

Келлер был одним из самых заметных монахов, служивших в знаменитом бенедиктинском аббатстве в Бюроне. По общему мнению, он обладал выдающимся умом, однако был крайне нетерпеливым, сумасбродным и тщеславным[76].

Келлер проявил свое тщеславие и стремление непременно выдвинуться, когда попытался убрать со своего пути того, кому он непосредственно подчинялся, – архиепископа Рафаэла Волсера. В середине 30–х годов в отношении аббатства велось расследование в связи с нарушением правил валютных операций. В то время, когда архиепископ находился в Италии, в Бюрон пришла информация, что обвинения выдвинуты против него лично. По утверждению Келлера, эта информация была получена от нунция Орсениго, который посоветовал, чтобы Волсер некоторое время не возвращался в Германию. После прошедшего в аббатстве обсуждения этого вопроса, в котором Келлер принял самое активное участие, было решено направить Келлера в Италию, чтобы предупредить архиепископа о подозрениях в его адрес. Архиепископ решил дождаться рекомендации синьората (так назывался совет аббатства). По возвращении Келлера в Бюрон состоялось заседание совета и было принято решение рекомендовать архиепископу не возвращаться в Германию, а остаться пока в Швейцарии и вернуться тогда, когда для этого сложится более подходящая обстановка. Одновременно в ходе этих событий Келлер был назначен настоятелем аббатства, официально став там вторым человеком, а фактически – руководителем, в связи с отсутствием архиепископа.

В то же время бенедиктинский архиепископ Фиделис фон Штотзинген поставил под сомнение искренность и честность намерений Келлера и попросил Мюллера проверить факты, касавшиеся Волсера. Мюллер отправился в Берлин, где выяснил у ведшего это дело прокурора, которого он знал лично, что сам Волсер не находился под подозрением. В конечном итоге Келлер испытал на себе «розги» церковной дисциплины. Вместо того чтобы стать хозяином аббатства в Бюроне, как он того добивался, Келлер, по настоянию архиепископа, был лишен звания настоятеля аббатства, удален из аббатства и в качестве дисциплинарного взыскания сослан в бенедиктинское аббатство, располагавшееся на горе Сион в Палестине[77].

Однако ссылка в церковное «захолустье» отнюдь не охладила пыла и страсти Келлера к интригам. Вскоре он, по слухам, свел дружбу с великим муфтием Иерусалима, считавшимся одним из величайших интриганов и заговорщиков того времени. Этот контакт Келлера, реальный или вымышленный, немедленно привлек к нему внимание разведслужб[78].

Именно этот фактор повлиял, очевидно, на то, что по возвращении в Бюрон Келлер вскоре стал работать на таких влиятельных и состоятельных хозяев, как абвер, направлявший его деятельность через свое управление в Штутгарте, а также СД во главе с Гейдрихом[79].

Что касается работы на абвер, то Келлер сумел получить на это письменное разрешение со стороны нового архиепископа аббатства в Бюроне Бенедикта Бауэра, который сменил сложившего с себя полномочия Волсера в декабре 1938 года. Именно Бауэр, проигнорировав предостережения относительно Келлера, высказанные ему Августином Майером, стал привлекать Келлера, по словам Майера, к той части деятельности аббатства, которая носила конфиденциальный характер, в результате чего Келлер впервые «познакомился» с СД и вошел в контакт с ее представителями. Выполнял эти конфиденциальные поручения Келлер весьма успешно; в частности, ему удалось добиться содействия СД в том, чтобы аббатство не было подвергнуто слишком суровому наказанию за нарушение правил валютных операций. Ему также удалось добиться поистине небывалого успеха, когда благодаря его стараниям были освобождены из–под ареста несколько братьев бюронского аббатства. В аббатстве его деятельность вызвала восхищение; однако за его пределами возникали вопросы: а за какие такие выдающиеся услуги СД идет ему навстречу? Однако Келлер, относясь с пониманием к подобным подозрениям, утверждал, что он не оказывал никаких услуг шефу управления СД в Штутгарте Штайнлю, благодаря содействию которого происходило все вышеупомянутое. Он, по его словам, стал «возвращать долг» лишь после начала работы на абвер, «направляя Штайнлю копии своих донесений»[80].