Исповедь «святой грешницы». Любовный дневник эпохи Возрождения - Лукреция Борджиа

Ваше Преосвященство, прошу убедить Его Святейшество в том, что Чезаре бежал только из желания действовать! Столь энергичному человеку, как мой брат, просто невыносимо сидеть без дела.

Умоляю поверить, что окажи Святой отец хоть долю внимания и благосклонности к судьбе моего несчастного брата, он получил бы надежду исправиться и вместе с ней надежду на жизнь вечную.

Заверяю, что Чезаре не желал ни своего возвращения в Романью, ни причинения какого-то ущерба Папским землям. Я наверняка знаю, что он желал службой доказать свою верность и приверженность данному слову и никогда не станет действовать во вред Святому престолу.

Я знаю все это не из переписки с братом, которой не было, но потому, что знаю самого Чезаре. Его волю, его таланты и неуемную энергию требуется твердой рукой направить в нужное русло, тогда Чезаре сможет принести Святому престолу много пользы, несмотря на все свои недостатки.

Приношу свои заверения, что прибывший в Феррару гонец всего лишь сообщил о побеге Чезаре. Я не поддерживаю побег брата, но и осуждать его не могу. Повторяю: Чезаре нужна активная деятельность, даже не в его, а в чьих-то других интересах. Если бы Его Святейшество нашел возможность поставить энергию моего брата на службу Святому престолу, от этого все выиграли.

Я вынуждена продолжить свой рассказ.

* * *

Этот порок владел и владеет мною!

Если какой-то грех и лежит на моей душе, то это грех зависти. Всему остальному я могла предаваться по незнанию, непониманию, недомыслию. Завидовала сознательно.

В детстве завидовала братьям потому, что им разрешено многое, запрещенное для меня. Ну, почему я девочка, а они мальчики?! Им можно бегать и прыгать, не заботясь, что юбка задерется или волосы растреплются, можно кричать, лазить по деревьям и даже на крышу, бороться, выходить в сопровождении только слуги…

Чуть позже пришла зависть из-за их учебы и взрослого поведения. Если бы не Карло Канале, я страдала куда сильней.

Полагаю, завистью вызвано и большинство злых слухов о нашей семье. Завистью, а еще ответным презрением и нежеланием оправдываться. Чезаре никогда не считался с мнением толпы и даже не интересовался им, в ответ злые языки приписывали ему даже те преступления, которых он совершать просто не мог, например разнузданное участие в пирах, когда брата и в Риме-то не было! Любая смерть богатого или знатного человека Рима, особенно из окружения папы Александра, немедленно относилась на совесть семьи Борджиа. Все знали, что Чезаре расстался с Хуаном в тот страшный вечер и уехал вместе с Джанни Борджиа и слугами, многочисленные слуги видели его ночью в его комнате, брат допоздна читал, а потом лег спать, но молва немедленно приписала Чезаре убийство Хуана!

Толпа не просто несправедлива, она завистлива особенно к тому, кто не обращает на нее внимания. Чезаре учил меня, что нельзя оправдываться, нельзя даже замечать толпу, иначе погибнешь или станешь одной из ее участниц.

Но я знаю, что чем меньше ты обращаешь внимания на выпады завистников, тем яростней и страшней они становятся. Неужели это плата за то, что к толпе не принадлежишь?

Лукреция пишет явно с неохотой, перемежая рассказ о своей семье множеством рассуждений о грехе вообще, о зависти и о жизни святых. Этот текст написан столь явно ради заполнения страниц, к тому же переполнен выдержками из жизни святых и поучениями Франциска Ассизского и прочих, что приводить этот текст нет смысла.

Завистью я была окружена с детства.

Но сначала она была детской, о которой сейчас смешно вспоминать.

С настоящей взрослой жестокой завистью я столкнулась впервые в девять лет на свадьбе Джулии Фарнезе и Орсо Орсини. Да, именно там. И с тех пор зависть Джулии долгие годы была со мной. Всем мы казались любящими подругами, но в действительности ненавидели друг дружку, прикрывая эту ненависть фальшивыми улыбками.

У меня больше не было возможности советоваться с Маддаленой Медичи, которая действительно была названной старшей сестрой. Из-за ее дурного мужа Маддалена избегала Латеранский дворец, а в письмах многое не напишешь. Мне очень была нужна старшая сестра-советчица, ведь я вступала во взрослую жизнь, но я довольно быстро поняла, что советы Джулии подобны змеиным укусам либо медленно действующему яду – прежде чем следовать им, стоит несколько раз подумать.

Теперь я даже благодарна моей подруге-змее: не будь ее коварства, я так и осталась бы никчемной глупышкой. Вернее, глупышкой никогда не была, но слишком многое принимала бы на веру. Как полезно иметь рядом змею – не забудешь об осторожности.