Битва за Крым - Александр Широкорад

До войны около половины экспорта и импорта Болгарии и Румынии шло морским путем через Проливы. Кроме того, большой объем грузов шел из Германии и Венгрии по Дунаю и далее также через Проливы. Итальянские танкеры как до, так и после начала войны циркулировали между Констанцей и итальянскими портами.

С мая 1941 г. немцы по морю могли перебрасывать кратчайшим путем личный состав и военные грузы из оккупированной Греции в Румынию и обратно.

Черноморский флот имел огромное превосходство в силах и удачно расположенные базы в Крыму и легко мог полностью парализовать судоходство, в западной части Черного моря. Но командование Черноморского флота вело действия на коммуникациях противника из рук вон плохо.

Так, с 1 августа по 31 декабря 1941 г. надводные корабли Черноморского флота не потопили ни одного военного или торгового судна противника. Речь, понятно, идет о подтвержденных потерях, а на бумаге, которая, как известно, все стерпит, было потоплено десятки эсминцев, подводных лодок, транспортов и других судов противника.

Единственным реальным успехом Черноморского флота было потопление 26 сентября тральщиком «Войков» двух мотоботов и трех шхун на Азовском море. Понятно, что это были свои же плавсредства. Причем в документах не указывается, были ли эти посудины с немцами, беженцами или пустыми.

Желобковые торпедные аппараты катеров Г-5 были очень удобны для постановки мин. Тем не менее в 1941 г. торпедными катерами было поставлено лишь 18 мин. Еще 84 мины поставили бронекатера Дунайской флотилии. Сторожевые катера постановки мин вообще не проводили.

Советское руководство, в том числе дипломаты, фиксировали проход каждого судна в Стамбуле. Что стоило отправить пару эсминцев к Босфору для перехвата транспортов противника? В этом случае для врага был бы важен не столько материальный, сколько моральный ущерб.

Почти ежедневно для обороны Севастополя с 23 июня выставлялись на дежурство эсминцы. Но на вражеские коммуникации эсминцы после злополучного налета на Констанцу более не выпускались.

2 августа 1941 г. Военный Совет Черноморского флота утвердил план активных минных постановок на август. Предполагалось выставить эсминцами типа «Незаможник» в районе острова Фидониси — Сулина 120 мин образца 1912 года, в районе мыса Олинька 240 мин образца 1912 года; самолетами в районе Констанцы и Мидии — 15 мин; самолетами в районе Констанца — Тузла — 15 мин. В районе Тузла — Мангалия предполагалось выставить 160 мин подводными лодками «Л-5» и «Л-4».

Однако, чтобы отправить на минную постановку старые эсминцы, потребовалось разрешение наркома Кузнецова. Тот, естественно, побежал выше. И пока суд да дело, ситуация в районе Одессы и в Крыму ухудшилась, и эсминцы так на минные постановки и не отправились.

Многочисленные торпедные катера к действиям против вражеского судоходства не привлекались. Спору нет, убогие Г-5 не могли, базируясь на Крым, действовать у берегов Румынии, не говоря уж о Турции. Но их могли буксировать и дозаправлять в море катера МО-4. Наконец дозаправку торпедных катеров могли производить и гидросамолеты типа МБР-2, ГСТ и др., а их на Черноморском флоте было к 22 июня 167 единиц. Благо, погода на Черном море в июле-августе почти всегда позволяла это делать.

Сравнительно большую активность проявили подводные лодки Черноморского флота. «Всего за кампанию 1941 г. подводные лодки Черноморского флота совершили 103 боевых похода, выполнили 24 торпедные атаки, потопили пять транспортов противника (около 18 тысяч брт). Скромный (относительно) успех подводников объясняется, по-видимому, тем, что противник использовал в основном малотоннажный флот — баржи, паромы, шхуны, сейнеры. Из 550 обнаруженных в 1941 г. подводными лодками судов 498 оказались судами подобного рода. Встречи с крупными транспортами были очень редки»[108].

Я намеренно привел цитату из официального издания Министерства обороны и замечу, что далее автор сразу переходит к деятельности подводных лодок в 1942 г. А вот сделать вывод автор и его рецензенты вице-адмиралы В.Д. Яковлев и Ф.И. Козлов не могут. А вывод более чем очевиден: для уничтожения всей этой мелочи (мелочи по тоннажу, но производившей очень важные перевозки) нужны были катера. Причем с большинством заданий могли справиться даже морекие охотники. Их пары 45-мм установок 21К вполне хватило бы для расстрела шхун, паромов и т. д.

Малочисленность потопленных транспортов противника позволяет рассказать о каждом из них.

Подводная лодка «Щ-211» под командованием капитана-лейтенанта А.Д. Девятко вышла в свой первый поход 5 августа. 11 августа лодка высадила 14 болгар-диверсантов севернее мыса Карабурун. А 15 августа у мыса Эминэ были обнаружены два транспорта. «Щ-211» с дистанции 3 кабельтова (549 м) выпустила две торпеды. Согласно донесению командира, которое попало в «Хронику…», «один транспорт сразу же затонул, второй выбросился на берег с деферентом на корму и креном на левый борт. Выбросившийся транспорт волной развернуло лагом к берегу. На другой день подводная лодка транспорта не обнаружила»[109].

На самом же деле торпеда попала только в одно судно, получившее тяжелые повреждения и позже затонувшее. Им оказался румынский транспорт «Пелес» (5708 брт).

«Второй боевой поход этой лодки [с 21 сентября по 9 октября 1941 г. — А.Ш.] тоже был успешным. Действуя к югу от Варны, "Щ-211" днем вела поиск транспортов вблизи берега, а ночью отходила мористее, где производила зарядку аккумуляторной батареи и одновременно вела поиск противника. 29 сентября в 8 ч 36 мин лодка, следуя курсом 0° на перископной глубине, заметила на горизонте пять шедших ей навстречу сторожевых катеров. Чтобы не быть обнаруженным, Девятко отвернул круто вправо, а затем, пропустив катера, взял курс почти прямо на юг. В 9 ч 48 мин показался вражеский караван из трех транспортных судов. В охранении миноносца, сторожевого катера и самолета он шел со стороны Варны в направлении пр. Босфор. Выбрав целью головной транспорт, командир начал маневрирование для выхода в торпедную атаку. Цель уже выходила на расчетный угол упреждения, когда находившийся в 1,5 кабельтовых сторожевой катер двинулся прямо на лодку. Командир успел убрать перископ, и катер проскочил мимо, но момент залпа был упущен. Теперь служить целью могло только второе судно. Увеличив ход, Девятко пересек курс конвоя и вышел с другого борта. Дистанция до цели не превышала 2 кабельтовых. В 10 ч 16 мин из кормового аппарата была выпущена торпеда, и через 20 с раздался сильный взрыв. Выполнив маневр погружения, "Щ-211" легла на грунт. Через полчаса лодка всплыла под перископ. Атакованное судно погрузилось так, что над водой виднелся лишь полубак. Торпедирован был итальянский танкер "Суперга" (6154 брт).