Страны Белого Слона. Правда и вымыслы - Кирилл Котков

С формальной точки зрения это действительно было так. После того как в 1885 г. Великобритания окончательно аннексировала Бирму, страна была присоединена к Британской Индии и являлась её частью до 1935 г. В то же время прямое колониальное правление британской администрации было введено лишь в Нижней и в Верхней Бирме, а также на побережье. Окраинные районы страны являлись протекторатом британской короны и продолжали подчиняться местным князьям и племенным вождям. Британские чиновники и войска там практически не появлялись. Это было сделано совершенно сознательно, поскольку британцы понимали, что из-за труднодоступности окраин страны подчинить местные народности военным путём означало долгую и изнурительную партизанскую войну. Кроме того, не вводя прямого колониального правления на окраинах, можно было умело противопоставить бирманцам национальные меньшинства страны и тем самым расположить последних в свою пользу.

Итак, в конце XIX – первой половине XX в. политическая ситуация в Бирме выглядела следующим образом. Долинные и равнинные районы Нижней и Верхней Бирмы напрямую управлялись колониальной администрацией. На востоке страны, на Шанском нагорье, располагались 34 шанских княжества, некогда вассально зависимые от бирманского государства, а в начале ХХ в. являвшиеся протекторатом Британской Империи. К югу от шанских княжеств располагались княжества народности кая, т. н. «красных каренов» – Боулей, Намекан, Наунгпале и Чебоджи, – которые формально находились под британским протекторатом согласно англо-бирманскому договору 1875 г., но их лидеры получали денежные субсидии от британского правительства. Рядом с ними находилось самое крупное княжество кая – Кантаравадди, оно вообще было формально независимым государством. К югу от этих княжеств, вдоль границы с Сиамом, проживали племена каренов, не имевших государственности и управлявшихся племенными вождями, лишь формально признававших над собой протекторат Британской империи. На севере страны, в верховьях реки Иравади, располагались шанские княжества Кхамти, Схенви и племенные союзы качинов, также пользовавшиеся независимостью во внутренних делах. Ещё севернее жили племена лису, раванги и тароны, фактически никому не подчинявшиеся, но территория проживания которых признавалась международными соглашениями в составе британских владений. На западе страны, в Чинских горах, разделяющих Бирму и Индию, находились владения чинских племён и народностей нага, также подчинявшихся колонизаторам лишь формально.

Надо сказать, что и до прихода британцев ситуация в Бирме выглядела примерно так же, как и вышеописанная. Ни одна из малых горных народностей страны не подчинялась напрямую власти бирманских королей. Данное обстоятельство позволяло и правителям Бирмы, и британским властям заигрывать с верхушкой национальных меньшинств и пользоваться их услугами. Так, до 1885 г. воины из чинских племён и качины составляли нечто вроде частей специального назначения в бирманской армии, а шанские князья выставляли в случае войны вооружённые отряды. В годы Британской империи англичане формировали из представителей каренских племён колониальную полицию, а в годы Второй мировой войны представители каренов, кая и качинов воевали на стороне англичан против японцев, тогда как бирманцы поначалу в основном поддерживали последних.

Таким образом, лишь центральная и южная часть территории Бирмы являлась настоящей колонией Британской Империи. Окраинные горные территории относились к числу протекторатов и зависимых земель.