Военная контрразведка. Вчера. Сегодня. Завтра  - Николай Лузан

— Ее бывший руководитель — Абакумов — осужден как враг народа и вчера был расстрелян.

— А-а как же все мы, кто служил в Смерше?! Как?! — только и нашелся, что сказать Устинов.

— Иван Лаврентьевич, задавать такие вопросы вам негоже. Вы секретарь партбюро, представитель партии в управлении и обязаны твердо проводить ее линию в массы. С абакумовщиной и всем тем, что с ней было связано, надо покончить раз и навсегда! От этого позорного прошлого не должно остаться даже духа! Надеюсь, вам это понятно?

Устинов потупил взгляд и обронил:

— Так точно, товарищ генерал.

— Раз понятно, тогда перейдем к делу! События июня 1953 года в Берлине наглядно показали, что без активной, наступательной работы против иностранных спецслужб мы не гарантированы от повторения подобных эксцессов. И не только в ГДР.

— Такое понимание в управлении есть. Генерал Цинев в беседе со мной также акцентировал внимание на данной проблеме.

— Молодец Георгий Карпович! Он не ждет указаний, а смотрит вперед и проявляет инициативу. Вашему управлению выпала честь одним из первых выполнить решение партии об организации в военной контрразведке подразделения разведки. В качестве ее руководителя Георгий Карпович рекомендовал вас. Как, справитесь с задачей, Иван Лаврентьевич? — спросил Леонов и пытливо заглянул ему в глаза.

Устинов не отвел взгляда в сторону и заявил:

— Я оправдаю высокое доверие партии и ваше, товарищ генерал.

— Надеюсь, что ваши слова не разойдутся с делом, Иван Лаврентьевич. Мы бойцы партии, мы ее боевой отряд, и для нас не должно быть невыполнимых задач! Не так ли?

— Так точно, товарищ генерал!

— Тогда за дело. Сейчас вы пройдете в секретариат и изучите Постановление ЦК КПСС и приказ Председателя КГБ об организации в системе военной контрразведки разведывательного подразделения. Его условное название — 3-й отдел.

— Есть! — принял к исполнению Устинов.

— С завтрашнего дня для вас будет организована стажировка в разведывательном управлении КГБ. Понимаю, срок небольшой, но у нас нет времени на раскачку. Что не успеете взять здесь, у нас, то доберете на месте, в Германии. У наших коллег из МГБ накоплен достаточный опыт.

— Ясно! Есть!

— При комплектовании будущего разведоргана основное внимание уделите кадрам. Как говорится, кадры решают все. Что касается организационной структуры, то мы не будем загонять вас и генерала Цинева в жесткие рамки. При ее формировании исходите из складывающейся оперативной обстановки. Хотел бы вам напомнить слова Владимира Ильича Ленина — бюрократизм погубит социализм! Поэтому никакого бюрократизма!

— Товарищ генерал, я приложу все силы, чтобы не подвести вас и генерала Цинева! — заверил Устинов.

— Успехов вам, Иван Лаврентьевич, — пожелал на прощание Леонов.

Покинув его кабинет, Устинов прошел в секретариат, получил документы и занялся их изучением. Они носили общий характер, и потому многое ему приходилось додумывать. На следующий день он приступил к стажировке в управлении разведки КГБ. Она имела неоценимое значение в его становлении как разведчика. С ним делились практическим опытом живые легенды, которые не один год провели на нелегальном положении и выполняли задания, внедрившись в спецслужбы противника. Незадолго до нового года стажировка завершилась. Устинов покинул Москву. По возвращении в Берлин его ждал приказ о назначении начальником 3-го, разведывательного отдела управления.

Будущая профессия захватила Устинова и пробудила жгучее желание испытать себя на новом поприще. Не дожидаясь окончания новогодних праздников, он взялся за дело, за разработку будущей структуры отдела. Основное место в ней отводил подразделениям, в задачу которых входило оперативное проникновение в спецслужбы главных противников: США, Великобритании, Франции и ФРГ. Одновременно с этим внимательно изучал личные дела на руководителей среднего звена и оперативный состав — они, по его замыслу, должны были составить костяк будущей разведки. И когда работа подошла к концу, он доложил свои предложения Циневу. Тот внес небольшие коррективы и утвердил их.

Все последующие дни и до конца января 1955 года Устинов посвятил поездкам по особым отделам управления. На местах он вникал в оперативные материалы, из которых усматривался выход на иностранные спецслужбы, а по вечерам беседовал с кандидатами на службу в 3-й отдел. При этом он не замыкался только на сотрудниках контрразведки, а вел поиск будущих разведчиков среди армейских офицеров. Главным критерием при отборе кандидата являлись его надежность, умение быстро находить контакт с людьми, разными по взглядам и интересам, способность импровизировать в сложной ситуации, склонность к иностранным языкам и, конечно же, желание служить в разведке.

К февралю 1955 года большинство из 47 вакантных должностей отдела были укомплектованы. Опираясь на опыт и помощь коллег из МГБ ГДР, Устинов вместе с подчиненными приступил к организации разведывательной работы. Основное внимание они сосредоточили на Миссиях связи США, Великобритании и Франции. Они состояли при Главнокомандующем советскими войсками в Германии и представляли интересы своих стран. Миссии располагались в одном из самых живописных районов — Потсдаме, занимали отдельные здания, охранялись собственной военной полицией и комплектовались в основном военнослужащими. По данным МГБ ГДР, их принадлежность к армиям США, Великобритании и Франции в большинстве случаев служила прикрытием, фактически это были кадровые сотрудники спецслужб либо их агенты. Используя свое официальное положение, они осуществляли на территории ГДР визуальную, техническую разведку с легальных позиций, занимались сбором информации о состоянии боеготовности частей Советской армии, осуществляли вербовки агентов и проводили с ними операции по связи.

Настоящую головную боль для Устинова и сотрудников 3-го отдела представлял гигантский черный рынок. Он занимал огромную территорию, располагался за Бранденбургскими воротами, в Западном Берлине. По выходным там скапливалось до нескольких десятков тысяч человек. Среди них частыми покупателями и продавцами выступали советские военнослужащие и их жены. В мутной стихии черного рынка разведчики западных спецслужб чувствовали себя как рыба в воде и, пользуясь этим, ловили свою «рыбку» — будущих агентов, подсаживали их на контрабандную наживку, а затем завлекали в шпионскую сеть.

В первые месяцы 1955 года Устинову и его подчиненным пришлось забыть про выходные и заниматься созданием разведывательных позиций в западных спецслужбах. Основное внимание они сосредоточили на оперативной разработке «гнезд шпионажа» на территории ГДР — Миссий связи, в первую очередь США и Великобритании. Это был сложный, трудный, но зато самый короткий путь к главным тайнам противника. Вербовка агента из числа кадровых сотрудников позволяла контролировать разведывательные операции ЦРУ и МИ-6, а самое главное, обеспечивала прямой доступ к святая святых любой спецслужбы — агентурной картотеке.

Прежде чем требовать от подчиненных результатов, Устинов сам занялся этой работой. Присутствуя на приемах, участвуя в повседневной деятельности совместных комиссий, он под легендой советского армейского офицера устанавливал контакты с сотрудниками западных Миссий. В ходе общения прощупывая друг друга наводящими вопросами, ловя неосторожно оброненное слово и по другим признакам в поведении представителей западных стран Устинов и его сотрудники по крупицам накапливали информацию на будущих кандидатов на вербовку. К концу февраля в аналитическом отделении 3-го отдела управления были обобщены материалы на десятерых кадровых сотрудников западных спецслужб, заслуживающих серьезного оперативного внимания.