Операции советской разведки: вымыслы и реальность - Виталий Чернявский

Что можно сказать об этих двух версиях по «делу Тухачевского», с которыми весь мир, за исключением Советского Союза и стран Варшавского Договора, с интересом познакомился в первой половине пятидесятых годов?

Первое, что бросается в глаза даже не особенно дотошному читателю: и та и другая версии очень схожи между собой. Основа у них одна и та же, разнятся они лишь деталями. Создается впечатление, что Хёттль заимствовал историю о «деле Тухачевского» у своего начальника Шелленберга, который, в отличие от подчиненного, был посвящен, пусть не с самого начала, в затеянную Гейдрихом операцию по созданию фальшивого досье, подкрепляющего документально миф о заговоре маршала Тухачевского и других советских военачальников против кремлевского диктатора.

Сам Хёттль, во избежание кривотолков, пишет в своей книге, что о «деле Тухачевского» он узнал от группенфюрера СС Берендса, который по поручению Гейдриха в основном руководил затеянной провокацией. Наверное, это так и было. Но штурмбаннфюрер СС почему-то умалчивает о том, что подробную информацию о фальшивке он получил от начальника внешней разведки в 1949 году, когда навестил его в курортном местечке возле Турина, в Северной Италии. Именно здесь бригадефюрер СС под присмотром британских разведчиков коротал свои последние дни. Нет сомнений, что Хёттль сообщил бывшему шефу о том, что заканчивает работу над рукописью своей книги «Тайный фронт…». Тот сразу сообразил, что представляется удобный случай запустить пробный шар — быстро опубликовать дезинформационную версию о «деле Тухачевского»: как гениальному Райнхарду Гейдриху удалось состряпать фальшивку, на которую клюнул сам суперподозрительный кремлевский властитель и начал истреблять цвет высшего командного и начальствующего состава Красной армии. Шелленберг показал сообразительному подчиненному свои материалы. И через полгода читающий мир впервые познакомился с «делом Тухачевского» в пересказе отставного штурмбаннфюрера СС. Конечно, Хёттль кое-что напутал, но главное было сделано: широкий круг читателей, прежде всего в Германии, во-первых, убедился, как хитро, умно и эффективно работала немецкая Служба безопасности в канун Второй мировой войны, и, во-вторых, понял, что, обладая таким мощным разведывательным аппаратом, Третий рейх обязательно одолел бы антигитлеровскую коалицию, если бы не засевшие в важных немецких государственных структурах предатели разных чинов и рангов, которые продались большевикам и западным империалистам.

Правда, Хёттль упустил один важный момент, ради которого, можно сказать, Шелленберг с английскими кукловодами городил все дело. Вернитесь, пожалуйста, к последнему абзацу главы мемуаров бригадефюрера СС. Это оглушительный аккорд, на фоне которого Сталин предстает как угодливый мелкопоместный дворянчик, принесший в жертву владетельному барону самого лучшего из своих оруженосцев, дабы завоевать расположение сеньора. Именно с этого момента началось сближение Москвы и Берлина, которое завершилось подписанием пакта о ненападении с секретными приложениями к нему в августе 1939 года. Отсюда вывод: Вторую мировую войну развязал не только Гитлер, но и Сталин.

Страшное обвинение, чернящее хозяина Кремля в глазах людей на всей нашей планете. Одна фальшивка породила другую. Не забывайте: в пятидесятых годах начала стремительно разгораться новая война — «война холодная», в которой использовали самое грязное пропагандистское оружие — ложь, клевету, низкопробные фальшивки.

Кстати, обвинение Сталина в том, что он проявлял инициативу в установлении сотрудничества с Гитлером и ради этого угодничал перед фюрером, весьма сомнительно. Все это досужие домыслы некоторых историков и журналистов, занимающих крайние антисоветские позиции. Объективными свидетельствами очевидцев и документами, подтверждающими эту версию, историческая наука не располагает. Об этом убедительно пишет один из руководителей советской внешней разведки в тридцатых — пятидесятых годах прошлого века генерал-лейтенант в отставке Павел Судоплатов в своей книге «Разные дни тайной войны и дипломатии. 1941 год»: «Очень часто Сталину приписывают инициативу договориться. На самом деле Гитлер первым начал прощупывать позицию Советского Союза…»

Громкая сенсационность лживой информации отвлекла внимание читателей от критического подхода к версии Шелленберга — Хёттля. А ведь в изложении «дела Тухачевского» они допустили массу неточностей, несуразностей, ошибок и выдумок. В книге Шелленберга, например, сообщается, что Тухачевский был арестован 4 июня 1937 года. На самом деле это произошло 22 мая. Автор не удосужился заглянуть в подшивку любой газеты, чтобы убедиться в этом, ведь сообщение ТАСС напечатала вся мировая пресса. К слову сказать, суд состоялся 10 июня, приговор объявлен — 11-го. В ночь на 12-е он был приведен в исполнение, а Сталин выступал на Военном совете с сообщением о предательстве Тухачевского и его единомышленников 3 июня. Таковы факты.

Шелленберг и Хёттль уверяют: расстрелом осужденных командовал маршал Блюхер. Это выдумка, как говорится, для красного словца, маршал был одним из членов Особого судебного присутствия Верховного суда, на котором председательствовал военный судья Ульрих. Приговоры приводили в исполнение коменданты НКВД Блохин и Игнатьев. Осужденным поодиночке, так сказать, в порядке живой очереди вгоняли пулю в затылок. Расстрельного взвода или команды, как пишут Хёттль и Шелленберг, никогда не было. Это в Германии и вообще на Западе традиционно действовали расстрельные команды. В Советской России поступали проще и экономнее — одна пуля в голову, и дело с концом.