Советский ас Григорий Речкалов, дважды Герой Советского Союза. Дневники, документы, воспоминания - Александр Табаченко

Боевые порядки патруля из 14–16 самолетов были построены так: ударная группа (если общее количество самолетов составляло 16), как правило, состояла из 8 самолетов, разбитых на две четверки, с превышением одна над другой 200–300 м. В задачу их входила борьба с бомбардировщиками противника, вторая прикрывающая группа состояла из 4-х самолетов и обеспечивала действия ударной группы. В ее задачу входило отсекать истребителей противника, связывая их боем, как бы обеспечивая полную безопасность с верхней полусферы. Эта группа ходила с превышением 500–600 м над ударной группой. Третья группа состояла из 4-х самолетов и шла с превышением над прикрывающей – до 500 м. Являясь группой поддержки, в задачу ее входило отгонять истребителей противника от прикрывающей группы, если онв попытается атаковать ее сверху. Таким образом, все эти три группы, взаимодействуя между собой, эшелонировались по высоте до 2000 м. Некоторые могут подумать, что такое большое количество в ударной группе и во всем патруле будет затруднять маневр и усложнять управление. Для того чтобы это не было так, вся группа разбивалась на четверки, каждая четверка тот или другой маневр выполняет самостоятельно, но по команде ведущего ударной группы. Между четверками есть зрительная связь, и они занимают такое положение по отношению друг к другу, чтобы обеспечить себя от внезапных атак пар охотников, не нарушая общего порядка.

Я уже сказал, что ударная группа полностью обеспечивалась от атак истребителей с верхней полусферы прикрытия и группой взаимодействия и ей оставалось только обеспечить себя от истребителей противника, идущих в непосредственном прикрытии бомбардировщиков. Для этого ударная группа производила атаки строя бомбардировщиков следующим образом: увидев группу Ю-87, пары ударной группы становились в хвост друг другу на дистанции 200–500 м. и попарно одна за другой производили атаки, делалось это с расчетом, чтобы выход последней пары из атаки прикрывался первой парой, которая, произведя первую атаку, снова занимала походное положение для повторной.

В результате получалось как бы замкнутое колесо пар наших истребителей над строем бомбардировщиков противника, которое передвигалось вместе с ними. При таком порядке все попытки истребителей противника атаковать одну из наших атакующих пар отбивали следующими парами, чем обеспечивалась свободная атака поочередно каждой из пар, а следовательно, достигался лучший выбор цели для атаки и более длительный промежуток времени для ведения прицельного огня. При таком построении боевого порядка и организации ведения боя мы достигли наибольшего урона для противника и наименьше потерь своих истребителей в воздушном бою. Свои потери, в частности, уменьшились за счет того, что истребители противника, отражая атаки наших истребителей по своим бомбардировщикам, вынуждены были вести огонь с больших дистанций, порядка 500 и даже 1000 м, под большим ракурсом. При таком положении бой истребители противника вели неактивно. Примером может служить воздушный бой, проведенный нашими летчиками 3 июня 1944 года. Группа 16 «Аэрокобр», где я был ведущим, прикрывала наземные войска в районе Даман, при выходе к цели станция наведения сообщила, что идет большая группа бомбардировщиков противника, которую я заметил справа ниже себя.

Бомбардировщики прикрывались 18 Ме-109 и ФВ-190. Боевой порядок прикрытия следующий – группа непосредственного прикрытия, состоящая из Ме-109 и ФВ-190, шла шестеркой впереди и вторая шестерка сзади бомбардировщиков, ударная же группа, состоящая из 6 Ме-109, шла с превышением 600–800 м.

Приняв решение атаковать противника, свой боевой порядок я построил следующим образом: я во главе ударной группы 8 самолетов находился на высоте 3000–3500 м, моя прикрывающая группа шла надо мной с превышением на 500 м, ее ведущий Иванов. Группа поддержки, состоящая из 4 самолетов, во главе с гвардии капитаном Клубовым, находилась с превышением 500 м над прикрывающей группой.

Подав команду: «Иду в атаку!», моя ударная группа пара ми перестроилась одна за другой строго в хвост на дистанции 300–500 м друг от друга и сразу пошла за мной в атаку. Первую атаку я произвел сзади сверху, под ракурсом 1/4, по ведущему Ю-87 и сбил его, а следующая за мной пара лейтенанта Сухова атаковала второго Ю-87, с таким же результатом. Выходя из атаки, я занял выгодное положение для повторения ее, но заметил, что в хвост Федорову заходит пара Ме-109. Я немедленно атаковал заходящих в хвост Ме-109, зажег ведущего, который взорвался в воздухе, а гвардии капитан Федоров в это время успешно атаковал Ю-87 и сбил его.

Строй бомбардировщиков противника был нарушен, они рассыпались и стали беспорядочно с пикирования сбрасывать бомбы. Я пошел в повторную атаку на бомбардировщиков и не заметил, как по мне в хвост пыталась зайти пара ФВ-190, но их вовремя отбил ведущий второй пары гвардии лейтенант Сухов, который сбил одного ФВ-190. В момент атаки гвардии лейтенанта Сухова его пыталась атаковать пара ФВ-190, но следующая за ним пара гвардии капитана Федорова, закончив предыдущую атаку по бомбардировщикам, успешно отразила атаку этих ФВ-190, в результате чего гвардии капитан Федоров сбил 1 ФВ-190. Таким образом, мы, ведя бой с Ю-87, одновременно отражали атаки истребителей непосредственного прикрытия ФВ-190 и Ме-109. Прикрывающая нас группа выше нас сковала боем 6 Ме-109, являющихся ударной группой боевого порядка истребителей противника.

Благодаря правильным действиям нашей прикрывающей группы, ударная группа противника была надежно «скована» и обеспечила свободу действий моей группы; одного Ме-109, который пытался атаковать одну из пар нашей ударной группы, с первой же атаки сбил гвардии лейтенант Иванов.

Группа поддержки, руководимая гвардии капитаном Клубовым, вела воздушный бой с отдельными парами истребителей противника, чем обеспечила весь боевой порядок наших истребителей от внезапных атак противника.

В результате такой организации воздушного боя и благодаря тесному взаимодействию между отдельными парами и группами боевого порядка, мы выиграли бой с численно превосходящим противником, сбив 8 самолетов противника, не имея при этом своих потерь.

Недостатками наших истребителей являются:

а) командиры эскадрилий зачастую идут в составе ударной группы и при первой же атаке по самолетам противника становятся рядовыми бойцами, чем снижается их роль в бою как руководителей. Для успешного управления воздушным боем ведущему общего боевого порядка необходимо находиться в группе прикрытия.

б) очень часто летчики с целью увеличения личного счета сбитых самолетов противника преследуют отдельных истребителей или бомбардировщиков далее, несмотря на то, что отрываются от группы, чем нарушают боевой порядок и боеспособность всей группы. Кроме того, эти летчики зачастую становятся добычей врага, т. к., начав преследование противника, увлекаются им, не обеспечивают себя прикрытием и, встретившись с более сильной группой противника, одиночным самолетом или даже парой им драться не под силу. в) в практике радионаведения были случаи, когда наши радиостанции наведения перенацеливали истребителей уже ведущих воздушный бой с бомбардировщиками на новую группу бомбардировщиков, подходящую в район действий. Это приводит к распылению внимания истребителей и не дает положительных результатов, т. к. в результате ни с одной, ни с другой группой бой не доводится до конца и ни одной из групп не наносится серьезное поражение.