Под стягом Москвы. Войны и рати Ивана III и Василия III - Владимир Волков

Некоторые подробности татарской войны этого года выясняются из жития Христа ради юродивого Лаврентия Калужского. Враги пришли к Калуге в мае 1512 года. Во время нападения подвижник вбежал в княжеский терем и потребовал топор, чтобы защитить попавшего в беду князя Семена Ивановича. В это время, находясь со своими воинами на Оке, тот бился на корабле с татарами, наседавшими отовсюду. Вдруг среди русских воинов появился праведный Лаврентий. В схватке произошел перелом: увидев святого подвижника, русские воины воспрянули духом и одолели врага. Калуга и калужские места были спасены от разорения, а князь Семен, один из братьев Василия III – от неминуемой гибели. Благодарный князь после этого основал к северо-западу от Калуги обитель Рождества Христова, где в 1515 году нашел место своего упокоения святой Лаврентий^[256].

Как выяснилось позднее, все три татарских набега были совершены по тайным «наводам» литовской стороны. В числе других причин это обстоятельство привело к началу самой длительной в то время русско-литовской войны 1512–1522 годов. Вести эту тяжелую кампанию Москве приходилось с постоянной оглядкой на татарское порубежье. По-видимому, далеко не случайно первый поход на Смоленск состоялся зимой 1512/1513 года. Василий III пытался использовать затишье на крымской «украине» и добиться быстрой победы над Литвой. Его планы не оправдались, и в конце февраля московские рати отступили. 17 марта 1513 года великий князь и бояре приняли решение о подготовке нового похода к Смоленску, который должен был состояться летом этого же года. На сей раз предстояло учесть фактор возможной татарской агрессии. Для «украинного береженья» на южной границе встали: в Туле (впервые в построенной здесь крепости) полки князя А. В. Ростовского, М. Ю. Захарьина и князя И. М. Воротынского, на Угре – князей М. И. Голицы Булгакова и И. Ф. Овчины Телепнева (из состава этой рати был выделен большой отряд под командованием князей И. Ф. Ушатого и С. Д. Серебряного, направленный под Стародуб для прикрытия Северской земли). Несмотря на принятые меры, татарам и присоединившемуся к ним литовскому войску все же удалось прорваться к черниговским, новгород-северским, путивльским, брянским и стародубским местам^[257]. Это обстоятельство задержало Василия III в Боровске до 11 сентября 1513 года, когда им были получены достоверные сведения об отступлении крымцев в степь. Только после этого великий князь пошел под Смоленск, взять который опять не смог. Лишь во время третьего похода, 29 июля 1514 года, русские смогли овладеть городом. Однако и тогда произошло отвлечение части московских сил для организации обороны южной границы. Сосредоточенными на этом рубеже войсками командовал удельный князь Дмитрий Иванович Углицкий. Русские полки стояли в Туле и на Угре. Северскую «украину» прикрывали вотчинные армии князей В. И. Шемячича и В. С. Стародубского, осенью 1514 года отразившие нападение на свои земли царевича Мухаммед-Гирея, в войске которого были, кроме татарских воинов, «польского короля воеводы с людьми и пушками и пищалями»^[258].

В марте 1515 года крымские и литовские войска повторили нападение на Северское порубежье. Вместе с татарами Мухаммед-Гирея здесь действовали отряды киевского воеводы Андрея Немировича и Евстафия (Остафия) Дашкевича. Крымско-литовская армия безуспешно осаждала города Чернигов, Стародуб, Новгород-Северский, а затем отступила, захватив большой полон. В условиях продолжающейся войны с Великим княжеством Литовским московское правительство попыталось урегулировать этот конфликт мирным путем. Однако смерть Менгли-Гирея, последовавшая 13 апреля 1515 года, еще более осложнила русско-крымские отношения. На ханский престол взошел Мухаммед-Гирей, хорошо известный своим враждебным отношением к Русской Державе, на «украины» которой он не раз ходил походами. В Москве о смерти старого хана и вступлении на престол «сына его болшего» стало известно только 29 мая 1515 года. Встревоженный полученными известиями Василий III уже через день выехал со своими главными воеводами в Боровск, лежащий неподалеку от крымской «украины» и литовского рубежа. Там и нашел его крымский посол Янчура Дуван^[259]. 1 сентября 1515 года он вручил великому князю ультиматум, в котором обещание «дружбы и братства» сопровождалось требованием передать крымскому «царю» северские города: Брянск, Стародуб, Новгород-Северский, Путивль, Рыльск, Почеп, Карачев и Радогощ. Кроме этого, московской стороне надлежало отпустить в Крым казанского царевича Абдул-Латифа и возвратить Литве Смоленск. Условия ханского «запроса» были неприемлемыми, поэтому Василий Иванович тянул с ответом на него. Только 14 ноября 1515 года в Крым поехал русский посол Иван Григорьевич Меньшой Мамонов. Почти все требования Мухаммед-Гирея были отвергнуты. Посол Василия III соглашался лишь на пожалование Абдул-Латифа одним из московских городов и предлагал хану совместные действия против Литвы^[260].

Несмотря на достаточно твердо заявленный отказ подчиниться крымским требованиям, немедленного начала войны с Москвой не последовало. Мухаммед-Гирей попытался использовать русскую помощь в борьбе с Ногайской ордой, но и в этом случае Василий Иванович сумел уклониться от выполнения ханского требования. Отношения двух государств продолжали ухудшаться.

В этот период умножилось число «беш-башей» – мелких татарских набегов; на приграничные русские уезды нападали небольшие крымские отряды, спешившие поскорее захватить «полон» и уйти в степь. Приближение большой войны с Крымом чувствовалось во всем. Отстрочить нападение могла лишь постоянная демонстрация силы и воинского умения ратных сил, сосредоточенных на границе «Поля». С этой задачей до поры до времени русские воеводы справлялись успешно, преследуя и уничтожая небольшие татарские отряды, отгоняя более крупные из них. 13 сентября 1515 года азовский отряд под предводительством Аидышки-мурзы и Айги-мурзы напал на мордовские места, в конце осени – начале зимы следующего года эти же татары снова объявились здесь, охотясь за «полоном» и добычей. Вслед за ними готовился выступить в поход к русским границам «бий Исуп» (Юсуф) с 5-тысячным отрядом. В июне 1516 года на рязанские и мещерские места обрушился сын Мухаммед-Гирея, Богатырь-салтан, на действия которого Москва в резкой форме жаловалась его отцу. Все эти нападения осуществлялись небольшими силами и без официальной санкции хана.