Я охранял Брежнева и Горбачева. Откровения генерала КГБ - Михаил Докучаев

После смерти Л. И. Брежнева около полутора лет КПСС и Советское государство возглавлял Юрий Владимирович Андропов. До этого, с мая 1982 года, он ведал в партии вопросами идеологии, сменив на этом посту М. А. Суслова. По-существу, уже с этого времени он направлял из-за кулис всю политику СССР. Большим подспорьем ему в этом являлось длительное руководство органами государственной безопасности.

Опыт комсомольской и партийной работы, дипломатическая деятельность в трудный период венгерских событий, пятнадцатилетнее пребывание в должности председателя КГБ СССР, затем секретаря ЦК КПСС, члена Политбюро — все это давало ему полное право занять место лидера страны и партии.

С первых же дней своего восхождения на пост Генерального секретаря ЦК КПСС Ю. В. Андропов изменил брежневский протокол и стиль работы. Это проявилось в том, что после похорон Брежнева он не стал проводить совещания руководителей социалистических стран, а обошелся встречами с вице-президентом США Дж. Бушем, президентом ФРГ Карстеном и министром иностранных дел ФРГ Геншером, руководителем Афганистана Бабраком Кармалем, премьером. Пакистана Зия Уль-Хаком и министром иностранных дел КНР Хуан Хуа.

На всех советских людей Юрий Владимирович сразу же произвел самое приятное впечатление. Все увидели в нем жизнеспособного государственного и политического деятеля, о каком они мечтами долгие годы.

Для советских чекистов это событие являлось весьма значительным. Впервые за всю историю Советского государства руководитель ведомства государственной безопасности встал у руля управления страной.

Следует сказать, что решение Политбюро и Верховного Совета СССР о назначении Ю. В. Андропова Генеральным секретарем ЦК КПСС и Председателем Президиума Верховного Совета СССР было абсолютно правильным, ибо только он в то время понимал и чувствовал внутреннее состояние страны и проблемы, которые оставили после себя Хрущев и Брежнев.

Все это он хорошо усвоил, будучи еще в КГБ, потому что его оперативные возможности позволяли получать самую достоверную информацию о положении в промышленности, сельском хозяйстве, на транспорте и во всех других областях экономики, не говоря уже о коррупции, взяточничестве и безвластии в советских республиках. Еще больше информирован он был в делах международного плана.

Огромный авторитет Юрий Владимирович приобрел в связи с наведением порядка и укреплением дисциплины в рабочих и трудовых коллективах. Страна сразу же подтянулась, люди перестали использовать свое положение и возможности для личных целей и наживы. Сократилось пьянство в рабочее время, борьба с алкоголизмом велась не призывами, а действенными мерами. Советские люди давно ждали такого поворота дел, и он настал.

В целях поднятия экономики был выдвинут лозунг увеличить на полпроцента производительность труда рабочих и служащих и снизить на полпроцента себестоимость производимой продукции. Это были минимальные нормы, но они дали определенный толчок к улучшению работы каждого советского человека. В области внешней политики проявилась активность в установлении более тесных отношений с ведущими странами мира.

Юрий Владимирович выступил с большой и очень серьезной работой в области философии и диалектики. Чувствовалось, что он глубоко разбирается и в этих вопросах. По существу, он первый сделал шаг к иному подходу в обществоведении и истории, в деле определения фазы современного развития советского социалистического общества. Им было высказано уже тогда сомнение в том, что мы жили в стации развитого и зрелого социализма.

Однако при всем большом объеме работы он постоянно уделял внимание органам государственной безопасности. Шло дальнейшее их укрепление, расширение, активизировалась их деятельность. Главная их задача заключалась в глубоком вскрытии планов спецслужб империалистических государств по подрывной работе против СССР и стран народной демократии, в своевременном вскрытии и предупреждении симптомов возникновения ядерной катастрофы. Значительное место в их деятельности в то время занимали вопросы обеспечения безопасности советских руководителей в связи с поступлением многочисленных сигналов о попытках проведения против них террористических акций внутри страны и особенно за границей.

Юрий Владимирович, будучи в КГБ, много сделал в наведении порядка в самих органах. Была проделана значительная работа по конкретизации задач и разграничению функций между подразделениями, по их закреплению за ними в соответствии с советским законодательством. За этот период структура и техническое оснащение органов госбезопасности были доведены до определенного совершенства, хотя они и стали несколько громоздкими. Главная его заслуга в том, что он сумел поднять их роль и авторитет в Советском государстве. Основным средством борьбы чекистов в 60–70-е годы с диссидентством стала профилактика. Чекистские органы в эти годы буквально спасли многих деятелей советской культуры, искусства и науки, сотни советских граждан, оказавшихся по воле случая в сложной для них жизненной ситуации.

* * *

Одним из таких примеров может служить О. Д. Калугин. Он был назначен во внешнюю контрразведку примерно в конце 1972, в начале 1973 года. Прибыл он из Соединенных Штатов и, естественно, возглавил американское направление. Вскоре его назначили заместителем начальника управления внешней контрразведки, через два-три месяца первым заместителем, а еще примерно через три месяца начальником управления. Ему сразу же присвоили воинское звание генерал-майор, и в 38 лет он оказался самым молодым генералом в КГБ.

Это был невиданный взлет по служебной лестнице. У многих тогда невольно возникла мысль, что у Калугина есть «мохнатая рука» среди высоких советских руководителей. Поговаривали, что он близкий человек Д. Ф. Устинову, в то время кандидату в члены Политбюро, министру оборонной промышленности.

Однако никто не сомневался, что Калугин соответствовал своему назначению. Он обладал опытом оперативной работы в стране главного противника, имел светлую голову и определенные ораторские способности. Это был эрудит и руководитель, который способен был мыслить перспективно.

Все это позволило Калугину не только утвердиться в своем положении, но и выступить с некоторыми прожектами в работе. Он завел связи в кругах МИД СССР, среди журналистов и начал упорно продвигаться в окружение Андропова. Это не осталось незамеченным и примерно с 1975 года он уже находился «под колпаком» своей же службы внешней контрразведки. Мне лично не пришлось заниматься этим делом, я только догадывался об этом, а вскоре забыл о нем в связи с переходом на новую работу.