Командир Т-34. На танке до Победы - Николай Борисов

Ведь только закончилась война, уже на второй год нас, фронтовиков, осталось всего пять человек. Кого на повышение, кого уволили. И пошли ребята: начальником штаба полка стал сын прославленного маршала. Командиром батальона прибыл из академии сын бывшего начальника Главпура. А чижиков этих, лейтенантов, кто из Генштаба, кто еще где-то командующий, прямо заполонили. Правда, и они ребята разные. Кто-то толковые, а кто и чистейшие.

Вот, например, к нам прибыл служить сын погибшего в войну командующего танковой армией. В войну училище окончил, потом в академии учился, а после нее прибыл к нам и сразу на роту. Он академию окончил, но мы же его зашьем в любом вопросе. Потому что он только теорию знает, а остального ничего не знает. А тут же ни дня, ни ночи покоя нет – идут беспрерывные занятия. На полтора года его хватило, а дальше куда-то ушел. Потом я слышал, что он два раза увольнялся, два раза возвращался, но дальше роты так и не продвинулся.

Я много думал, с какого же момента началось разложение армии, и вообще, в результате чего наша страна покатилась, и рухнул Советский Союз. Можно, конечно, рассуждать по-разному, но я не любитель делать глобальные выводы. Полагаю, каждый на своем месте должен показывать результат.

Но ведь что такое армия? Это слепок с общества, поэтому как страна шла, так и армия. И упадок в армии пошел, когда он обозначился и в обществе.

С какого-то момента и у нас в армии тоже стали возникать противоречия и стали видны недостатки. То сокращение шарахнуло, то немножко стабилизация идет, то какие-то переформирования придумают… То 45 лет исполнилось – вылетай из армии! А это же самое-самое обучающее звено – вплоть до командира батальона. Люди с военным опытом, самые работящие лошадки, а их вдруг стали увольнять. Даже такой момент помню.

Служил у нас комполка Дмитрий Куликов, и вдруг как-то вскрылось, что он в войну училище не окончил и непонятно как стал офицером. Чуть ли не сам себе присвоил звание. Но поскольку он на хорошем счету был, то дело кончилось тем, что объявили ему служебное несоответствие и наложили партийное взыскание. Но хоть это дело быстро сняли, особо далеко он уже не продвинулся. Стал начштаба дивизии, а потом и вовсе перевели в военкомат. Вот спрашивается, почему с ним формально поступили? Ведь времени уже столько прошло, тем более такой толковый был. Пять орденов в войну заслужил, тут и не такие вещи прощают. Или еще другой момент.

Всю войну у нас взводным-технарем был один офицер. Должность нужная, но роста там никакого. А как война закончилась, он стал выступать на всех партсобраниях с различными деловыми предложениями. Всегда деловой, в заботах, чего-то доставал для части в Москве. И вскоре его назначили ротным, а через пару лет он уже начальник автомобильной службы полка. А мы все вроде и боевые, но все на тех же должностях. Тут не то что о выдвижении, боялись как бы не вылететь за штат, а то уволят без пенсии, и все… И вот так он выскочил и раньше меня стал майором. А когда я стал майором – он уже был начальником автошколы. Такую бурную деятельность там развернул. Всякие показные занятия, на которые съезжается разное начальство. Вот и получилось, что вместо боевых офицеров всякие подхалимы и угодники пришли. Как в обществе это появилось, так и в армии пошло. Зато многих настоящих боевых офицеров уволили. Новых выдвинули, но со многими мука одна. Не знают, куда их девать, потому что совсем случайные люди, хотя и академии кончали.

И в конечном счете руководство страны застарело, по-русски говоря, нюх потеряло, и бдительность, и ответственность. Когда начались эти бесконечные награждения друг друга, вот оно к чему и привело в итоге.

Вот пустяковый вроде вопрос. Старшие лейтенанты молодые ребята, а он уже пьянчуга. Спрашивается, ну чего его в армии держать? Так нет же. Сверху следует строгое указание: «Молодых не увольнять!» А он разлагает других. И мы с этими пьяницами прямо замучились. Ну, спрашивается, чего там пьяницу воспитывать? Он же тебе обещаний каких хочешь надает. А дальше и солдат пошел уже не тот. А тем более, когда русских в армии стало меньше. Особенно среди азиатов неграмотных много и по-русски почти не говорят, вот и пошло увядание.

Как-то строевой смотр проводим, генерал мне говорит: «Николай Николаевич, пойдем к самым дальним!» Ясно, что на правом фланге самые бравые ребята стоят, а там и по росту самые маленькие, и самые зачуханные, грязные. Стоит один – сто пятьдесят с шапкой… Смотрит внимательно, научили же его. «Ну, – спрашиваем, – товарищ, как служба идет?» – «Атлично, тавариш генерал, как сказал старшина!» Вот и все тебе, пожалуйста. Дальше можно вопросы не задавать. Так что, по моим ощущениям, спад пошел с конца 70-х, а еще в 60-х наша армия была настоящий кулак. Только покажи, и этого достаточно. Так и должно быть!

Во время венгерских событий я находился на уборке урожая на целине. Но вот совсем недавно встречался с другом в Москве, который поучаствовал там. Он с 27-го года, и в Отечественной не воевал, учился в училище. Зато в Венгрию попал. Получил там и ранение, и медаль «За боевые заслуги». Так он постоянно вспоминает, что бои там шли ой-ой-ой… Недаром их приравняли к участникам войны.

А в 1968-м я служил на севере Германии, а мой послевоенный командир полка Кожанов Константин Григорьевич тогда уже командовал 1-й гвардейской танковой армией в Дрездене. Так ее еще солидно усилили и ввели в Чехословакию. Уже потом он мне рассказывал, как там было дело. После этих событий он там еще шесть лет являлся представителем Главного командования Объединенных вооруженных сил при министре национальной безопасности Чехословакии, за что в итоге был награжден высшей наградой республики – орденом Белого льва.

А в нашу дивизию пришел приказ – подобрать на должности комендантов городов десять лучших офицеров в звании майора. Вот в подборе этих офицеров я участвовал. Знаю, какой инструктаж проводился. А дальше их отправили, но уже месяца через два они вернулись. Двое из них потом получили награды. В личных беседах я кое-кого расспрашивал, но они отмечали, что никакой опасности для них там не было.

Давать оценку тем событиям я не буду, все по своим местам рассудит время. Конечно, можно давать оценки с позиции сегодняшнего дня, но все-таки в таких международных событиях многие вещи надо более глубоко прорабатывать, с перспективой. Так, военные свою задачу вроде выполнили, хорошее дело вроде сделали, а если смотреть в политическом аспекте, то тут масса всякой всячины всплывает, и через какое-то время аукнулось… Поэтому надо осмысливать любой вопрос, маленький или большой он, государственного или районного масштаба, но в конце концов, все решают люди. Поэтому надо очень серьезно заниматься подготовкой кадров. Система подготовки кадров в Советском Союзе была настоящая, толковая, а сейчас ее запустили. Мол, народ решает на выборах. А что там народ решает?! Решают деньги! А как вмешались деньги, считай, про нужды народа можно забыть.