Царская копейка. Тайный проект императора - Валерий Воронин

Дверь скрипнула и легко поддалась. Кстати, оказалась она массивной и если была бы заперта, взломать её было делом непростым.

Мы попали ещё в одну комнату. И назвал её «жилой». Потому, что в углу стоял топчан, покрытый толстой домотканой рядниной. Очевидно, в своё время на нём кто-то отдыхал. Возможно, после смены.

В углу стоял шкаф. Дверца его оказалась приоткрытой.

Явно здесь похозяйничал уже Швецов. Я посветил.

– Что там? – спросил Сергей Валентинович.

– Какие-то папки… Бумаги… На них много пыли, понять нелегко.

Мне подумалось, что это техническая документация, связанная с разработкой месторождений бурого угля в Крымских горах. Вряд ли она представляет сейчас какой-то практический интерес.

– О! Ещё одна дверь!

Я оглянулся назад и проследил за направлением луча от фонаря моего спутника. Там действительно высветилась ещё одна дверь. Сразу мы её не заметили, ибо тень от стоявшего рядом шкафа её прикрывала.

– Войдём? – предложил я.

Сергей Валентинович бросил взгляд на часы. Явно, мы находились под землёй уже долго. Пора возвращаться назад. Пока же ничего интересного нам обнаружить не удалось.

– Только быстро, – ответил он.

Я потянул к себе дверь и только сейчас увидел, что она сильно покорёжена. Очевидно, здесь был замок, и Швецову пришлось приложить усилие, чтобы её вскрыть.

За дверью оказалась небольшая каморка со столом. В центре его находилась керосиновая лампа с чёрным стеклом, а рядом две кружки. Да, возле стены стоял узкий шкаф, но в нём ничего не было. Вот, собственно, и всё… Зачем же её запирали?

Я стал внимательно освещать стены и вдруг заметил лаз в потолке. Он был прикрыт люком и почти не бросался в глаза. Но как к нему дотянуться?

Мы перенесли стол и я, боясь, что он рухнет подо мною, аккуратно на него влез. Поднажал на люк и он открылся. Я посветил…

– Кажется, здесь комната…

– Верхний этаж?

– Типа того.

Я протиснулся во внутрь и оказался внутри верхнего помещения.

– Что там? – снизу послышался голос Сергея Валентиновича.

– Ничего…

Но спустя мгновение, освоившись в этой подземной камере, я громко крикнул:

– По-моему, это алтарь или подземная церковь…

Сергей Валентинович тоже влез на стол и стал протискиваться в люк. Он был шире меня в плечах, и люк оказался явно тесноват для него. Как сюда вообще попадали люди? Или доступ в храм был открыт только худым?

Мы внимательно обследовали помещение, обнаружив здесь лампадку, старый замусоленный Псалтырь и несколько икон. Рядом с ними лежали свечи. Я подозреваю, что Алексей взял икону Николая Чудотворца именно здесь. Припомнил – у иконы был обожженные бока, как будто бы она пострадала от пожара. Я посветил по сторонам. Но никаких следов огня не обнаружил. Зато в углу увиделась ещё одна дверь. Её поверхность была гладкая, чёрная, как будто вскрытая лаком. Теперь уже я радостно воскликнул:

– О! Ещё одна дверь.

Не сговариваясь, мы открыли её, желая пройти дальше. Ибо в подземной церкви больше делать было нечего. Перед нами открылись узкие ступени, винтом уходившие куда-то вниз. Я стал осторожно спускаться и упёрся… в следующую дверь. Она оказалась закрытой, очевидно, там была ещё одна комната. Никакого инструмента у нас с собой не было, так что вскрыть дверь мы не могли.

– Возвращаемся? – предложил я.

Но у Сергея Валентинович было иное мнение. Он с силой навалился на дверь, как будто пытался её проломить. Я даже рассмеялся: «Ничего не получится!».

Дверь, действительно, не поддалась. Но между ней и косяком образовалась крошечная щель. И мой спутник её заметил.

– Дверь не заперта! Просто с той стороны её что-то держит. Мы с силой навалились, и дверь «заходила». Навалились ещё раз, и раздался грохот. Что-то где-то упало. И дверь сама собой распахнулась. Мы оказались в ещё одной подземной комнате.

Почему-то мне подумалось, что именно здесь должно храниться то, что так волновало Швецова. Интересно, побывал ли он в этом месте или не успел?

Я осветил комнату. На полу лежал узкий шкаф, который прикрывал дверь. Это он сейчас упал с таким грохотом. В углу стоял стол, а над ним… чернел люк.

Сергей Валентинович рассмеялся первым. А следом не выдержал и я. Мы оказались в той самой комнате, из которой лезли в подземную церковь. Теперь было понятно, что никто через люк в неё не пробирался. Люди преспокойно поднимались по прочной винтовой лестнице.

Мы уже собирались уходить, когда Сергей Валентинович вдруг сказал:

– Странно… Зачем требовалось маскировать эту лестницу? Какой в этом смысл… Там ведь, наверху, ничего особенного мы не нашли… Несколько икон – и всё.

Я утвердительно кивнул головой. Конечно, мы не специалисты по иконописи, и не можем оценить по достоинству находящиеся там иконы. Может быть, они и ценные… Тогда зачем их оставили здесь? Не успели вынести или была (и есть?) у этих икон какая-то задача. И она сейчас (или когда-либо?) выполняется.

В моих рассуждениях почти не было здравого смысла. Просто ничего больше в голову не пришло. Одно я понял точно: эту подземную церковь надо исследовать более тщательно. Но явно, уже не сегодня. Надо возвращаться на «базу», где нас уже с нетерпением ожидали Оксана и Кирилл. И возвращаться – с пустыми руками. Ничего интересного нам обнаружить не удалось. Конечно, мы расскажем о похождениях под землёй. Распишем всё в красках – это факт. Но зачем мы ходили сюда, продвинулись ли хотя бы на метр в понимании того, что именно влекло сюда Швецова?