Князь Святослав. "Иду на вы!" - Виктор Поротников

Боярин Гробой рассчитывал на поддержку Свенельда, своего давнего соратника, с которым он ходил в походы еще при князе Игоре.

Ладьи Свенельда, нагруженные богатой добычей, подошли к Киеву в конце сентября. Святослав пребывал в Киеве уже больше двадцати дней.

Свенельд и не подумал заступаться за Владислава. Старый варяг у днепровских порогов встречался с ханом Хецу. Тот поведал Свенельду, что Куря сговаривает печенежских ханов разбить орду хана Туганя и идти на Киев. Воевать с Туганем согласны многие печенежские вожди, но враждовать со Святославом ханы опасаются. С Курей заодно лишь Илдей и Шиба. Куря с Илдеем могут выставить около двадцати тысяч всадников, а у Шибы воинов немного, всего около четырех тысяч.

– Если бы не пьяная выходка Владислава, печенежские заложники остались бы живы и хан Илдей не объединился бы с Курей, – недовольно выговаривал Гробою Свенельд. – Печенеги не опасны для Руси, покуда они разобщены. Но любой, даже временный союз печенежских ханов – это страшная сила!

Все, кто раньше дорожил дружбой с Гробоем, теперь сторонились его, как чумного. Не привыкший к такому обращению, Гробой злился, но поделать ничего не мог. Сына он и не пытался искать, ибо прекрасно сознавал, что добровольно Владислав встречаться со Святославом не станет, а принудить его силой у Гробоя не было возможности. У Владислава было втрое больше гридней, чем у Гробоя.

Тайная союзница Владислава Сфандра почему-то была уверена, что ее возлюбленный подался в степи, к печенегам. Она была совершенно ошеломлена тем развитием событий, какого они с Владиславом всячески хотели избежать. Сфандра не присутствовала на том злосчастном пиру, на котором Владислав запятнал себя кровью убитых им заложников. Теперь Владиславу следовало думать не о киевском троне, а о спасении собственной головы.

Свенельд, занявшийся улаживанием раздоров между древлянами и дреговичами, неожиданно наткнулся на след Владислава. Оказывается, Владислав побывал и у древлян и у дреговичей, пытался поднять здешнюю знать против Святослава, но ничего не добился и ушел к волынянам на Западный Буг. Волыняне не платили дань Киеву, это было сильное славянское племя, окруженное воинственными соседями. С севера волынян теснили ятвяги, с запада – поляки. На востоке могучей горой стояла Киевская Русь.

Святослав хотел было отправить к волынянам посла с требованием выдать Владислава, но в это время случилось событие, помешавшее Святославу осуществить это намерение.

Когда землю укрыл первый снег, в Киев с небольшой свитой приехала Верхуслава, дочь князя вятичей. Святослав не забыл Верхуславу и очень обрадовался ее приезду. Святославу было непонятно, почему Земомысл, отец Верхуславы, вдруг нарушил заключенный договор и разграбил караван Перегуда, проходивший окским речным путем с Волги на Днепр.

– Отца моего нет в живых, – поведала Верхуслава Святославу, – его убили мои двоюродные дядья. Старший из них Росволод стал князем вятичей. Это Росволод пограбил ладьи Перегуда близ Мурома. Он же призывает вятичей не подчиняться Киеву. Росволод засел в Рязани, возводит там сильную крепость. Не весь народ вятичей готов признать Росволода князем, поэтому Росволод ушел из Мурома в Рязань, где у него сторонников больше. Братья мои не сложили оружия, помощь им нужна.

Верхуслава стала просить Святослава исполчить войско на Росволода, дабы вернуть княжескую власть в земле вятичей роду Земомысла. Верхуслава заверяла Святослава, что ее родственники согласны платить дань Киеву и соблюдать договор, заключенный Земомыслом с киевским князем.

Святослав пообещал Верхуславе помочь ее братьям свергнуть Росволода.

– По весне поведу полки на Оку, – сказал князь.