Готы. Первая полная энциклопедия - Александр Нефедкин

Отметим, что уже применительно к событиям III в. биограф императоров Трибеллий Поллион употребляет технический термин carrago – вагенбург из построенных в виде круга повозок. Аммиан Марцеллин поясняет, что это готское слово (Amm., XXXI, 7,7: ad carraginem – quam ita ipsi appellant… regressae)^[343]. Последнее считается предположительно кельтско-германской конструкцией, образованной из двух слов: галльского carrus – «повозка» и германского hago – «изгородь»^[344]. Возможно, что автор, который писал биографии Галлиена и Клавдия на рубеже IV—V вв., использовал термин своего времени^[345]. Таким образом, уже в этот период готы использовали вагенбург. Последний готы использовали при отступлении, по-видимому, в основном для защиты от конницы римлян, которая сильно их беспокоила своими налетами. Причем, согласно описаниям Требеллия Поллиона и Зосима, получается, что готы используют мобильный лагерь, то есть походные колонны защищаются повозками. В период позднего Средневековья на марше колонны с обеих сторон прикрывались цепью повозок^[346]. Однако для такого взаимодействия внутри походной колонны нужна достаточно дисциплинированная армия, которая может сохранять определенный порядок. Для готской орды сохранять такой порядок передвижения было бы сложно. Тем более что в биографии Галлиена упоминается о попытке прохода через горы. Вероятно, речь идет о вагенбурге, который используется просто как укрепленный мобильный лагерь.

На такой вывод нас наводит и использование carrago в последней трети IV в. Аммиан Марцеллин ясно говорит о том, что вагенбург составлялся из повозок, составленных в форме круга^[347]. В походе у него была основная функция – мобильный лагерь (Amm., XXXI,8,1; ср.: 7, 6). Это опорный пункт, откуда шли на штурм укреплений (Amm., XXXI,15,5), куда свозится добыча (Amm., XXXI,7, 5), куда стягиваются все отряды, разбросанные по местности, при угрозе со стороны сильного противника (Claud., V (In Ruf., II), 124—126; Theodoret., V,5,2), и, наоборот, откуда расходятся шайки грабить местность (Amm., XXXI,7,7). Естественно, вернувшись в лагерь, воины отдыхали, приводили себя в порядок и лечили раны, используя средства народной медицины^[348].

В лагере готы располагались в палатках (Amm., XXXI,7,15; 15,15: tentoria; Zosim., V, 29,1; Sozom., VI,37; IX,7: σκηναί). В пятом регистре южной стороны колонны Аркадия видим треугольные в разрезе палатки, внутри которых размещаются по три человека^[349]. Такие небольшие походные палатки были не римскими, а варварскими, в данном случае готскими. В палатках же жили внутри вагенбурга (Amm., XXXI,7,15; ср.: 8). Следовательно, сами повозки не являлись домами на колесах или юртами. Это был лишь транспорт для перевозки семьи и имущества в походе, тогда как на привале в них не находились, переходя в палатки. Длинные копья в лагере ставились перед палаткой, а не рядом с воином внутри ее. Евагрий замечает о шатре Теодориха Страбона: «Приготовленное к бою копье было для него привешено за петлю перед палаткой по варварскому образцу» (Evag. Hist. eccl., III,25; ср.: Joan. Ant. frg., 211, 5). В лагере были семьи, которые сопровождали мужей в экспедиции (Zosim., IV, 25, 3). По-видимому, никакого особого порядка при разбивке лагеря не соблюдали, лишь родичи стремились расположиться рядом друг с другом (Mauric. Strat., XI, 3,14). У короля также была своя палатка или, скорее, шатер (Sozom., IX, 7; Euarg. Hist. eccl., III, 25; Theophan., p. 126, l. 18). Перед ним была свободная площадка, на которой предводитель мог упражняться в езде на коне (Euarg. Hist. eccl., III, 25; Theophan., p. 126, ll. 17—19).

Часть рельефов южной стороны колонны Аркадия (третий-пятый витки). Снизу в двух спиралях армия идет маршем, сверху – готы в палатках.

Воспроизведено по: Freshfield 1922: Pl. XVI.

Естественно, при превосходстве вражеских сил обороняются из вагенбурга, классический пример чему находим в битве при Адрианополе (Amm., XXXI,12, 8—13, 7). Лагерь обычно располагался на безопасном месте на возвышенностях^[350]. Иногда и этих естественных укреплений оказывалось недостаточно. Так, когда находящемуся в Фессалии Алариху угрожает римская армия Стилихона (395 г.), Гот, «…устрашенный его прибытием, собирается на одну / равнину и окружает пастбище защитным кругом; / тогда с двойным рвом он вздымает непреодолимый вал чередующимися кольями, и в виде стены расположенные / повозки он вытягивает выкроенными бычками» (Claud., V (In Ruf., II), 125—129). Следовательно, вагенбург был укреплен двойным рвом, посередине которого еще находился и частокол. Подобные укрепления могли быть сделаны только при очень большой опасности. Причем все визиготское войско сконцентрировалось в этом вагенбурге. Аналогичную концентрацию визиготов в одном укрепленном лагере мы наблюдаем и позднее, вероятно в 439 г., под Тулузой^[351]. Лагерь, расположенный на холме, состоял из нескольких частей и укреплен высокой стеной и, по-видимому, башнями. Римлянам, по сообщению Флавия Меробавда, пришлось даже возвести осадные башни, чтобы ворваться в лагерь, который готы обороняли копьями, мечами и стрелами, защищаясь при этом щитами. Как метафорично отмечает сам автор, возводить подобные укрепления варвары научились у римлян (Merob. Paneg., II,150—183)^[352]. У других германских народов укрепления вагенбурга также усовершенствуются. Так, франки в 554 г. имели менее уязвимый лагерь-вагенбург: они вкапывали колеса в землю наполовину и укрепляли слабые места палисадом, оставляя один выход (Agath., I, 4). Это позволяло не бояться того, что враг может подлезть под телегой и защитить слабо укрепленные места между повозками^[353].