Леонид Слуцкий. Тренер из соседнего двора - Игорь Рабинер

Это все тоже поможет. Но всем в мире известен железный маркетинговый принцип: аудитория привлекается в первую очередь за счет звезд. В том же Вашингтоне до приезда туда Александра Овечкина в плане популярности хоккея было сонное царство. И, хоть Кубок Стэнли пока «Кэпиталз» не дался, «овимания» привела к тому, что вся столица США давно уже подсажена на «иглу» клюшки и шайбы.

В нашем сегодняшнем футболе первостатейных звезд, увы, нет. Либо они еще себя таковыми не показали – перед бронзовым Euro-2008 футболистов той сборной во главе с Аршавиным тоже принято было не хвалить, а высмеивать. Ни одна из юмористических программ не обходилась без язвительных шуток в адрес футболистов. В чем-то прав будет Слуцкий, уже в 2015 году в роли главного тренера сборной заявивший, что «футбол в России – социальный изгой».

Но, так или иначе, как настоящих звезд сейчас наших игроков в стране не воспринимают. Значит, надо добиваться признания публики через яркие, нестандартные личности, от которых исходит позитив. Слуцкий – первая из них. И его готовность в свободное время постоянно делать что-то такое, что связывает спорт и культуру, должна вызывать у РФС и организаторов ЧМ-2018 только радость. Потому что человек, говорящий о футболе совершенно нефутбольным языком и не только для футбольных людей, – это находка.

О той касте футбольных людей, кто на первых этапах карьеры Слуцкого говорил о нем всякие гадости и пытался дискредитировать, резко высказался Герман Ткаченко:

«Что такое – «футбольные люди»? Это не желающие обучаться, пьющие, вороватые. Они ненавидели его интеллект, интеллигентность, ненавидели то, что он – другой. Называли пиар-тренером. А вот тот же Гаджиев, человек совершенно другого плана, который ценит интеллект, сказал обратное. Вспомнил, что Слуцкий, еще будучи маленьким тренером и возглавляя «Олимпию», команду второй лиги, не постеснялся подойти к нему и спрашивать, учиться.

Будучи умным человеком, Лёня всегда формулировал хорошо и интеллигентно. Люди с незашоренным мышлением обращали на это внимание сразу. Тот же Авраам Грант – вы знаете, что лучше собеседника в футболе нет. Так вот, Грант со Слуцким пообщался и сразу сказал, что Лео – яркий, глубокий, в общем, топ-человек.

Ум делал его белой вороной в российском тренерском сообществе. Сейчас это видят и знают все, а на первых порах не уверен, что в России ему такой имидж помогал. Его интеллигентности все эти персонажи завидовали и принимали за слабость».

То, что Слуцкий не глушит со своими коллегами, штабами, начальниками и прочим окружением водку, – из той же серии. На этом они, кстати, сошлись с Бубновым, который из таких же. В России таким людям, не привыкшим устанавливать контакт и укреплять доверие через бутылку, пробиться сложно.

Кстати, у футбольных людей – очень хорошо это помню по бурным возлияниям 1990-х годов – есть такая характерная приговорка. Когда пьянка заканчивается, человек уже сильно нетрезв и компании больше нет, он… чокается с бутылкой и веско объявляет: «С тренером!»

Большинство тренеров той эпохи такой мизансцене полностью соответствовали. Ох как непросто было Слуцкому пройти через это сито…

«Хоть раз в жизни напивались на радостях, признайтесь честно?» – спрошу я тренера после его первого чемпионства с ЦСКА. Ответ будет таким: «Один раз. В юности. Еще учился в институте, был совсем молодой – и у моего друга дочь родилась, моя крестница. Но у кого таких моментов в жизни не было? А в зрелом возрасте – уже не случалось. В том числе и сейчас».

Что же до его нынешней нефутбольной популярности, то хорошо, что Гинер воспринимает ее правильно.

«Я не ревную, – улыбнулся президент ЦСКА, попыхивая сигарой. – Всегда рад сам оставаться в тени, если есть возможность, чтобы люди, которые со мной работают, были под рампой. Это его жизнь, это его восстанавливает, это его радует. На здоровье! Посещает ли он театр, идет ли на КВН – это его личное дело.

Нельзя жить букой, закрываться и никого не видеть. Меня это радует с той стороны, что Леонид Викторович остался на земле. Не подумал, что он уже бога за бороду поймал и вся страна знает фамилию Слуцкий. Что он, мальчик из Волгограда, никогда не думавший об этом, вырос в такого человека. Нет, он остается на земле, рядом с обычными людьми. Всегда остановится, даст автограф, сфотографируется. Может пойти на телевидение и там веселиться, играть.

Нет, это не популяризация себя. Скорее, наверное, Леониду Викторовичу хочется закрыть дома шторы, выключить телефон и отдохнуть. Но людям же интересно! И он не хочет и не может это игнорировать. Наверное, это и популяризация футбола».

Не наверное, а точно, Евгений Леннорович. Вы как вице-президент Ассоциации европейских клубов прекрасно знаете, что весь европейский футбольный бизнес (как и заокеанский хоккейный) построен на том, чтобы популярность и финансовые показатели клубов не зависели исключительно от их текущего спортивного результата. Это – огромная маркетинговая работа, которая не в последнюю очередь строится на раскрутке личностей.

Личность, будь то в спорте или где-либо еще, – великая сила. Признайтесь: сильно бы вы интересовались женскими прыжками с шестом, если бы не Елена Исинбаева? И не заставляет ли вас следить за рекордами и прочими перипетиями стометровок харизма Усэйна Болта? И разве не начали миллионы людей следить за женским теннисом в 1990-е годы только потому, что в него играла – и при этом даже не выигрывала! – Анна Курникова? Все это, конечно, совсем разные истории, но их объединяет одно: внимание к спорту приковывается через конкретного человека. И сейчас, чтобы сделать в России футбол гораздо популярнее, чем он есть, я вижу такого человека в Слуцком.

Впрочем, будем откровенны: это возможно только в том случае, если сборная не провалится на Euro-2016…

• • • • •

«Мне шахматы помогали в футболе, – рассказывает Владимир Бубнов. – Удивительно, что Лёня с его интеллектом шахматы не то чтобы ненавидит, но не хочет их даже видеть. Почему – не знаю. Однажды я летел из Владикавказа с Илюмжиновым на его самолете, и Павлов с начальником команды Юрием Шишловым нас стравливали, чтобы мы сыграли с президентом ФИДЕ. Но так и не сложилось. А Лёня тогда, кстати, поехал на автобусе из Владикавказа в Элисту с командой. Он всегда был с ребятами».

Слова Бубнова о нелюбви Слуцкого к шахматам меня, признаться, удивили. Тем более что много лет назад он в интервью говорил: один из тех людей, с кем он мечтал бы пообщаться, – Гарри Каспаров. Впрочем, речь шла о яркой личности экс-чемпиона мира, а не о том, как он строит дебюты и эндшпили, – это опять же к разговору о роли личности в восприятии вида спорта. Когда Леонид учился в Волгоградском инфизкульте, Каспаров приезжал туда и выступал перед студентами, заворожив его, как выражается Слуцкий, «вольнодумием взглядов, нестандартным мышлением, искренними ответами на любые вопросы».

Но все, что известно о Слуцком, подталкивает к выводу, что шахматы он как интеллектуал и человек разума, а не эмоций, должен любить. Но вот как-то не сложилось. Тренер объясняет: