Кровавый Дунай. Боевые действия в Юго-Восточной Европе. 1944-1945 - Петер Гостони

Гитлер уже 10 января принял решение заменить далеко зашедшее северное решение южным решением и в соответствии с этим перебросить IV танковый корпус СС на южный фланг армейской группы «Бальк». Направление главного удара – в этом он был убежден – должно было проходить южнее озера Веленце: и чем дальше от нынешнего района наступления группы Брайта, тем лучше. Оттуда наступающие совместно с частями сухопутных сил должны были нанести удар южнее Секешфехервара в обход Будапешта. Напрасно генералы Вёлер и Бальк пытались протестовать против этого плана, поскольку считали главной задачей освобождение гарнизона Будапешта – Гитлер настаивал на своей идее, которая заключалась в том, чтобы отрезать силы неприятеля в районе излучины Дуная и затем уничтожить их. «По всей вероятности, «малый успех» (деблокада Будапешта) был чересчур незначителен для него, и поэтому должен был быть нанесен более масштабный удар (южное решение)», – написал в 1962 году Гилле в письме к автору. После этого обергруппенфюрер был обязан выполнить приказ об остановке наступления и отвести свои танки от почти достигнутой цели.

14 января, после того как на поле боя появились последние резервы 4-й гвардейской армии, 5-й гвардейский кавалерийский корпус с двумя казачьими дивизиями, русские снова овладели поселком Пилишсенткерест, а арьергард 5-й танковой дивизии СС был отведен.

Для поддержания надежды в осажденных и продолжения ими сопротивления Гитлер принял решение наряду с перегруппировкой и переброской IV танкового корпуса СС на юг начать символическую операцию, сутью которой должна была стать если не деблокада, то хотя бы моральная помощь окруженным. После взлома русского заслона у Эстергома бронетанковая группа под командованием подполковника Филиппа должна была продвинуться по третьеразрядной дороге, идущей вдоль берега Дуная, через Эстергом – Вишеград до Будапешта и подойти к окруженному городу с севера. После первоначального успеха мотопехотинцев СС в районе возвышенности Пилиш Гитлер полагал – после молниеносной акции Скорцени по освобождению Муссолини в сентябре 1943 года он просто обожал специальные операции, – что вследствие плотной насыщенности передовых линий 3-го Украинского фронта его тылы почти оголены или заняты лишь небольшими частями.

Операция началась в ночь с 15 на 16 января, когда подполковник Филипп, выбранный для ее осуществления лично Гитлером, вступил в Эстергом с 284-м пехотным полком. На следующий день 284-й пехотный полк преодолел русскую передовую.

Тогда к спланированной операции приступил подполковник Филипп со своей танковой группой, которая состояла из трех штурмовых орудий и одного танка. Но так как штурмовые орудия с мотопехотинцами (большей частью молодыми и неопытными) двигались, не произведя предварительной разведки минных полей, уже в первые часы движения два из них вышли из строя. Когда третье орудие и единственный танк добрались до прибрежной дороги вдоль Дуная и прошли по ней едва 5 километров, они наткнулись на спешно переброшенных сюда казаков из 5-го гвардейского кавалерийского корпуса. Все дальнейшие попытки группы Филиппа достигнуть желанной цели оказались безуспешными. Филипп был вынужден перейти к обороне, а наступившей ночью начать отступление. Для деблокады Будапешта это предприятие, осуществленное совершенно недостаточными силами, не имело никакого значения, будучи остановлено неприятелем в 5 или 10 километрах восточнее Эстергома.

С отходом IV танкового корпуса СС из района Бичке– Эстергом на участке фронта армейской группы «Бальк» постепенно наступило затишье. Красная армия 12 января начала ожидавшееся германским Генеральным штабом сухопутных сил масштабное наступление в Польше в районе Баранува против группы армий «А». (С Сандомирского плацдарма. Кроме того, удар был нанесен с Магнушевского плацдарма, а Висла была также форсирована и в других местах. – Ред.) Причем уже в первые часы русские достигли там больших успехов, однако положение на Дунайском фронте в основном представлялось неизменным. Это обстоятельство позволило командованию группы армий «Юг» прийти к заключению, что ей позволено провести планомерную перегруппировку для разработанного главным командованием сухопутных сил южного решения и своевременно собрать предусмотренные для наступления силы на исходных рубежах севернее озера Балатон. Оттуда они должны были выступить на широком фронте для повторной попытки деблокады Будапешта.

Весь план был построен на внезапности наступления для русских. «Ситуация обстоит так, – говорится в «Журнале боевых действий» группы армий «Юг», – что необходимо как можно скорее пробиться к Дунаю, чтобы затем под прикрытием развернуть направление удара с юга на север и продолжить его. <…> Цель наступления… отрезать расположенные между Дунаем и горным массивом Вертеш силы неприятеля от их тыловых коммуникаций и восстановить сообщение с гарнизоном крепости Будапешт».

Маскировочные мероприятия германской перегруппировки полностью удались. Хотя перемещения германских войск в Придунайской области не остались не замеченными русскими, штаб 4-й гвардейской армии считал, что противник намерен продолжить попытки прорыва на участке фронта армии, и не стал перегруппировывать свои силы на другие направления. Генерал армии Захаров в своей оптимистической оценке ситуации пошел еще дальше и издал приказ о том, что «наблюдение на всем фронте армии должно быть существенно усилено, чтобы исключить не замеченное ночью отступление врага перед нашими войсками».

Эти взгляды русского командования армии поддерживались теми фактами, что отводимые из 2-й танковой армии и армейской группы «Бальк» соединения двигались все в одном направлении, на Комаром, где все они, как это и было предусмотрено, через Прагу должны были быть переброшены на находящийся под угрозой фронт в Польше. Опьяненные первыми сообщениями о победах на фронте у Вислы, даже младшие офицеры гвардейской армии пребывали в плену иллюзий. Илья Маркин, офицер штаба Захарова, выразил их следующим образом: «Положение нашей гвардейской армии в настоящее время коренным образом изменилось. Теперь нечего рассчитывать на новый удар врага. Наоборот, мы должны теперь скорейшим образом провести перегруппировку, чтобы наступательными действиями принудить неприятеля вывести свои войска из Венгрии в Польшу».

И эти ошибочные выводы русского командования вскоре ему отомстили! Уже поздним вечером 16 января одна за другой части IV танкового корпуса СС покинули Комаром. За одну ночь они были переброшены в район Веспрема, расположенный несколько севернее озера Балатон, где 1-я и 3-я танковые дивизии были переданы под командование штаба корпуса СС. На следующий день дивизии вышли на исходные позиции в район Берхида– Варпалота. Группа Брайта была приведена в состояние готовности к наступлению.

Согласно приказу боевой порядок операции «Конрад-3», как официально было названо южное решение, был следующим:

IV танковый корпус СС состоял из:

5-й танковой дивизии СС «Викинг»;

3-й танковой дивизии СС «Мертвая голова»;

1-й танковой дивизии с подчиненными последней 509-м батальоном «Тигров» и

1-й роты 24-го батальона «Пантер»;

1, 3 и 23-го танкоразведывательных батальонов;