Кровавый Дунай. Боевые действия в Юго-Восточной Европе. 1944-1945 - Петер Гостони

1 декабря в сводке военных действий вермахта говорилось о «подготовительных контрмероприятиях» в При-дунайской области, однако группе армий «Юг» не удалось предварительно создать и оборудовать новую линию фронта. Помощь главного командования сухопутных сил выразилась лишь в организационных мероприятиях: оно подчинило группе армий «Юг» 2-ю танковую армию севернее Дравы, снова распространив район командования германской 6-й армии как входящей в армейскую группу «Фреттер-Пико» (германская 6-я и венгерская 3-я армии) на западный берег Дуная. Однако не было ничего удивительного в том, что группа «Фреттер-Пико» не имела возможности эффективно действовать против 4-й гвардейской армии. 23-я танковая дивизия и несколько батальонов 20-й пехотной дивизии не могли остановить русских. Вследствие давления 4-й гвардейской армии, постоянно пополняемой как механизированными соединениями, так и свежими пехотными частями, оборонявшиеся были вынуждены постоянно отходить все дальше и дальше назад.

Несмотря на перегруппировку и передвижения русских сил на Дунайском фронте, в сражениях на других участках фронта русские не смогли прорвать оборону группы армий «Юг». В то время как действия частей 7-й гвардейской армии по обе стороны Хатвана и в западной части горного массива Мечек продолжались, 27-я армия перешла 29 ноября в новое наступление восточнее Миш-кольца, нанося основные удары в направлении к Шайо и Хернаду, рекам бассейна Дуная (Хернад – приток Шайо, Шайо – приток Тисы, Тиса впадает в Дунай). Командующий 27-й армией, генерал-лейтенант С.Г. Трофименко, располагал не только собственными дивизиями, но и румынской 1-й армией, части которой теперь были поделены между двумя русскими армиями.

Маршал Малиновский лишь в малой степени доверял румынской армии. После того как румыны достигли своей национальной цели, вернув себе Трансильванию, их боевой дух значительно упал. Уставших от войны румын ничуть не привлекала кампания в Венгрии, да и их стойкость в обороне, даже против незначительных локальных атак немцев, оставляла желать лучшего. К тому же высокие потери, которые они несли вследствие чуждых им методов ведения войны русскими, не считающимися ни с какими потерями личного состава, подрывали их боевой дух. Русские продолжали энергично рваться вперед. Когда румынские части в начале ноября во время сражения за Сольнок самовольно покинули свои позиции и отошли в тыл, Малиновский позволил сотрудникам НКВД «очистить» румынские батальоны от пораженцев.

Русское наступление на Мишкольц встретилось в этом районе с решительным и подготовленным сопротивлением войск под командованием генерала от инфантерии Отто Вёлера. Командующий 8-й армией уже за несколько дней получил данные о готовящемся ударе на этом направлении от румынского перебежчика. Однако достаточных контрмероприятий в необходимом масштабе подготовлено все же не было. Его запрос о присылке свежих подкреплений был отвергнут генералом Фриснером под предлогом критического положения в Придунайском регионе, и Вёлер еще мог считать себя счастливым хотя бы потому, что у него, после вмешательства главного командования сухопутных сил, хотя бы не отняли 24-ю танковую дивизию. Первоначально Фриснер хотел и ее перебросить в Придунайский регион под Секешфехервар.

Русские атаковали Мишкольц, этот значительный промышленный город, одновременно с востока и с юга. Однако немцам пришлось в непрерывных боях за город, чье «непременное удержание» уже было объявлено Гитлером, отбивать не только натиск русских, они должны были еще и обороняться против жителей Мишкольца. Фриснер свидетельствовал: «С обострением положения под Мишкольцем ко всем прочим проблемам обороны добавилась еще одна, с которой мы до сих пор не сталкивались: в этом промышленном городе проживало около 20 000 строптивых заводских рабочих, и они, когда борьба разгорелась на подступах к городу, который штурмовали солдаты различных наций, сами по большей части из рабочей среды, не могли не прийти к ним на помощь. Рабочие Мишкольца оказали германским войскам отчаянное сопротивление. По ночам они стреляли в немецких солдат. Было совершенно ясно, что они желали передать Советам промышленные предприятия по возможности неповрежденными. Венгры принимали лишь символические меры против рабочих военных заводов, так что их место в конце концов заняли германские саперы. Вооруженные орды гражданского населения поддерживали врага. По городу тысячами разбрасывались коммунистические листовки. Венгерская жандармерия вела себя пассивно. Все это в значительной степени усложняло действия сражающихся войск».

На 1 декабря положение в районе Мишкольца стало критическим. Непрерывно сражавшаяся здесь в течение одиннадцати дней 3-я горнострелковая дивизия была отведена и уступила свои позиции другим частям. 2 декабря последние германские солдаты покинули Мишкольц, а на следующий день русские вступили в город «под звон всех колоколов и звуки военных маршей». Взятие этого города было столь высоко оценено Москвой, что Сталин издал по этому поводу даже особый приказ, в котором подчеркивал значение этой победы для Красной армии. Вечером 3 декабря в честь этой военной победы в Москве даже был дан салют 20 залпами из 224 орудий – честь, которой до сих пор удостаивали лишь взятие столиц и столичных местностей. (Неверно. Первый такой салют был произведен 5 августа 1943 г. в ознаменование освобождения от немецких захватчиков городов Орел и Белгород. И в дальнейшем – в честь крупных побед. – Ред.) Возможно, таким образом власть хотела отвлечь внимание от фиаско (всего лишь задержкой. – Ред.) русских со взятием Будапешта, – но об этом можно только догадываться. (В ноябре – начале декабря 1944 г. войска 2-го Украинского фронта, несмотря на усталость (четвертый месяц вели непрерывные боевые действия), на центральном участке фронта преодолели оборону врага на глубину до 70 км, обойдя Будапешт с северо-востока, а на левом фланге с боями прошли 70–80 км и отбросили противника за Дунай. При этом они уничтожили десятки тысяч вражеских солдат, взяли в плен более 22 700 человек, подбили и уничтожили 450 танков и штурмовых орудий, сбили 12 самолетов. – Ред.)

Также 3 декабря войска 4-го Украинского фронта, которые тем временем пересекли Восточные Карпаты и в своем продвижении старались выдерживать темп наступления 2-го Украинского фронта, вступили в Шаторалья-уйхей, центр комитата Земплен. Тем самым вся Восточная Венгрия, включая Рутению (Карпатскую Русь), оказалась занятой Красной армией, и это обстоятельство тотчас же использовал Сталин, чтобы превратить военный триумф в политическую победу путем законной аннексии этой части страны. (Карпатская Русь была до 1939 г. частью Чехословакии. При разделе Чехословакии после мюнхенского сговора Гитлера (при участии Муссолини) и премьер-министрами Англии и Франции Чемберленом и Даладье Венгрия урвала свой кусок, захватив Карпатскую Русь и юг Словакии. В 1945 г. Карпатская Русь вошла в состав СССР (как Закарпатская область Украинской ССР). – Ред.)