Чингисхан. Имперская идея - А. Мелехин

В 669 (1220) году, когда грузины еще гордились победой, одержанной над мусульманами, у которых они отторгли множество армянских гаваров, нежданно-негаданно появилось огромное множество войск в полном снаряжении и, пройдя быстрым ходом через Дербентские ворота, пришло в Агванк, чтобы оттуда проникнуть в Армению и Грузию. И все, что встречалось им в пути – людей, скот и вплоть до собак даже, – они предавали мечу. Драгоценную одежду и иное имущество, за исключением лошадей, они ни во что не ставили. Быстро продвинувшись до Тифлиса, они повернули обратно, пришли в Агванк, к границам города Шамхор.

И распространилась о них ложная молва, будто они – моги и христиане по вере, (будто) творят чудеса и пришли отомстить мусульманам за притеснение христиан; говорили, будто есть у них церковь походная и крест чудотворный; и, принеся меру ячменя, они бросают ее перед крестом, (затем) оттуда все войско берет (корм) для лошадей своих, и (ячмень) не убавляется; а когда все кончают брать, там остается ровно столько же. Точно так же и с продовольствием для людей. И эта ложная молва заполнила страну. Поэтому население страны не стало укрепляться, а какой-то светский иерей, собрав прихожан своих, с крестами и хоругвями даже вышел навстречу им. И они предали их мечу – всех перебили.

Киракос Гандзакецы, «Краткая история прошедшего со времени святого Григора до последних дней, изложенная Вардапетом Киракосом в прославленной обители Гетик»^[65].

Когда этот безобразный и зверонравный народ (монголы. – А.М.) узнал о том, что Господь повелел ему властвовать на земле, то, собрав войско, он пошел на персов и… победили их… После того по повелению Хана своего… они устремились на Агванию и Грузию.

Инок Магакия, «История народа стрелков (монголов)»^[66].

Они (монголы. – А.М.) отличались языком, лицом, образом жизни; не знали хлеба, питались мясом и молоком животных; телом статны, мужественны и крепки. Глаза у них сами по себе малые, но снаружи растянуты и велики; голову имели большую, волосы черные и густые, лоб широкий и нос столь малый, что щеки были выше его, и только небольшие ноздри были заметны. Но удивительно, что, при столь неблагообразном лице, все мужчины и женщины имели некоторую особенную красоту; при том отличались они бодростью и искусством стрелять из крепких луков, удару которых не могло противостоять никакое вооружение. Особенно они были бодры на лошади, ибо и воспитание получали на лошадях; кроме лука и стрел, другого оружия они не имели.

Были люди сии удивительны: с первого взгляда казались они недалекими, но на самом деле они были исполнены всякой мудрости и благонравия. Говорили они мало, и ни одного лживого слова не было слышно между ними. Не льстили они никакому лицу – ни малому, ни великому, ибо строго следовали порядку, введенному у них Чингисханом… Был он (Чингисхан. – А.М.) сановит, крепок и бодр и собою прекрасен; ростом высок, рыжеват. Был он метким стрелком, предприимчивым, искусным, глубокомысленным (человеком); был мудр в советах и всегда добивался исполнения своих намерений.

Грузинский анонимный автор. «О татарах и Чингисхане»^[67].

Десять тысяч гурджийских (грузинских. – А.М.) мужей вышли навстречу (монголам) и учинили битву. Гурджии потерпели поражение, и большинство (из них) было перебито. Вследствие того что (монголы) увидели в пределах Гурджистана лесные дороги и труднопроходимые чащи, они вернулись назад, намереваясь пойти в Мерагу.

После разгрома «гурджийских мужей» войско Зэва и Субэдэя неожиданно направилось назад в Персию… В источниках и исследовательской литературе не объясняются причины столь неожиданного поворота событий. Ясно одно: это возвращение не было обусловлено жаждой новых жертв и новой крови…

Скорее всего, возвращение в Западную Персию отрядов Зэва и Субэдэя следует рассматривать во взаимосвязи с другими событиями, произошедшими в самом начале 1221 года: смерть султана Мухаммеда; возвращение Джелал ад-дина в Хорасан и его продвижение к Нишапуру и, как следствие этого, приказ Чингисхана о возвращении отрядов Зэва и Субэдэя в Персию для противодействия новому противнику; форсирование Амударьи основными силами Чингисхана и начало военных действий в Южной Азии против армии Джелал ад-дина.

Очевидно, необходимость таких действий со стороны Зэва и Субэдэя диктовалась важностью обеспечения безопасности в районе Западной Персии в период развития успеха основными силами Чингисхана.

X. Шагдар^[68]