Чингисхан. Имперская идея - А. Мелехин

В ХIII веке в сопредельных и завоеванных монголами странах: в Китае, Центральной Азии, на Ближнем Востоке, в Армении, Грузии, на Руси, в Западной Европе – заинтересовались судьбой этого «безвестного и чужого» племени и его предводителя – Чингисхана. В этих странах появляются произведения, в которых с разной степенью достоверности и полноты описывался процесс формирования и появления на исторической арене монгольского этноса, история объединения монголоязычных родов и племен и создания Великого Монгольского Улуса, рассказывалось о военных походах Чингисхана, о его боевой стратегии и тактике, ратном искусстве.

Среди этих произведений следует выделить записки и доклады побывавших в Монголии китайских послов, относящиеся к первой половине ХIII века и являющиеся важными источниками для изучения истории военного строительства и ратного искусства Чингисхана. В этом разделе нашей книги представлены фрагменты двух таких исторических документов: «Записка о монголо-татарах» («Мэн-да бэй-лу») и «Краткие сведения о черных татарах» («Хэй-да ши-люэ»).

Автором «Записки о монголо-татарах» («Мэн-да бэй-лу»), самого древнего китайского источника по истории Монголии эпохи Чингисхана, является Чжао Хун, который в 1220–1221 гг. по приказу командующего пограничными войсками державы Южных Сунов был направлен послом в монгольские войска, находившиеся в китайской провинции Хэбэй. В 1221 году Чжао Хун для «обсуждения текущих дел» направился к главнокомандующему монгольскими войсками в Северном Китае гуй вану Мухали.

Чжао Хун в своих записках попытался отразить многие стороны жизни монголов: историю происхождения и их нынешнее состояние, нравы и обычаи монголов, планирование и организацию военных походов, их оружие и военное снаряжение, иерархию должностных лиц в армии и гражданской администрации в Северном Китае. Собранная китайским послом информация носила отнюдь не страноведческий характер: она представляла интерес в первую очередь для военного командования южных сунов.

Последнее замечание еще в большей степени относится ко второму историческому документу, фрагменты которого включены во второй раздел нашей книги. Авторами этого сочинения были побывавшие в Монголии участники южносунских дипломатических миссий – Пэн Да-я (1233 г.) и Сюй Тин (1235 г.). Свои отчеты о поездках в Монголию они объединили в одно сочинение и назвали его «Краткими сведениями о черных татарах» («Хэй-да ши-люэ»). Авторы этого документа, в общем-то, и не скрывали целей своих миссий. Так, один из них, Сюй Тин, писал: «Нам следует не только изучать могущество монголов, но и задуматься, как самим стать такими же сильными». «Соавтор» Сюй Тина, Пэн Да-я, внесший главный вклад в это сочинение, настолько хорошо изучил ратное искусство монголов, и в первую очередь тактические приемы боевых действий монгольской армии как в полевых сражениях, так и при осаде крепостей, что впоследствии, будучи назначенным военным комендантом Чунцина, крупнейшего города провинции Сычуань, с успехом использовал эти знания во время отражения атак монголов на этот город.

* * *

В Западной Европе устойчивый интерес к монголам и их завоевательской политике возник в начале ХIII века, сразу же после первых достигших Европу сообщений о походах Чингисхана в сопредельные страны; а после походов Бат-хана (Батыя) на Русь и юго-восточные области Центральной Европы, когда страшная опасность порабощения кочевниками нависла над Европой, потребность в информации об этом «безвестном и чужом» народе – его армии и вооружении и, главное, «о замыслах татар» – стала настоятельной.

На Восток, к монголам, было отправлено несколько экспедиций, которые под прикрытием католического миссионерства должны были установить отношения с монгольскими ханами, собрать важную военно-стратегическую информацию.

Сразу отметим, что достичь политических целей не удалось, зато европейцы благодаря католическим миссионерам, а затем и купцам значительно расширили свои исторические, географические, этнографические знания, прежде всего о монголах, а также о тех народах, чьи земли посетили отважные путешественники. Благодаря книгам, которые они написали по возвращении на родину, их имена вошли в мировую историю.

Монгольский лучник. Китайский рисунок, XIII в.

Большие заслуги в информировании европейцев о Монголии и монголах той эпохи имеют Джованни дель Плано Карпини (нач. 1180 – не позднее 1252) и Гильом де Рубрук (не ранее 1215 – ок. 1270), путевые заметки которых стали бесценными свидетельствами эпохи Чингисхана и его ближайших потомков.

Хотя Плано Карпини был направлен к монголам самим папой римским в качестве его полномочного представителя, а Гильом де Рубрук – Людовиком Святым, цели их путешествий были, по сути дела, одинаковыми. Их точно выразил в начале своего сочинения «Истории монгалов» Плано Карпини: «Когда отправлялись мы по поручению апостольского престола к татарам… мы не щадили себя самих… чтобы, узнав их истинные желание и намерение, иметь возможность открыть это христианам, дабы татары своим случайным и внезапным вторжением не застигли их врасплох, как это и случилось однажды по грехам людским…» В этой связи Плано Карпини прежде всего собирал информацию о том, «каковы боевые силы татар и как надо вести с ними войну». Учитывая то, что в отличие от китайских послов-разведчиков Плано Карпини все же был христианским миссионером, следует признать, что собранная им информация давала общее представление об организационной структуре монгольской армии, ее вооружении, некоторых тактических приемах в боевых действиях, в том числе и при осаде крепостей, моральном воздействии на население и, главное, о целях их военной доктрины «всемирного единодержавия».

Интересно, что Плано Карпини, давая свои рекомендации, «как надлежит встретить татар на войне», не мудрствуя лукаво, фактически предложил использовать все лучшее, что он увидел в «боевой силе» самих татар…

А.В. Мелехин

Список использованной литературы

1. Ж. Баясах. «Два китайских источника, связанных с историей Великого Монгольского Улуса» (на монг. яз.). Улан-Батор, 2014.

2. Джованни дель Плано Карпини. История монгалов; Гильом де Рубрук. Путешествие в восточные страны; «Книга Марко Поло». М.: Мысль, 1997.

Шатер монгольского императора. Иллюстрация к книге «История монгалов, которых мы называем татарами» Плано Карпини, XVII в.

Чжао Хун «Записка о монголо-татарах» (Мэн-да бэй-лу)^[25] (фрагменты)

II. Военное управление

Татары родятся и вырастают в седле и на лошади; они сами собой учатся сражаться, потому что вся их жизнь круглый год проводится на охоте. Оттого у них нет пехоты, а все – конница; войска у них может набраться несколько сот тысяч.