Терновый венец атамана Дутова - Вадим Гольцев

Знак Оренбургского казачьего войска.

Я уже говорил, что есть сведения, что Дутов был похоронен в расположении отряда среди солдатских землянок. Атаман, якобы, покоился здесь до передачи СССР казарм его отряда, затем, с разрешения католического духовенства, останки атамана были перенесены на суйдунское католическое кладбище (вероятно, кладбище Доржинки в 4 километрах от Суйдуна), где на его могиле сложили пирамиду из крупного булыжника. Если бы это было так, то вскрыть могилу атамана было бы практически невозможно, а раз это свершилось, значит Дутов изначально был похоронен на Доржинском кладбище и все рассказы реэмигрантов о погребении атамана в крепости и переносе затем его останков на Доржинское кладбище – легенды.

Я уже также говорил, что в августе 2007 года в Суйдуне побывал оренбургский журналист и краевед Константин Артемьев, который задался целью отыскать могилу атамана. В Кульдже он встретился с потомками русских эмигрантов – с директором русской школы Николаем Луневым и его однокашником, русофилом, китайцем Лян Ганом. В свое время те тоже искали могилу Дутова, но не нашли. «Сейчас территория кладбища, на которой по документам (по каким Артемьев не говорит) был похоронен Дутов, находится в небольшом городке Шуйдуне (другое название Суйдуна – В. Г.). Мы поехали туда и стали искать старожилов. Удалось найти несколько китайцев, которые рассказали, что на месте захоронения оренбургских казаков давно построен мукомольный завод». Артемьев разыскал 85-летнего Мухаммеда Лю, который хорошо помнил место расположения самого большого памятника, как говорили, – русскому генералу. Старик показывал рукой в самый центр заводского двора, уверяя, что именно здесь он и похоронен». В свое время я дважды обращался к Артемьеву с просьбой выслать его книгу, но, обещая, он свое обещание не выполнил. Поэтому с его книгой я не знаком и, говоря о ней, приходится ограничиваться статьей журналистки алматинской газеты «Время» О. Акуловой, бравшей у него интервью после возвращения из Суйдуна и отрывками из книги опубликованными в Интернете.

Далее Артемьев повторяет известную версию о том, что ночью могила Дутова была раскрыта, труп обезглавлен и не зарыт, голова исчезла. «Слух об этом ходит давно, – говорится в статье О. Акуловой. – Об этом писалось как в мемуарах современников, так и в работах исследователей. Об этом же факте рассказывал Артемьеву и Мухаммед Лю. Так ли это – никто сейчас уже не знает!». Надеюсь, что, после прочтения моей работы, такой вопрос больше не возникнет.

Несколько слов о дальнейшей судьбе Абубакира Джунусова и Батырхана Чанышева. О А. Джунусове мы многое уже знаем. Нужно отметить, что это был смелый, честный, справедливый, непримиримый к недостаткам человек, не боявшийся сказать правду-матку в глаза власть имущим. С его жалобой Прокурору РСФСР, написанной в убедительно-спокойном тоне, мы уже знакомы. Приведу еще один факт из его биографии. При награждении его и Б. Чанышева именными часами, ВЧК выдала им в пожизненное пользование трехлинейные винтовки и по 35 патронов к ним. Ежегодно Джунусов перерегистрировал винтовку в милиции. В мае 1926 года винтовка у него была изъята Джетысуйским губернским отделом ОПТУ за то, что у него на руках не было выписки из приказа. В марте 1928 года Джунусов подал заявление начальнику ОПТУ Казахской АССР Каширину и просил его распоряжения вернуть винтовку. Заявление Джунусова Каширин направил в Джетысуйский Губотдел ОПТУ. Начальник Губотдела приказал подчиненным винтовку вернуть, но те под разными предлогами не возвращали. Джунусов приходил к ним ежедневно в общей сложности 16 раз. Затем комендант Губотдела Морковкин сказал Джунусову, чтобы тот шел домой, а когда они винтовку найдут, то его известят и винтовку вернут, но так и не вернули. Джунусов направляет жалобу в Президиум ЦИК СССР, в которой также, не раскрывая своей роли в операции против атамана Дутова, с обидой писал: «Считаю своим нравственным долгом доложить Президиуму ЦИК СССР, что я с товарищами брал на себя эту миссию не за страх, не за часы, и не за удостоверение, не за винтовку, не за обмундирование, не за деньги и с изъятием винтовки я не прочь вернуть обратно остальные подарки». Результат рассмотрения этой жалобы мне не известен.

Пакости и козни в отношении Джунусова не прекращались. В 1928 году, на просьбу Джунусова подтвердить, что он по заслугам перед государством приравнен к красным партизанам, комиссия при Алма-Атинском уездном военкомате постановила партизаном Жунусова не считать, и он лишился многих льгот.

Эти и другие факты несправедливости по отношению к заслуженному человеку, конечно, же были происками врагов Советской власти и местью затаившихся белогвардейцев за его участие в операции против Дутова. Наступившие годы массовых репрессий облегчили этим врагам месть. 18 марта 1938 года Джунусов был арестован, и 14 августа 1938 года Спецколлегия Алма-Атинского областного суда приговорила его по ст. 58-2-7-и УК к высшей мере наказания. 21 июля 1939 года дело по обвинению Жунусова было пересмотрено. Высшая мера наказания была заменена тюремным заключением сроком на 10 лет с последующим лишением избирательных прав на 5 лет^[181]. Однако 16 августа 1957 года Президиум Верховного суда Казахской ССР рассмотрел уголовное дело по обвинению Джунусова и приговор областного суда от 21 июля 1939 года был отменен, а дело производством прекращено за отсутствием состава преступления.

По имеющимся у меня данным, Аубакир Джунусов был расстрелян в городе Ош Киргизской ССР. Его реабилитация – дело тамошней Фемиды. Думаю, что он реабилитирован.

В дальнейшем советской властью были приняты меры к сохранению памяти Абубакира Джунусова. 19 декабря 1989 года в поселке Алгабас ему был установлен памятник. 5 декабря 1990 года постановлением Совета Министров Казахской ССР № 494 имя Абубакира Джунусова было присвоено совхозу «Алгабасский» Алма-Атинской области.

Оренбургский войсковой атаман А. И. Дутов. 1919-1920

Что касается Батырхана Чанышева, то поиск о нем сведений, кроме тех, что я сообщил выше, положительных результатов не дал. Мои попытки найти потомков Чанышевых Касымхана и Батырхана успехом также не увенчались. Может быть, они появятся после прочтения этих записок его потомками?

Ну вот, кажется и все, что я хотел сказать. Полагаю, что в вопросе о гибели атамана мне удалось сказать что-то новое, а может быть и окончательное. По крайней мере, до тех пор, пока Федеральная служба безопасности Российской Федерации и Служба национальной безопасности Республики Узбекистан не сделают материалы операции доступными для исследователей. Но и тогда возможны находки лишь каких-либо документов, деталей, но основной картины ликвидации Войскового атамана Оренбургского казачьего войска генерал-лейтенанта А. И. Дутова они уже изменить не смогут.