Воин эпохи Смерша - Анатолий Терещенко

Причем позиция Страны восходящего солнца была зафиксирована письменно в документах такими выражениями:

«Наше отношение к германо-советской войне будет определяться в соответствии с духом Тройственного пакта (союз трех держав – Германии, Японии, Италии. – Авт.). Однако пока мы не будем вмешиваться в этот конфликт.

Мы будем скрытно усиливать нашу военную подготовку против Советского Союза, придерживаясь независимой позиции. В это время мы будем вести дипломатические переговоры с большими предосторожностями.

Если германо-советская война будет развиваться в направлении, благоприятном для ношей империи, мы, прибегнув к вооруженной силе, разрешим северную проблему и обеспечим безопасность северных границ».

Разве подобного откровения мало для наших «истребителей прошлого» и «переписчиков истории», чтобы они не квакали об агрессивности царской и Советской России против «миролюбивой», «пушистой», «непорочной» и «спокойной» Японии?

Пусть тогда вспомнят троих изуверски сожженных в паровозной топке в мае 1920 года патриотов – наших соотечественников Всеволода Сибирцева, Алексея Луцкого и Сергея Лазо.

Пусть вспомнят о вспоротых животах беременных россиянок, обезглавленных японскими мечами народных мстителях – партизанах.

Пусть вспомнят об экспериментах с замораживанием тел наших военнопленных в засекреченном отряде № 731 Квантунской армии и подготовке Японии к бактериологической войне против Советского Союза и т. д. и т. п.

Не мы, а они к нам приходили восточными варварами с обнаженными мечами.

Японцы сегодня открещиваются от своих преступлений, требуя вернуть им восточные территории, обещая вечный мир с Россией. Вот уж действительно, кто много врет, тот много божится и еще больше обещает.

СССР заплатил реками крови своих граждан за эти территории и в международно-правовом порядке узаконил их. Россия своими территориями не торгует, как недавно заявил президент Путин.

Япония, как и Россия, никогда не была колонией, поэтому подчинение другим странам и народам было для нее чуждо. Она называла себя «непотопляемым островом», хотя состояла из многих островов.

Как известно, Русско-японскую войну 1904 – 1905 годов Токио выиграл, однако дипломатическую – проиграл вчистую. Япония слишком мало приобрела от этой войны, но она по-азиатски умела ждать, выжидать и получать в результате то, что желала.

Она тонко улавливала противоречия, возникавшие между державами континентальной Европы. Для нее они не были секретами, и Япония легко могла маневрировать в море хитросплетений мировой политики.

Длительное время будучи адептом внешней политики Берлина, Япония однако по итогам Первой мировой войны 1914–1918 годов стала союзницей победителей – стран Антанты, в тяжелый момент временно предав кайзеровскую Германию.

После войны один из немецких генералов скажет в отношении японцев, что распродажа друзей – не признак банкротства, а признак карьеры. А потом добавит: «Люблю измену, но не изменников».

За предательство друзей Япония получила место в Лиге Наций и даже небольшие подмандатные территории. Страна восходящего солнца обошлась с ними по-хозяйски, превратив Маршалловы, Каролинские и Марианские острова в военно-стратегический плацдарм для агрессивных акций на Тихом океане против американцев и тех же самых европейцев, которые двадцать с лишним лет назад приняли ее в свои объятия.

Так уж заведено – предают только свои!

* * *

В конце войны, прямо перед днем Победы, подполковника Александра Шурепова вызвали кадровики Управления КР Смерш фронта и предложили с группой оперативников отправиться на Дальний Восток. Конечно, это было не предложение, а приказ – военное время продолжалось. Да и вообще, как не раз будет повторять своим подчиненным генерал-майор А.А. Шурепов: военные живут в специфическом поле не просьб, а приказов.

На Дальнем Востоке оставалась не поверженной Квантунская армия Японии, огромным, а потому крайне опасным карнизом нависшая над дальневосточными территориями. У наших границ стояла миллионная, вооруженная до зубов армия противника.

Начальник отдела кадров седовласый полковник не без пафоса заявил:

– Александр Алексеевич, вам с группой других офицеров фронта руководство управления поручает провести почетную миссию на Дальнем Востоке – добить сателлита гитлеровской Германии Японию и ее Квантунскую армию, разведка которой прямо-таки распоясалась.

Для проформы он говорил о патриотическом долге, о доверии, об отборе туда самых опытных оперативников и еще какую-то идеологическую околесицу, но Шурепов понимал одно – приказ есть приказ, а его не обсуждают.

По-военному офицер Смерша взял под козырек и одним из первых эшелонов, направляющихся на Дальний Восток, убыл для прохождения дальнейшей службы. Боевая подруга, жена и мать еще не обнаруженных дочерей Галины и Наташи поехала к новому месту службы вместе с мужем.

Предстояла борьба с японскими спецслужбами, не менее упорная, чем та, что велась с абвером в период службы подполковника на Северо-Западном и 2-м Прибалтийском фронтах.

Мощный товарно-магистральный паровоз серии «ФД» потянул из Прибалтики состав, состоящий из пассажирских вагонов для офицеров, товарных теплушек под личный состав, платформ с боевой техникой: открытыми танками и самоходными артиллерийскими установками, зачехленными полотнищами брезента орудиями залпового огня «катюшами» и разобранными бескрылыми истребителями.

Подобные поезда с личным составом и боевой техникой родина, только что победоносно закончившая тяжелейшую войну с Германией, направляла на Дальний Восток, чтобы поскорее затушить все еще полыхающий последний очаг Второй мировой войны в этом регионе.

* * *

И действительно, на Дальнем Востоке над редкими пограничными заставами и немногочисленными нашими воинскими частями и соединениями, подобно дамоклову мечу, нависала угроза со стороны полностью отмобилизованной и вооруженной по последнему слову боевой техники миллионной (!!!) Квантунской армии. Ее еще называли Квантунской группировкой Японии.

Нужно отметить, что часть войск с дальневосточных рубежей была снята еще в начале войны, чтобы остановить под Москвой наступательную операцию «Тайфун» германской группы армий «Центр».

Но организованный Кремлем и природой наступательный ураган силами Красной армии и тыла, не без пусть скромной помощи проведенной органами госбезопасности чекистской операции «Снег» (автор описал эту операцию НКГБ СССР в книге «Снег», укротивший «Тайфун»), действительно смял, развеял, разбросал и отогнал от Москвы гитлеровский «Тайфун». Он разметал его силы по заснеженным полям сражений и обочинам дорог Подмосковья.

Особо приближенный к фюреру личный архитектор Гитлера, министр вооружений и боеприпасов Третьего рейха Альберт Шпеер изложил в книге «Воспоминания» свои впечатления от того первого крупного поражения.