Клим Ворошилов. Первый Маршал страны Советов. Друг Сталина, враг Хрущева - Петр Балаев

Выступления по отчетному докладу продолжались. После Спиридонова к трибуне вышел Мазуров, первый секретарь Белоруссии. Те же слова в адрес «антипартийной группы», обвинения в адрес Георгия Максимилиановича Маленкова, только фамилия Первого маршала не прозвучала в его выступлении. Побоялся белорусский секретарь за свой авторитет в главном партизанском крае, там еще помнили, кто и какой вклад внес в развитие партизанского движения.

Сменил Мазурова у трибуны первый секретарь ЦК Компартии Узбекистана Ш.Р. Рашидов, потом — первый секретарь ЦК Компартии Казахстана ДА Кунаев. Оба они ни словом не обмолвились о «культе личности». Те, кто к званию мужчины относился хоть сколь-нибудь щепетильно, пачкать себя совсем уж откровенной и подлой ложью не пожелали.

Председательствующий на заседании, Л.И. Брежнев объявил перерыв…

* * *

Когда Климент Ефремович прибыл на Украину, там вовсю гуляли «армии» Григорьева и Махно.

Бывший штабс-капитан Никифор Григорьев был, наверно, самой колоритной фигурой «цветного братства». Алкоголик и авантюрист. Нет, это слишком банально и пошло — такая характеристика. Но как я ни стараюсь охарактеризовать атамана, получается всё банальнее и пошлее. Матерщина же подвержена цензуре.

Этот нехороший человек Никифор Александрович умудрился до того, как в его биографии появился Климент Ефремович Ворошилов, послужить вообще всем властям самостийной Украины, о которых он смог услышать. Гетманщине, петлюровщине, боротьбистам… Пока не привела его кривая к закадычному дружку Троцкого Антонову-Овсеенко, командующему Украинским фронтом. Стал командиром бригады. Григорьевские банды, названные бригадой, пошли штурмовать Одессу. По пути взяли Херсон и Николаев. Из Одессы уходили французы, их интервенция была парализована восстаниями на кораблях и в частях, на их плечах бригада Григорьева заскочила в город и зверски его раздербанила. Антонов-Овсеенко попытался убрать эту гопоту с глаз подальше, атаману дали должность командира дивизии, и эту «дивизию» приказали передислоцировать к румынской границе, для помощи венгерской революции.

Естественно, «дивизия» не захотела бросать богатые одесские трофеи, и ее командир стал искать нового хозяина для своей атаманской задницы. А перспектива была только одна — Деникин. Всех остальных он уже успел «осчастливить» своей службой.

8 мая Григорьев начал мятеж и двинул войска на Киев.

Но атаману зверски не повезло. На Украине уже был Ворошилов. Климент Ефремович к моменту григорьевского мятежа успел почистить ЧК на местах, ликвидировать белогвардейский заговор в Киеве, особо буйные хохлы пугливо притихли. Стиль работы Ворошилова назывался «железная рука».

Клименту Ефремовичу войска с фронта для подавления григорьевщины не потребовались. Его назначили командующим внутренним Харьковским военным округом, он собрал все отряды округа в кулак и 21 мая на подступах к Киеву разогнал атаманское войско. Меньше 2-х недель хватило Клименту Ефремовичу на ликвидацию мятежа.

Разбитый Григорьев бросился искать союзников. Само собой, мимо еще одного «революционера» он пройти не мог, кинулся к Махно. Здесь его ждал фатальный облом — Нестор успел познакомиться с Ворошиловым лично…

Про Махно наши россиянские кинематографисты даже фильм сняли художественный, да еще и многосерийный. И там он таким рыцарем без страха и упрека показан! Борец за народное счастье! И всемирную анархию.

Что там за навоз в головах у них, у этих кинематографистов, я даже предполагать не могу. Наверняка — свинячий с гуляйпольского свинарника.

Сельский парубок в молодости связался с анархистами. Быстро попался на банальной уголовщине, был приговорен к повешению. Потом ему заменили виселицу на бессрочную каторгу. В каторжной тюрьме окончательно сблизился с анархистами. После Февральской революции вышел на волю и начал изображать из себя великого революционера. Районного масштаба. Так у себя на раёне гуляйпольском и бурогозил. В начале 1918 года отправился в большое турне по стране. Через Царицын в Москву…

Оставил мемуары. Если бы наши кинодеятели потрудились их прочесть, то никакого бы желания снимать фильмы о Несторе у них не появилось. Убожество. И мемуары, и сам их автор. Хотя, он даже автор… условный. Редактировал это убожество анархист Волин. Но там ни одна редакция не поможет.

В Царицыне Нестор увидел Ворошилова. И запомнил. В то время в Царицыне был арестован бандит-анархист Петренко, Махно начал планировать, как он писал, его освобождение со свержением Советской власти в городе.

Но: «На такое решительное отговаривание петренковцев от их планов занять город и посчитаться с его правителями — помимо того, что в этих планах петренковцев я видел необузданную жажду мести, бессильную оправдать себя, — меня толкало еще и то обстоятельство, что я в этот же день наткнулся на Ворошилова, в то время создававшего 10-ю армию. Он выступал перед массой портовых рабочих, освещая им положение Царицынского фронта революции против контрреволюции. По речи, чисто деловой, но сильной речи Ворошилова, я понял, что на фронте революции неудачи, что его нужно поддержать свежими силами. Я тут же выступил после речи Ворошилова и осветил этим труженикам то, что творят немецкие юнкера и отряды украинской Центральной рады над революционными украинскими тружениками. Я тоже призывал их оказать помощь вооруженному фронту революции против казаков, которые своей ближайшей задачей ставили занятие Царицына, как центра группирования революционных сил.