Все укрепрайоны и оборонительные линии Второй Мировой - Валентин Рунов

Ход боевых действий в полосе 8-й армии Северо-Западного фронта 22–25 июня 1941 года

Однако в ночь на 22 июня командующий армией лично получил приказание от начальника штаба округа генерал-лейтенанта П.С. Кленова, который в весьма категоричной форме потребовал к рассвету этого дня отвести войска от границы. Правда, на его выполнение времени уже не оставалось.

В полосе 8-й армии Северо-Западного фронта в 6 часов 22 июня 1941 года, после нанесения воздушных ударов и проведения артиллерийской подготовки, немцы перешли в наступление соединениями наземных войск. При этом главный удар наносился танковыми и моторизованными дивизиями в направлении на Шяуляй в полосе, которую обороняли войска 11-го стрелкового корпуса.

Командир 11-го стрелкового корпуса позже вспоминал, что о начале действий германских войск им немедленно было доложено командующему 8-й армией, который находился на своем командном пункте в лесу западнее Шяуляй. В ответ на это обращение он получил приказ «огня не открывать и на провокацию не поддаваться». Тем не менее передовые части армии без приказа открыли ответный огонь.

Но силы были неравные. Части противника, сосредотачивая основные усилия вдоль шоссейных дорог, уже к 6 часам утра овладел населенным пунктом Кретинга и несколько продвинулся на левом фланге 90-й стрелковой дивизии в направлении Клайпеда, Шяуляй.

Также тяжелое положение складывалось и в полосе 11-го стрелкового корпуса, где действовала основная группировка противника. На слабую, растянутую на широком фронте оборону 125-й стрелковой дивизии обрушился удар двух танковых и одной пехотной дивизий противника. Под их ударами части дивизии начали отходить в северо-восточном направлении. К 8 часам 30 минутам пехота и танки противника вышли к южному берегу реки Юра и с ходу захватили несколько мостов, которые отходящие части 8-й армии не успели взорвать. В 9 часов утра фашистские танки овладели населенным пунктом Таураге.

Продолжая наступление, к 12 часам противник на правом фланге 10-го стрелкового корпуса потеснил советские войска и вышел к реке Миня, преодолел ее и к 16 часам овладел населенным пунктом Картена. В 19 часов под давлением противника части 11-го стрелкового корпуса оставили еще несколько населенных пунктов, отходя к местечку Ретавас.

К исходу 22 июня соединения 8-й армии, потерпев поражение в первых оборонительных боях и оставив укрепленные районы, вынуждены были отойти на восточный берег рек Саланта и Миния. В 23 часа 30 минут противник частями двух танковых дивизий прорвал фронт обороны 125-й стрелковой дивизии 11-го стрелкового корпуса, расчленил ее боевой порядок и развил наступление вдоль шяуляйского шоссе в направлении на местечко Кельмы^[48].

Ход боевых действий в полосе 11-й армии Северо-Западного фронта 22–25 июня 1941 года

Таким образом, в течение 22 июня противник прорвал оборону на всем фронте 8-й армии и за день боев продвинулся на глубину от 20 до 35 километров, достигнув наибольшего успеха в направлении Шауляя. Укрепленные районы, имевшиеся в полосе этой армии, никакой существенной роли в ее обороне не сыграли.

В полосе обороны 11-й армии Северо-Западного фронта (командующий — генерал-лейтенант В.И. Морозов, член Военного совета — А.С. Зуев, начальник штаба — генерал-майор И.Т. Шлемин) также находились два укрепленных района: Каунасский и Алитусский. Командующий армией вспоминал, что распоряжение о приведении войск армии в боевую готовность от штаба округа им было получено около часа ночи 22 июня 1941 года. При этом в своем отчете он писал, что «начальник штаба фронта, разыскивая командующего, дал мне понять, что надо действовать, выводить войска к границе, что, мол, заготовлено расположение и вы его получите». На основании этого командующий армией условным сигналом между одним и двумя часами ночи отдал распоряжения войскам, а «последние по тревоге выступили по принятым ранее решениям для выполнения боевой задачи».

Далее он пишет, что «о переходе государственной границы немецко-фашистскими войсками я, как командующий, получил известие по условному коду буквально со всех пограничных застав, от всех командиров полков и даже батальонов». Однако он признает, что только со 128-й стрелковой дивизией была потеряна связь около 11 часов утра 22 июня, так как штаб этой дивизии оказался разгромленным. Потери связи с командирами корпуса и дивизий в первые дни войны не было^[49].

Однако начальник штаба этой армии генерал-майор Т.Т. Шлемин утверждал, что «документа, где были бы изложены задачи 11-й армии, я не видел… и ни о каком распоряжении о выводе войск на границу я не помню. По всей видимости, такого распоряжения не было, так как 28-я и 33-я стрелковые дивизии дислоцировались в непосредственной близости от границы, а 5-я стрелковая дивизия находилась в лагере в 30–50 км от границы»^[50].

Особый интерес представляют воспоминания бывшего командира 523-го стрелкового полка 188-й стрелковой дивизии 16-го стрелкового корпуса 11-й армии И.И. Бурлакина. По его утверждению, в ночь на 22 июня им было получено приказание от командира дивизии о том, что одну из рот батальона следует немедленно разместить в ДОТах, расположенных на границе. Распоряжение командующего округом о приведении армии в боевую готовность было получено в час ночи 22 июня. Приказ войскам армии о поднятии их по боевой тревоге и выходе в намеченные районы прикрытия был отдан между часом и двумя часами ночи.

До 523-го стрелкового полка указанной дивизии этот приказ дошел в 3 часа 30 минут 22 июня 1941 года. По утверждению командира полка, именно тогда «начальник связи 188-й стрелковой дивизии мне позвонил с НП командира дивизии и передал приказание, чтобы я дал указание об усилении наблюдения, так как на границе неспокойно. Но не успел я дать распоряжение командиру роты, находившемуся непосредственно у границы в ДЗОТах, как немец в 3 часа 45 минут утра начал артподготовку. При выходе батальона в район он не один раз подвергался обстрелу с самолетов противника, в результате чего лошади из-под орудий были выведены из строя. Вышли из строя и все из приданных четырех 76-мм орудий. В батальоне осталось одна 45-мм пушка. Связь с командиром дивизии после начала военных действий была всего 10–15 минут, но затем прервалась, и я больше до 27-го числа с ним связи не имел».

После этого батальон во главе с командиром полка начал отступление от линии государственной границы на восток и только 27 июня совершенно случайно вышел в расположение 188-й стрелковой дивизии^[51].