Куда исчез Гитлер, или Военные тайны ХХ века - Михаил Лещинский

Мы давно знакомы с Гуламом Рахманом, но в Москве встретились впервые. И вот о чем был наш разговор.

– В который уже раз иностранцы приходят на нашу землю и уничтожают невинных людей. Известно, что в афганских семьях много детей. Века борьбы за свою землю приучили нас к тому, что если из пяти мальчиков одного рода четверо погибнут, а один останется в живых и увидит свою Родину свободной, то этот ребенок будет хранить оружие своих братьев и отца и передаст его своим детям, чтобы и они были готовы к борьбе.

Аллах миловал до поры до времени мой родной город, – продолжал Гулам Рахман. – В новейшей истории Кундуз был разрушен полностью лишь дважды, что для судьбы афганского города совсем немного. Первый раз – сразу после ухода оттуда советских войск, а второй – сейчас, когда он оставался одним из последних оплотов талибов.

– Талибы, под гнетом которых несколько лет жила моя семья, это фактически иностранцы, – говорит бывший губернатор Кундуза. – Они пришли из Пакистана, где были обучены и вооружены. Деньги на это шли из двух источников: поступления из арабских стран для организации захвата Афганистана, а большая часть от продажи героина, выработанного в Пакистане. Талибану все равно против кого бороться: режима Наджибуллы, северного альянса, американцев или русских – главное отрабатывать деньги.

Современная афгано-пакистанская граница проходит по так называемой «линии Дюранда», произвольно проведенной англичанами более ста лет назад. Тогда они еще владели всей Индией. Именно оттуда Британия трижды вводила свои войска в Афганистан, пытаясь силой колонизировать и эту страну, полностью оседлав тем самым древние торговые пути между Востоком и Западом.

В центре почти в пыль теперь разрушенной древней столицы пуштунских племен Кандагаре чудом сохранился памятник: высокая стела, окруженная старинными пушками. Он посвящен победам над англичанами. Их было три, и каждый раз с огромными потерями англичане уходили обратно в Вест-Индию. Во втором походе вообще уцелел лишь один человек – доктор Брайдон. Один из нескольких десятков тысяч солдат экспедиционного корпуса, что был разбит под стенами Кандагара. Их кости давно уже укрыты многометровым песчаным саваном пустыни Регистан, что подступает сюда с юга.

До сих пор пуштуны обороняют свои семьи трофейным английским оружием XIX века. Эти музейные, по нашим меркам, экспонаты хранятся во многих афганских домах. И когда наступает час беды – старые ружья снимают со стен.

Совсем недавно тему афганского патриотизма мы обсуждали с заместителем Генерального Секретаря ООН Юлием Михайловичем Воронцовым. В свое время Юлий Михайлович занимал уникальную должность: был первым заместителем министра иностранных дел СССР и Послом нашей страны в Афганистане. Такое сочетание должностей потребовалось в 1988 году для того, чтобы он имел все полномочия для ведения переговоров о выводе наших войск из Афганистана.

– С афганской стороны, – вспоминает он, – в переговорах принимали участие люди разных племен, национальностей, политических воззрений. Но все они с гордостью называли себя афганцами. Так было всегда в истории. На этой земле веками не утихали межплеменные, межнациональные междоусобицы, но стоило вклиниться в них кому-то чужому, как все объединялись в общей борьбе против чужеземцев.

Кстати, Юлий Михайлович рассказал, что неоднократно говорил об этом американцам, накануне их действий в Афганистане. А в ответ услышал от одного конгрессмена удивительное мнение: напрасно вы ушли из Афганистана. Оставались бы там – и не было бы никаких талибов.

Американцев можно понять. Они столкнулись с миром, которого вообще не знают. Во всех США с трудом нашли с десяток специалистов по языкам и истории Афганистана.

И это не удивительно. Долгие столетия Афганистан оставался «запретной страной». Не только потому, что земли эти закрыты от остального мира неприступными горами и безводными пустынями. Только одно из названий которых – «Дашти марго» – пустыня смерти – говорит о многом.

Главной же опасностью был мусульманский фанатизм, который огнем и мечом насадили здесь арабские завоеватели. Древние письмена Корана, на до сих пор абсолютно непонятном местным племенам арабском языке, действовали и действуют на них как заклинания.

И сейчас еще на дорогах можно встретить почти сказочных дервишей, исступленно призывающих убивать «кяфиров», то есть неверных.

Порой дикость этой жизни просто непостижима для разума современного человека. У меня дома до сих пор хранятся маленькие наручники с обрывками цепи. Я привез их из кишлака Чохарсияб, где была найдена девочка, собственным отцом прикованная к стене дома. Сколько же успела пережить маленькая Зульфия…

А с чем сравнить горе женщины из знаменитого в древнем городе Герате рода муллы Амира. За последние два десятилетия семья потеряла более ста мужчин. Среди них и три сына Зухро.

Да, фанатики не щадили и не щадят и своих единоверцев.

Бывало, что смерть настигала молящихся прямо в мечетях и подле них во время ракетных обстрелов или взрывов бомб.

Так было в мечети Герата, города, известность которого, как крупнейшего культурного центра Востока, восходит еще к временам Алишера Навои, который жил и творил здесь.

Так было и со знаменитой голубой мечетью в Кандагаре, где, по преданиям, хранятся одежды Пророка.

Много страшных картин хранятся в моем видеоархиве, да и в памяти тоже, хотя и прошло со времени войны в Афганистане достаточно лет. Как забыть одну из боевых операций в знаменитом ущелье Панджшер против самого грозного нашего врага Ахмад-шаха Масуда. Когда наши солдаты ворвались на его главную базу, то увидели десятки тел расстрелянных им соплеменников. Здесь же была и тюрьма с приспособлениями для самых изощренных пыток.

Здесь же Масуд был убит и сам, хотя произошло это совсем недавно, когда он уже получил мировую известность главного борца с талибами.

И как тут не вспомнить, что именно эти земли западнее Ганга, что прежде назывались Ариана, Гитлер считал родиной настоящих арийцев. Свастика тоже была культовым знаком здешних племен.

Кровавая история Афганистана продолжалась в ХХ веке и в роскошных дворцах. В 1919 году выстрелом в ухо во сне был убит эмир Хабибулла-хан. Через 14 лет пуля настигла в дворцом парке короля Надир-шаха – отца последнего афганского правителя Захир-шаха. Сам же Захир-шах чудом спасся после свержения с престола.

Первый демократический руководитель страны Тараки был задушен подушкой собственной охраной.

Впрочем, здесь уже начинается другая история, тесно сопряженная с нашей судьбой.

В отличие от США, многие граждане которых до последнего времени и не знали, наверное, где находится Афганистан, для нас это всегда был ближайший сосед. Россия в 1919 году первой в мире признала независимость этого государства, а Ленин даже послал на помощь народу 100 тысяч золотых рублей. Правда, король построил на них еще один дворец в Кабуле.

Но и здесь история не удержалась от парадокса: в 80-е годы ХХ века во дворце расположился штаб нашей 40-й армии.