Мои королевы. Раневская, Зелёная, Пельтцер - Глеб Скороходов

На вопрос: «Какое высшее учебное заведение окончили?», ответила: «Никакое. Учил меня отец. Он еще до революции вел свою школу актерского мастерства и держал собственную антрепризу в Харькове, пока и то и другое не прикрыли».

В театр Сатиры ее приняли. Здесь она проработала тридцать лет.

Здесь она сыграла один из лучших своих спектаклей «Доходное место» Островского. Ставил его Марк Захаров.

Как режиссера, по-моему, его тогда вовсе не знали. Кто-то видел его в театре миниатюр – он играл там. Кто-то слышал но радио в «Добром утре» – он читал там свои рассказы. Рассказы замечательные, которые шли чаще всего от лица чуть придурковатого героя. Помните, как он пересказывал «Мужичка с ноготок»? Словно все описанное случилось с ним. «А на кой тебе? – спрашиваю. А он мне: « А тебе кой?».

Так вот, Татьяна Ивановна получив в «Доходном месте» роль Кукушкиной и, узнав, кто будет ставить спектакль, возмутилась:

– Что же это такое?! Как только человек ничего не умеет делать, так сразу и норовит заняться режиссурой!

Но репетировала с Марком Анатольевичем отлично и сыграла свою Кукушкину блестяще. Это вообще был чудо-спектакль. Он казался фильмом на сцене: короткие эпизоды, быстрая их смена и крупные планы. Говорят, говорят герои меж собой, вдруг один из них – на этот раз Татьяна Ивановна – встает из-за стола, подходит к рампе и повторяет последнюю фразу, обращая ее к залу:

– Мы, говорит, не хотим брать взяток! Хотим жить одним жалованием. Да после этого житья не будет!

Фурцеву тогдашнего министра культуры, такое «Доходное место» привело в ужас, и она немедленно запретила спектакль.

* * *

В 1943 году Татьяна Ивановна сыграла свою первую роль в кино – маленькую-маленькую, фактически эпизодическую, но со словами! Ее мещанку в фильме «Свадьба» и разглядеть-то трудно, но начало было положено. За свою жизнь Татьяна Ивановна снялась в восьмидесяти пяти фильмах – число рекордное! Роли, правда, зачастую небольшие, но зрители встречали их с восторгом.

Одна из любимых ролей – мать в «Иване Бровкине». Пельтцер готовилась к ней с особой старательностью, выверяя каждое слово, каждую реплику. Уговорила режиссера, чтобы ее героиню звали не Серафимой, а Евдокией.

– Серафима – из другой оперы, а тут именно Евдокия, у которой сердце исходит болью и тревогой за сына!

И сыграла эту роль, вложив в нее страсть неосуществленного материнства.

– Хоть на экране пережить то, чего в жизни не удалось, – говорила она.

Последние пятнадцать лет жизни Татьяна Ивановна работала у Марка Захарова в Лейкоме.

– А что? Записаться в семьдесят три года в комсомолки – самое время!

Здесь она сыграла свою последнюю роль – в восемьдесят восемь лет! Специально для Татьяны Ивановна драматург Григорий Горин ввел в пьесу «Поминальная молитва» персонаж – забавную и трогательную «тетушку», которая не может жить без родных и близких. Пельтцер появлялась в этом спектакле почти перед его финалом, на несколько минут. Она приходила на встречу с любимым зрителем, чтобы попрощаться с ним.

И однажды попрощалась навсегда.