История запорожских казаков. Быт запорожской общины. Том 1 - Дмитрий Яворницкий

Игнат Иванов Галаган был ренегат-запорожец. Сын украинского казака из селения Омельника Полтавской губернии Кременчугского уезда, Галаган долгое время был в Сечи, сперва простым казаком, потом полковником Охочекомонного полка, затем даже кошевым атаманом казаков^[283]; в качестве полковника он находился при гетмане Мазепе, когда тот перешел на сторону шведов, и, как подручный человек Мазепы, сам перешел в стан шведов; потом, видя ничтожность сил Мазепы и нерасположение к нему украинского народа, выпросился у гетмана с полком на разъездную, вне шведского лагеря, линию, внезапно захватил несколько человек шведов-драбантов, ушел с ними и со своим полком в русский лагерь и тут повинился Петру, уверив царя, что он перешел к шведу против собственной воли, повинуясь желанию гетмана Мазепы. Царь взял с него слово, что он не «сделает с ним такой же штуки, какую сделал с Карлом», заставил его присягнуть на верность русскому престолу и потом долгое время держал его в разъездах для добывания неприятельскаго «языка»^[284].

Этот-то самый Игнат Галаган неожиданно явился к полковнику Яковлеву для осады Сечи. По сказанию неизвестного автора сочинения о запорожских казаках прошлого столетия, Игнат Галаган пристал к Яковлеву на пути его в Сечь и под присягой обещал тайными тропинками провести русских к Сечи^[285]. Так или иначе, но на него возлагались в этом отношении большие надежды, как на человека, знавшего все «войсковые секреты» и запорожские «звычаи». И точно, прибытие Игната Галагана к Сечи имело для запорожских казаков решающее значение.

Запорожцы, завидев издали несшееся к Сечи войско, вообразили, что то спешил к ним кошевой Петр Сорочинский с татарами, и сделали против русских вылазку. Русские воспользовались этим счастливым для них моментом, ворвались внезапно в Сечь и привели в замешательство казаков; однако последние долго и счастливо отбивались от своих врагов; но тут выскочил вперед Игнат Галаган и закричал запорожцам: «Кладите оружие! Сдавайтесь, бо всем будет помилование!» Запорожцы сперва не поверили тому и продолжали по-прежнему отбиваться от русских, но Галаган поклялся перед ними в верности своих слов, и тогда казаки бросили оружие. Но то был подлый обман со стороны Галагана. Русские устремились на безоружных запорожцев, 300 человек взяли в плен, нескольких человек перебили, нескольких повесили на плотах и пустили вниз по Днепру на страх другим, 100 пушек, и все клейноды – знамена, бунчуки, булавы, перначи, литавры, – и всю амуницию забрали и отправили в московский лагерь, а все курени и все строения в Сечи сожгли, многие зимовники, бывшие вокруг Сечи, истребили. Полковники Яковлев и особенно Галаган действовали с неслыханным свирепством. «Учинилось у нас в Сечи, – писал очевидец казак Стефаненко, бывший потом кошевым атаманом, – то, что, по присяге Галагана и московского войска, товариществу нашему головы обдирали, шеи на плахах рубили, вешали и иные тиранские смерти задавали, каких и в поганстве за древних мучителей не водилось – мертвых из гробов многих не только из товарищества, но и из монахов откапывали, головы им отнимали, шкуры сдирали и вешали. Ненасытившимся такового душепагубного прибытку, а заостривши сердце свое жалом сатанинским, Галаган чатами своих единомышленных людей в Тернувце и по иных годностях и урочищах працею кровавою на добычах звериных казаков невинных в московские тиранные безценно запродал руки. И тот своего безчеловечия не престаючи, посылает своих к ним шпегов и коне займати злодеев и всякие подступки чинити легкомысленных людей, яко теды всякие утиски, кривды и неволи люден украинским за поводом и причиною его помяну того безбожника Кгалагана нанесдося»^[286].

Страшное разорение Чертомлыцкой Сечи уже в то время воспето было казаками в народной думе.