Терское казачество. Вспомним, братцы, про былое - Владимир Коломиец

– На сегодня хватит, – восхищенно говорил он, – потрепали мы их здорово, братцы!

Поле боя представляло унылую картину. Горы трупов, брошенные повозки и отступающие толпы противника. Отряд Гурко, отойдя на несколько верст в сторону и найдя небольшую рощицу, сделал привал.

А на следующий день Передовой отряд двинулся на Казанлык в обход Шипкинского перевала. В сильную жару и по горным тропам отряд за шесть дней прошел 120 верст и вновь атаковал Шипку, но уже с другой стороны. Известие о том, что русские за Балканами, до того подействовало на турок, что занимавший Шипку отряд сам покинул прекрасную позицию, бросив на перевале 6 орудий, и отступил к Филипполю. 1 июля четыреста оставшихся на перевале турок сдались в плен и Шипка без боя была взята.

Великий князь восхищенно писал генералу Гурко: «Обнимаю тебя и искренне благодарю, друг мой. Свидетельствую свою благодарность и твоим молодцам. Россия вас не забудет!»

В то время, когда Передовой отряд Гурко перешел Балканы, а Рущукский отряд, переправившийся на левом фланге армии, собирался на Янтре, на правом фланге IX корпус генерала Криденегера подошел к Никополю. Войсковые колонны в походном порядке двигались через поле, покрытое бурьяном и стеблями кукурузы. Между пехотой рысила кавалерия и казаки.

– Вот где ждет нас первая слава, – показывая на крепость, говорил окружающим Криденегер.

На передовых укреплениях турки расположили свои батареи, и он принимает решение в первую очередь подавить их.

– Открыть огонь, – отдал он команду артиллерийскому начальнику, и артиллерия начала дуэль. Вызвав к себе кавалерийских начальников, он приказал:

– Сосредоточьтесь на турецких флангах и, как только прекратится огонь наших батарей, отбейте оставшиеся у турок пушки. Дальше действовать по плану.

Как только стих гул нашей пушечной канонады, кавалеристы смяли противника у пушек. Путь нашим войскам был открыт. Начался штурм. Криденегер приказал усилить натиск, но тут во фланг нашим войскам налетели янычары на резвых лошадях. Над наступающими нависла опасность.

– Картечью их бей, картечью, – прокричал генерал артиллерийскому офицеру, хотя знал, что эта картечь может поразить и своих.

– Главное сейчас – выдержать огонь и блеск сабель, – заметил он начальнику штаба и велел ввести в бой 1-й Владикавказский полк.

Вот тут и показали свою храбрость терские казаки. Полусотня Егора Кульбаки вклинилась в передовой турецкий отряд, и началась сеча. Остальные казаки соединились для совместной атаки. Артиллерия била с колес, не переставая двигаться. Казаки ловко вошли в интервалы между колоннами каре и стали валить янычар налево и направо. Громадное поле битвы представляло картину всеобщего разрушения. Убегающие турки швыряли зажженные фитили в пороховые фуры, которые взрывались с яростным треском, калеча лошадей и всадников. Раненые ползли к реке, кавалерия в беспощадном наскоке раскалывала им копытами головы, ломала руки и ноги. Тысячи турок, увлеченные общей паникой, бросились в город. Выехавший навстречу паша кораном останавливал бегущих и тем же кораном бил по головам сераскиров, понуждая их к храбрости.

А казаки гнали и гнали противника. 3 июля войска штурмом овладели передовыми позициями, а 4-го – и самой крепостью.

– В Никополе взято 2 паши и 7 тысяч пленных, 7 знамен и 113 орудий, – сообщил Криденегер Великому князю Николаю Николаевичу. – Погода была замечательная. Солнечные лучи сияли весь день, как бы предвосхищая нашу победу. Казаки показали себя во всей красе. Чудо-богатыри!

В день взятия Никополя стало известно о выступлении Осман-паши из Виддина, а 5 июля разъезды 9-й кавалерийской дивизии донесли о подходе неприятельской колонны к Плевену. Генералу Криденегеру в тот же день было приказано занять город. Он посылает туда 5-ю пехотную дивизию генерала Шильдер-Шульднера. Тот, не выяснив до конца настоящих сил противника, 8 июля атакует своей дивизией (8 тысяч человек, при 48 орудиях) Османа, численность войск у которого оказалась 17 тысяч человек при 30 орудиях, и неудачно. Дивизия теряет треть своего состава (1 генерала, 74 офицера и 2771 нижних чинов).

18 июля Криденегер снова атакует Османа. Эта вторая Плевна едва не обратилась в катастрофу для всей армии. Разгром IX корпуса был полным, весь тыл армии охватила паника, под влиянием которой едва не уничтожили единственную мостовую переправу у Систова.

Неудачно начинают складываться дела и у Передового отряда. Получив 16 июля свободу действий, генерал Гурко решил наступать всеми своими силами на Ени-Загору и разбить стоящую там отдельно от главных сил дивизию Реуфа (13 тысяч человек при 24 орудиях).

18 июля произошел успешный для отряда бой.

Стрелки сбили турецкий отряд и захватили 2 орудия. Но 19-го отряд, потеряв 20 офицеров и 498 нижних чинов, хотя и сам перебил 2 тысячи турок, вынужден был отойти к Шипке и Ханикиою.

Сохранение Шипки было единственным, зато крупным положительным результатом летнего периода Балкан. Удержав Шипку, наши войска разъединили действия всех трех турецких армий. Слабый числом отряд Гурко сделал все, что мог сделать, и с честью вышел из своего затруднительного положения.