Шоссе Энтузиастов. Дорога великих свершений - Алексей Рогачев

После Великой Октябрьской социалистической революции в СССР возник и начал быстро развиваться архитектурный стиль конструктивизм. Далеко не все, что проектировали тогда зодчие-конструктивисты, удалось воплотить в жизнь. Помехой этому были то экономические сложности, то быстро менявшиеся приоритеты заказчиков, чаще всего – чересчур высокие замыслы архитекторов, реализовать которые не позволяла ни находившаяся в зачаточном состоянии, полукустарная строительная база Советской страны, ни скудный ассортимент стройматериалов. Тем не менее в Москве появилось несколько десятков примечательных конструктивистских зданий. Наибольшего успеха зодчие, работавшие в этом творческом направлении, добились в строительстве зданий нового, небывалого для старой Москвы типа – рабочих клубов.

Начинать приходилось с малого – перестройки уже существовавших зданий. Примером может служить здание клуба имени Войтовича. В середине 20-х годов для него приспособили один из корпусов главных вагоноремонтных мастерских Московско-Курской железной дороги 1900-х годов постройки. В этих мастерских сразу после революции однажды выступал В. И. Ленин, отчего они и получили статус памятника и мемориальную табличку. К существовавшему зданию пристроили новую двухэтажную часть. Она была поставлена с отступом от красной линии и существенно отличалась от старых мастерских по стилистике – лаконичными конструктивистскими объемами.

Один из первых рабочих клубов Москвы, открытый в 1927 году, дожил до наших дней, лишь небольшой объем был снесен при расширении шоссе Энтузиастов в 1993 году. Фасады здания в основном сохранили первоначальное архитектурно-художественное оформление. А вот интерьеры в стиле конструктивизма были изменены в ходе дальнейших реконструкций.

Чуть позже, в 1927–1929 годах, на шоссе Энтузиастов появилось здание клуба «Пролетарий» (дом № 28/2), предназначенного для отдыха трудящихся соседних заводов. Возводила его контора «Строитель», а автором проекта стал руководитель ее проектного отдела В. М. Владимиров^[67]. Здание включало два корпуса, соединенные галереей. Западная часть здания отведена под зрелищный сектор, левая предназначена для кружковой и клубной работы. Зрительный зал с балконом мог принять восемьсот человек. В нижнем этаже клубной части располагалась столовая, второй этаж занимали библиотека, кружковые комнаты.

Как и положено конструктивистскому общественному зданию, клуб рассчитан на обзор не только с шоссе, но и со всех сторон, составлен из нескольких разновысоких и разновеликих прямоугольных призм и подчеркнуто асимметричен. При этом самый крупный объем – зрительный зал с фойе и сценой – имеет поперечную ось симметрии. Определенная симметрия наблюдается и в планировке небольшого корпуса, предназначенного для клубной работы. Но на его западном углу возвышается пятиэтажная башня, приковывающая внимание наблюдателя и разрушающая какие-либо попытки обнаружить симметрию всего комплекса. Вряд ли башня могла быть особо необходимой для клуба, но конструктивизм требовал мощного акцента. Такой же цели служила и некогда стоявшая на ее крыше радиоантенна. Впрочем, этот не самый полезный в функциональном плане элемент в самом деле придал зданию броский, запоминающийся вид, а заодно оказался весьма кстати в градостроительном плане, отмечая выход на шоссе поперечного проезда.

Подчеркнутая прямизна контуров здания, четкие пересечения вертикальных и горизонтальных призматических объемов, широкие оконные проемы создают впечатление железобетонной конструкции, хотя здание кирпичное.

В основных помещениях стены были расписаны художниками-авангардистами. Вскоре после строительства клуб перешел в ведение завода «Компрессор», а перемена архитектурной моды заставила постепенно обогащать интерьеры лепниной, скульптурой и иными декоративными деталями. В ходе этих изменений первоначальное убранство было в значительной степени уничтожено.